-Чего замерла на месте? - донёсся до ушей девушки, с испугом смотрящей вслед растаявшему силуэту отца, строгий оклик.
-Иду, Папà,
Луна перекинула косу на спину, предварительно проверив ленту и зажмурившись ступила на тропинку. Ничего плохого не произошло, поэтому девушка продолжила идти, а через несколько шагов и вовсе открыла глаза.
В этой части лес не был такой страшной и непроходимой чащей как в начале. Кроны деревьев здесь не склонялись к земле, скрещиваясь друг с другом, а наоборот высокими столбами уходили в небо, позволяя лучам солнца проникать внутрь, освещая тропинку. Деревья здесь были чуть меньше в обхват, их кора была светлее и тоньше, стволы и ветви не были косыми, а наоборот неестественно ровными словно столбы. Кроны этих деревьев были редкими и тусклыми. Края всех листьев были согнуты внутрь, словно края обгоревшей бумаги, по цвету они были грязно-желтыми в оранжевую крапинку. Вся эта поляна выглядела так, словно сейчас была не середина лета, а поздняя осень. Это настораживало Луну, в ушах так и звенело:" это неправда."
Чуть ускорив шаг, Луна смогла нагнать отца, который обеспокоенно поглядывал на дочь, пока та плелась где-то вначале тропы, но благоразумно не трогал и не торопил её.
-Папà, куда мы идём? Ты уверен, что мы успеем вернуться до завтра?
-Тише, молчи. Ничего не спрашивай и не говори пока мы не выйдем из леса,- Орландо резко развернулся к ней, а слишком увлеченная расспросами девушка почти что влетела в него, но вовремя смогла остановиться.
Мужчина посмотрел в её глаза и погрозил пальцем, напоминая чтобы она молчала, и девушка покорно замолчала, готовая проглотить собственный язык. Она почти никогда не видела отца таким одновременно грозным, бескомпромиссным и печальным будто сожалеющим о чем-то. В последний раз в синих глазах Орландо полыхали одновременно грозные огни бескомпромиссности и печальные огни грусти, когда Луна в лет девять спросила о смерти мамы.
Вообще смерть Тессы Таргари - её матери была просто загадкой. В Весте местные дети даже придумали пару страшных историй полных мистики, повествующих о её смерти, а Луны первое время сторонились, узнав её фамилию - Таргари.
Сначала Орландо просто разозлился, попросив её уйти, но затем все же пришёл в комнату к плачущей дочери. Поначалу Луна была на него обижена, но все же решила выслушать отца, когда тот сказал, что расскажет ей о маме все, что она спросит, но и ещё принёс печенье. Да, будучи ребёнком, как и сейчас она просто обожала печенье и была жуткой сладкоежкой.
По правде все оказалось менее интересным, а никакой мистики и в помине не было. Просто Тесса из-за своей излюбленной прогулки под дождём получила воспаление лёгких и умерла.
С того дня и после разговора, в ходе которого отец даже расплакался, Луна запомнила, что это тема для него тяжёлая и больше о маме в семье никто не говорил.
В реальность девушка вернулась из своих мыслей только тогда, когда к ней подошёл отец, резко и сильно хватая за руку. Луна пискнула от неожиданности, ей не были больно, поднимая глаза на него. Орландо обеспокоенно обводил взглядом местность, будто ожидая нападения.
-Ты слышишь? - наклонившись, спросил отец.
-Нет, - тихо пискнула Луна, её голос куда-то резко пропал.
Луна уставилась на отца, в её глазах зажглись огни страха и беспокойства. Девушка постаралась прислушаться, чтобы понять ,что же так насторожило отца, сбросив капюшон с головы. Через секунду её лисьи ушки, которые она больше не прятала с помощью магии или одежды уловили тихие шорохи и шарканье чьих-то ног.
-Слышу. Кто-то идёт прямо сюда с севера, точнее с северо-запада, - кончик хвоста девушки дернулся вверх, от нервов начиная двигаться из стороны в сторону, заставляя полы плаща взмывать вверх, словно здесь был ветер, а кончики ушей согнулись, указывая в сторону северо-запада.
Орландо направил взор в ту сторону куда указали её уши и толкнул дочь за свою спину. Через минуту и мужчина смог чётко услышать шаги, а ещё через пару мгновений на поляну стали высыпать шесть силуэтов, одетые в чёрные плащи с какими-то странными узорами на широких рукавах. Они были похожи на тени, тихие, бесчувственные и холодные, выполнявшие давно заученные движения.
-Танаки, - презрительно прошипел Орландо, втягивая в себя воздух и ещё сильнее отталкивая дочь за спину.
Все мускулы мужчины напряглись, глаза воинственно загорелись, а рука потянулась к увесистому кинжалу с резной ручкой из крепкой блестящей эстенской стали.
"Тени" проигнорировали его выпад, все также спокойно надвигаясь. Впереди шёл самый высокий, широкоплечий человек из-под капюшона был виден локон его каштановых волос, за ним тянулись все остальные, они тоже были высокими и широкоплечими. Луна сглотнула вязкий ком, а пальцы Орландо крепко стиснули рукоять кинжала.