Семь - она выбегает на пустынную улицу "Шато" в неблагополучном районе и еле удерживает свое ослабевшее тело от падения.
Восемь - её окликает мисс Лиро, пытаясь выяснить что же произошло.
Девять - девушка подбегает к своей калитки и пытается её толкнуть, катится кубарем и удерживается на месте, хватаясь бледными пальцами за ветви дикой яблони.
Десять - Луна быстро преодолевает расстояние и толкает дверь, падая на пороге дома.
Её глаза щиплет, по щекам текут тёплые, солёные на вкус слезы. Её руки трясутся, а губы сжаты в линию, пытаясь приглушить громкие всхлипы.
Через секунду в коридор вбегает Орландо. В его синих глазах пляшут яркие огни страха и тревоги. Он подходит к дочери и пытается выяснить, что же произошло.
*** * * * * * * * * * * *
Последующий час Орландо пытается влить в рыдающую Луну чай с тимьяном, чтобы успокоить. Буквально заставляя её пить, сев рядом и придерживая упирающуюся девушку за затылок.
Через полчаса отец, все-таки медленно и терпеливо выспросив, узнает что произошло и отправляет дочь наверх в её комнату, обещая что-то придумать и уверяя что ничего плохого не произошло и это вполне решаемо.
**** * * * * * * * * *
Рыдающая девушка без сил сваливается в кровать, только переступив порог комнаты. Её больше не радуют яркие лучи и пляска бликов. Она просто зарывается лицом в подушку и начинает реветь, тканью пытаясь заглушить свои громкие всхлипы.
Луна ничего не понимает. Она же не сделала ничего плохого, а даже наоборот помогла. Она же хотела как лучше, а на неё накинулись с обвинениями, на неё кричали и кидались разными предметами, которые только попадались под руку.
2 глава : "Трагедия, боль и потеря."
Она критически осмотрела себя в зеркальной поверхности : покрасневшие опухшие от слез глаза, особенно ярко это отражалось на левом насыщенно-алом глазе. Правый ярко-синий выглядел чуть лучше. Нос покраснел, а губы были снова сжаты в одну тонкую линию. Всхлипы больше не вырывались из груди, но девушка не спешила их разжать, боясь что снова начнёт бесконтрольно рыдать. На щеке были пятна засохшей крови, они побагровели, и три царапинки разных размеров, рядом начинал появляться синяк.
Но плохой внешний вид ни в какое сравнение не шёл с тем что творилось у неё внутри. Она была разбита и подавлена. Её душа кричала от боли и мук, причиняемых несправедливостью и беспочвенной людской ненавистью, такие противоречивые чувства именно в этот момент вызывали только боль и гнетущие отчаяние, не переставая терзать бедную душу своими упрёками, поддразнивая, иногда пихая своими костлявыми локтями и, вновь и вновь показывая калейдоскоп событий, произошедших на торговой площади, заставляя звенеть в ушах все те обвинения, крики и ругательства. Лопатку неприятно саднило, но острая боль утихла. Девушка даже не посмотрела на свою спину хоть и чувствовала кровь, слишком быстро стекающую по бледной коже, и была уверена, что там точно как минимум красуется большой синяк.
Луна несколько раз спокойно вдохнула и выдохнула, а затем решила, что нельзя вот так вот провести весь оставшийся день в слезах, всхлипывая и крича в подушку. Она не может целый день давиться слезами и, чтобы занять себя, девушка решила привести внешний вид в порядок.
Помимо всего прочего она чувствовала огромную гнетущую острую вину, но не могла ничего поделать со сложившейся ситуацией. В данный момент она была просто слаба и бессильна. Сейчас она должна дождаться когда все станет яснее, а потом уже будет плакать и извиняться. В одном она была уверена на все сто, отец сможет все решить, потому что пообещал, а Луна прекрасно знала, что он никогда не врет. Во всяком случае ей никогда не врал. И самое лучшее, что она могла сделать в этой ситуации это сохранять спокойствие и привести себя в порядок, чтобы отец мог подумать, что ей лучше.
Она должна успокоиться и что-то сделать с тем как выглядит потому что не может ещё и помимо того, что и так создала крупные проблемы заставлять отца нервничать больше и сильно переживать за неё. Поэтому Луна сначала глубоко дышит пару минут чтобы точно успокоиться, вытирает глаза маленьким бледно-голубым платочком, который после убирает в карман к кольцу и вновь завязывает, развязавшуюся ленту в бантик, не столь аккуратный как в первый раз, но все же девушка рада, что несмотря на трясущиеся руки, он получился - с пятой попытки, но получился.
Дальше Луна садится на край кровати. Поверхность мягкая и, скрипнув слегка проседает под её весом. Девушка начинает думать чем же ещё себя занять: на чтение она просто не способна, мысли путаются и постоянно возвращаются ко времени, проведенному на площади. Перед глазами все ещё стоят лица людей из толпы, такие отчётливо злые, угловатые, искаженные ненавистью и глаза полные презрения, а поспать ей вообще вряд ли удастся наверное в ближайшую неделю.