— Так что вы мне расскажете?
— Терпение, молодой герр Зелер. Мне позвонил старый коллега из лагеря Биберах. Похоже, у него ваша мисс Кассин.
У Кристофера екнуло сердце.
— Так она жива?
— Похоже на то.
— И когда ее смогут сюда доставить? Мы с вами об этом договаривались.
— Я прекрасно помню, о чем был договор, герр оберштурмфюрер. Она прибывает на последнем поезде в среду.
— В эту среду? Через три дня?
Либерманн кивнул.
Кристофер прикусил губу, пытаясь сдержать улыбку.
— Откуда она прибудет?
— Это имеет значение?
— Думаю, нет. Хорошо, что она прибывает в среду, а не в четверг, потому что в четверг я уезжаю в Берлин. Меня не будет весь день.
— А в чем проблема? Вам нужно встретить ее лично?
— Пожалуйста, ближе к делу, герр Либерманн.
— На вашем месте я бы следил за интонациями, молодой человек, — Либерманн погрозил Кристоферу пальцем. — Что, если столь многообещающего юношу, главу нового антикоррупционного комитета, поймают за передачей взяток старшему офицеру?
— А если старшего офицера поймают за приемом взяток? Послушайте, я уже говорил вам, я не даю взяток. Во сколько прибывает в среду тот поезд, герр гауптштурмфюрер?
— В пять тридцать. Я указал, чтобы мисс Кассин направили прямо в экономический отдел, на сортировку имущества.
— Отлично. На этом наше сотрудничество заканчивается, герр Либерманн. Позвольте поблагодарить вас за отличную работу. Если я когда-нибудь смогу вам в чем-то…
— О, не беспокойтесь, Зелер. Я не постесняюсь попросить.
Кристофер поспешил обратно в свой кабинет.
— Иди сюда, Анка, — прошептал он. — У меня восхитительные новости, дорогая. — Он заговорил по-английски, сам не понимая почему. Она удивленно пробормотала что-то в ответ. — Прости, Анка, я не понимаю чешский. — Он наклонился и взял ее на руки. — Может, в конце этих мучений нас обоих ждет хоть какая-то награда. — Он посмотрел ей в лицо, по-прежнему грязное и прикрытое волосами. — Я тебя отсюда вытащу, Анка. Из этого кошмара. Клянусь.
Глава 31
Кристофер, как смог, помыл Анке голову и вытер тряпкой грязь с лица. Когда она заснула, он закончил работу, рассчитав все цифры за день — цифры, которые точно обрадуют Хёсса. Получилось даже больше десяти процентов от их обычной выручки. Его начальство будет счастливо, что удалось предотвратить кражи. Они с Анкой снова заснули на полу кабинета, на этот раз с подушками и одеялами из хранилища, чтобы уберечься от зимнего холода, заползающего в окна. Комнату освещали лучи прожектора, и он видел ее спящее лицо.
Он придумал, что она родом из маленькой деревушки под Прагой, и представлял, как она играет с друзьями, с братьями и сестрами. Представлял, как она возвращается домой к родителям, как отец поднимает ее в воздух, обнимает и целует в щеку. Но теперь вся ее семья мертва, а дом достался переселенцам рейха или жадным соседям. Какая теперь ее ждет судьба? Возможно, он сможет ее отсюда вытащить, отвезти к своему отцу. Отец ее спрячет, и она будет в безопасности, пока все это не закончится. Когда они с Ребеккой выберутся, то смогут забрать ее и вырастить как свою дочь, вернуть ей украденную жизнь. В мире еще остались места вроде пляжа его молодости. Еще можно обрести счастье.
Его разбудил рассветный холод. Анка еще спала. Казалось, она спала все время. Он убрал от нее руку и встал, разминая суставы. Его охватила иррациональная надежда. Он почувствовал, будто Ребекка снова с ними.
Ночью выпал еще снег, придав баракам и крематориям незаслуженно красивый для этого места вид. Кристофер стряхнул снег с велосипеда и поехал к жилым баракам. Лам уже не спал. Он стоял перед зеркалом и брился.
— Где ты был прошлой ночью? — спросил он.
— Сейчас очень много работы. Я опять заснул прямо за столом.
Лам не ответил, продолжая бриться. Кристофер подошел к шкафу, достал чистую одежду. Они молчали не меньше минуты, прежде чем Лам заговорил снова:
— Да, должно быть, очень тяжелая работа — сдавать своих товарищей из СС. — Он по-прежнему смотрел в зеркало.
— У меня есть задачи, как и у тебя. И они далеко не всегда приятны, как и твои. Сомневаюсь, что тебе доставляет большое удовольствие работа в карательном блоке.
— Доставляет. Мне нравится воздавать этим паразитам по заслугам. Невинных евреев не бывает.
— Ну, такая работа по душе не каждому, но она важна для безопасности и будущего рейха, — возразил Кристофер. — И со мной так же. Я защищал своих братьев из СС, как мог. Если некоторые оказались слишком глупы и не прислушались к моим предупреждениям — ну, за это я уже отвечать не могу. Лам, я не просил об этой работе, я просто пытаюсь служить фюреру, как могу.