В этот момент рысь — или вернее Рита — вдруг опускается на передние лапы и жмётся ко мне боком, словно ища защиты.
От неожиданности я замираю ещё сильнее. Даже не дышу. Только сердце где-то в горле долбит так, что дышать тяжело становится.
И тут девушка впервые замечает меня. Её графичные брови взмывают вверх. Она морщит нос, словно унюхала что-то неприятное.
— Ты кто ещё такая? — произносит она холодно, свысока одаривая меня взглядом.
В этот момент за её спиной появляется Вяземский. Он в одних спортивных штанах, босиком. На шею наброшено полотенце. Волосы взъерошены, капли пота виднеются на груди, животе, рельефных боках. Судя по всему, только что закончил тренироваться.
Он окидывает комнату взглядом, словно ему лень напрягаться. Подходит ближе, швыряет полотенце на кресло. Бросает короткий взгляд на меня, а потом лениво отмахивается.
— Никто.
Как под дых. Будто я и правда пустое место. Пыль на полу.
Наверное, так для него и есть, он ведь не раз уже сказал, что я для него даже не человек. Существо.
Девушка фыркает, выгибая фигурную чёрную бровь. Скользит ещё раз по мне убийственным взглядом, в котором отвращение сочетается с равнодушием.
И только тут я замечаю: у неё с Вяземским одинаковая форма глаз. Чёткий изгиб бровей. Скулы. Они похожи, как брат и сестра.
Ну конечно. Только полного комплекта не хватало: Вяземский и его старшая или младшая копия в одном доме.
И ещё рысь размером с телёнка.
Замечательно. Просто охрененно. Какой следующий сюрприз?
Я осторожно сажусь, вжимаюсь в стену ещё сильнее, сквозь зубы пытаясь дышать ровно, чтобы не выдать своего напряжения.
Но внутри всё дрожит. Здоровенная кошка продолжает сидеть ко мне вплотную, я даже ощущаю её тёплое дыхание.
Рысь лениво поднимается, трётся головой о моё плечо, заставляя окаменеть от ужаса. Нюхает мои волосы.
— Может ты уже отзовёшь своего монстра, — шиплю сквозь зубы.
Вяземский берёт со стола бутылку с водой, откручивает крышку не спеша, делает несколько глотков. И только потом щёлкает пальцами, присвистнув. Рысь замирает, недовольно фыркает, а потом лениво тащится к кровати Вяземского, запрыгивает на неё и укладывается, замере в величественной позе сфинкса.
— Амина, ты что-то ещё хотела? — спрашивает, не глядя на девушку, которая так и стоит, надовольно сложив руки на груди. Открывает шкаф и достаёт какие-то вещи.
Та в ответ зло швыряет в Вяземского свою изувеченную сумочку и, фыркнув, уходит, хлопнув дверью.
Вяземский ловит сумочку на лету, а потом отбрасывает её в сторону, даже не изменившись в лице.
— Подъём, существо, — останавливает взгляд на мне, будто совсем случайно вспомнив, что я вообще-то тоже здесь. — Сегодня у тебя много работы. Начнёшь с уборки в моей комнате. Потом искупай Риту.
— Ты хочешь, чтобы я искупала рысь? — у меня от удивления брови на лоб лезут. — Ты в своём уме вообще?
— Рита любит купаться, так что постарайся и прояви чудеса сообразительности, убогая. Иди пока умойся, сейчас к тебе придёт управляющая и всё объяснит.
А потом он просто выходит из комнаты, оставляя меня в абсолютном шоке.
16
Кирилл
Завтрак в доме Вяземских — не повод для утренней идиллии. Скорее, обязательный ритуал.
Семейная демонстрация власти, выживания и сдержанного презрения, завёрнутая в льняную скатерть и серебро.
Я спускаюсь в столовую, протряхивая пальцами ещё не просохшие волосы. Настроение сегодня превосходное, даже вопли Амины с утра не испортили его. А выражение лица Существа, когда Рита решила с ней познакомиться, однозначно позабавили.
Длинный стол накрыт, Галина, наша управляющая, поправляет салфетки на столе и отходит в сторону, когда видит хозяев дома, вошедших в столовую.
Мать — как всегда идеальна, даже в утреннем шелке. Тонкая, светлая, с лицом фарфоровой статуэтки и руками хирурга. Она и была хирургом, пока не встретила отца. Пока не спасла молодого мафиози после пулевого. На этом и её карьера, и её свободная жизнь были окончены. Ей крупно повезло, что она и сама влюбилась в отца, что этот переломный момент не стал трагедией её жизни.