— Ты что плакала?
А вот про дорожки слез и припухшие глаза я забыла. Но врать нельзя.
— Да.
— С Витей поссорились? — участливо спросила мама.
— С Витей? — даже не сразу вспомнила, о ком речь, и в сердце неприятно и тревожно кольнуло, что он расскажет, когда приедет, и хочу ли я это знать?
Не хочешь, — шептало подсознание.
— Ну как же! Тот хороший мальчик, — мама немного смутилась заводить этот разговор и пытливо наблюдала за моей реакцией. Разумеется, он ей понравился — надежный, заботливый. Что еще нужно такой, как я? Да я и сама запала немного. Наверное…
— Нет, не поссорились, все хорошо. Маша общалась с ним по скайпу, у него там полный порядок. Скоро вернется из Германии. Кстати, это Машка подогнала фильм грустный, вот я и всплакнула немного, — зачем-то нелепо оправдывалась. Дура!
— А. Не обижаешься на нас? — мама опустилась на край кровати и украдкой заглянула в ноут, я для удобства даже повернула к ней экран.
— На что?
— Из-за интернета. Секретов. Всего.
— Немного, — честно призналась.
Надо сводить вранье к минимуму даже в мелочах. Нужно быть осторожной, спрятанная флешка, словно сигнальные ракеты выпускала из-под кровати.
— Хочешь поговорить о чем-нибудь? — предложила мама, явно надеясь на отказ. Да и о чем со мной говорить? Я чистый лист, ну почти… На мне уже появились обрывочные предложения, которые никак не станут связанной историей.
— Да. А у меня был парень до всего этого?.. — спросила быстрее, чем успела подумать.
Вышло отлично, я смутилась и покраснела. Вот только с мамой случилось что-то невообразимое. Взгляд подернулся льдом, на губах появилась жуткая ухмылка, а руки грубо смяли простынь.
— Парень? Нет. Но ты была популярной девочкой и всем нравилась. Неудивительно, что Витя начал ухаживать. Пригласишь его еще? — холодные пальцы убрали мне за ухо короткую прядь, которая тут же выбилась.
Не хочет отвечать. Тему переводит. Не была Кристина популярной в школе, я видела себя. Большеглазое тощее чудовище с кривой стрижкой и почти наголо выбритым затылком. Зато Андрею нравилась. Вот он-то любил меня, а родители делают вид, что не было его. Ну же, мама, расскажи про Андрея, почему ты молчишь?!
— А кто-то постоянный? Я с кем-то целовалась? Писала смски? Ждала звонков? Приглашала в гости? — отчаянно сыпала вопросами, умоляя маму не лгать. Мне нужно верить хоть кому-то. Мне нужна точка опоры, еще одна, кроме мертвого парня.
— Нет. По крайней мере, ты не делилась, — она пожала плечами.
— Ясно.
И на что я надеялась? Ведь мы прятались с Андреем на даче, в его тачке, пока он катал меня мимо унылых промзон подальше от моего района. Родители на самом деле могли ничего не знать, если бы не одно но. Они слишком странно и агрессивно среагировали на мой интерес к объявлению у КПП, почему испугались мертвого парня?
— Не расстраивайся, Кристин. Зато у тебя есть шанс испытать первый поцелуй. Витя хороший мальчик, — мама погладила меня по щеке.
— Да, хороший, — ком снова подкатил к горлу.
— Интересно, сколько раз ты будешь пересматривать это кино? Еще чуть-чуть и у тебя стрижка будет, как у нее, — мама по-доброму улыбнулась.
— У кого?
— Натали Портман. Ну, которая Матильду играет, ты же Леона смотришь.
— Да? — удивленно перевела взгляд на монитор и похолодела от ужаса, на меня смотрела кареглазая девушка, сжимающая серебристый пистолет.
— Неудивительно, что разревелась. Ты всегда плакала уже в начале, Кристина, потому что знала, чем кончится кино. Он мертв…
В голове эхом раздавалась последняя фраза. Он мертв! Мой Андрей мертв. Глядеть наши видео и фото, все равно, что пересматривать старый фильм, где умрет главный герой. Андрей непременно умрет в конце этой истории.!>^ке умер.
Уже не слушала, как мама пожелала мне сладких снов и вышла из комнаты. Удаляющиеся шаги на лестнице заставили отряхнуться и вернуться к файлам на флешке. Доверилась интуиции и щелкнула по одной из ранних папок.
Кругом ложь…
Андрей ласково обнимал меня за плечи на чьей-то кухне. Рядом стояла незнакомая кареглазая женщина с очень грустными глазами, и еще… здесь была моя мама. Она улыбалась искренне и открыто, а в отражении темного стоял мужчина с фотоаппаратом в руках. Папа. Он тоже улыбался. Мы все улыбались…