Для меня это было шоком, но я сильно виду не показала, а лишь приподняла бровь, — Передам, дядь Миша. Но он не мой мужчина, просто знакомый, — я не знала куда деть свои глаза и просто стала рассматривать книги в его руках.
Еще немного поболтав с ним, я направилась домой.
День сегодня был насыщенным. И когда моя голова коснулась подушки, то моментально провалилась в глубокий сон. Правда перед тем, как погрузиться в страну грёз, перед моим взором, как картинка возникло лицо Артёма – ухмыляющегося. Как будто говорил мне одним только взглядом «Ты не можешь не думать обо мне».
Дорогие читатели, мне очень ваше мнение, поэтому пожалуйста оставляйте свои комментарии. Благодаря вашей поддержке я черпаю вдохновение для моих книг. Спасибо всем, всех обнимаю ♥ ♥ ♥
Глава 17
ЛЕРА
В понедельник мы поехали к Любе на квартиру, что бы она выставила своего неверного муженька с его манатками.
— Пошёл вон, — кричала она, пока я сидела на их кухне и попивала кофе. Слышала, как он что-то хотел здравое ей сказать, но против разъярённой женщины, нет никаких оправданий, особенно после измены.
— Любочка, это было помутнение какое то, я тебя люблю. Прости. Такого больше не повториться, — но он все же пытался разжалобить её.
И тут я услышала звон посуды и яростный голос подруги, — Мне насрать на твоё извинение. Когда ты сувал в кого попало, ты про нашу любовь и не вспомнил. Ты мне настолько омерзителен, что видеть тебя не хочу и слышать тоже. Если ты сейчас же не выйдешь, то мне придется звонить отцу, он тебя выкинет.
Отец — это веский аргумент. Его он боялся еще в начале их отношений и сказал тогда ему, если он обидит его дочь, то его яйца будут подвешены на высоком дереве.
Поэтому, когда Люба заикнулась об отце, тот тихо зашуршал и входная дверь захлопнулась.
На кухню зашла растрепанная Люба, но с улыбкой, — Видела как умотал? Вот же трус.
— Не видела, а слышала, — и засмеялась, — Так ему и надо.
Я еще немного с ней посидела и отправилась домой.
А вечером мне пришла смс от Гены, что завтра у нас ужин с японцами и я должна быть готова к девяти часам утра, так как нам еще лететь девять часов туда и за мной заедет водитель. Я как представлю полет, то у меня поджилки трясутся. Как я это вообще переживу? 9 часов ада.
Платье и остальные атрибуты наряда я взяла с собой. А на время поездки, я надела шорты и топ. Просто и удобно.
Без десяти минут девять я увидела в окно, как у подъезда припарковался чёрный Мерс, я даже и не сомневалась, что это по мою душу. Так как через минуту из машины вышел Гена и задрав голову к моему окну, помахал мне рукой. Помахав ему в ответ, я отошла от окна, собрала пожитки и пошла спускаться.
— Доброе утро, Валерия Юрьевна, — поприветствовал Геннадий.
Он подошел ко мне и взял из рук сумки.
— Доброе, Гена. Но давай на ты, хорошо? — я не дала ему возможность открыть для меня двери, опередив его и ждала его ответа.
Когда он загрузил багаж и увидел, что я сама со всем справляюсь, он наклонил голову на бок и ухмыльнувшись сказал, — Хорошо! Но Артёму Давидовичу это не понравиться.
Я хмыкнула на него, — Вы что его собственность? Я ведь сама вам предложила. Так что он ничего не скажет, — и сев на пассажирское сиденье, закрыла дверь.
Обойдя машину, он так же тихо сев, завел машину, и мы поехали в аэропорт.
Пока ехали, страх перед полетом все больше нарастал, и я начала судорожно теребить шорты. Гена стал чаще смотреть в зеркало заднего вида.
— Не смотри на меня так. Я просто боюсь летать, поэтому не знаю куда себя деть, — выпалила я ему, как только он опять на меня посмотрел.
— От этого тоже есть средство, — улыбнувшись ответил он, — Выпейте немного шампанского и полет покажется не таким страшным.
Шампанское? Почему я об этом не подумала? Ведь алкоголь действительно благоприятно на меня влияет и страх тоже пропадает. Как говориться, редко, но метко.
— Спасибо, Ген, — ответила ему и отвернувшись к окну, стала смотреть на город.
Через сорок минут, я уже стояла на стойке регистрации.
— А где Артём? — спросила я у Гены.
Он как раз отдавал наш багаж и обернувшись, ответил, — Он давно уже в самолете. Он очень пунктуальный, приехал за два часа до нас.
У меня даже бровь ползет вверх от удивления, — Ну не настолько же пунктуальным?