И выходит.
Рысь, бросив на меня короткий взгляд, тоже плетётся к двери.
Твою ж…
Две минуты…
Где-то секунд тридцать я ненавижу Вяземского и возмущаюсь про себя, а потом, как ошпаренная, бросаюсь в ванную, натягиваю худи, кеды — первое, что под руку попадается. Волосы просто стягиваю в пучок, даже не глядя в зеркало.
На улице холодно. И серо. Но небо уже посветлело.
Вяземский стоит на дорожке, разминает плечи. Спина мощная, мышцы перекатываются под кожей. Я замираю, ругая себя за то, что пялюсь на ублюдка. А потом бегу к нему.
— Бег. Десять кругов. Потом пресс. Потом отжимания. Потом снова круги.
— Это... наказание? — хриплю, и он поворачивается ко мне с той ленивой ухмылкой, от которой меня бросает в жар.
— Это тренировка. Привыкай, существо.
— Я не хочу. Мне это вообще нахрен не нужно.
— Теперь нужно. Потому что мне интересно, на что ты способна.
— Думаешь, мне не насрать, что тебе там интересно?
— Одиннадцать.
— Да блин!
— Двенадцать.
Да р-р-р!
Ненавижу тебя, ублюдок.
Начинаю медленно бежать, Рита плетётся за мной. Капец, как рысь могла выбрать себе такого долбанутого хозяина? Она ведь явно живёт у него по доброй воле. Это ведь дикий зверь, её так просто, как меня, не заставить.
Продолжаю бежать. Падаю. Поднимаюсь. Кроссовки вязнут в гравии. Волосы прилипают к вискам, когда становится жарко, и я скидываю капюшон. Дыхание сбивается уже на пятом круге.
Он рядом. Следит. Иногда командует. Иногда поправляет.
И в этом есть... что-то странное. Прям весьма так.
Я задыхаюсь, но продолжаю. Потому что не хочу, чтобы он видел слабость. Внезапно осознаю, что не хочу дарить ему этого удовольствия. Он ведь этого и добивается! Чтобы я признала поражение. Чтобы сдалась и взмолилась пощадить.
А кукиш тебе, пиздюк мафиозный. Я тебе не сахарная девочка.
— Шевели батонами, существо, — говорит прищурившись. — Дохлая ты какая-то.
— Сам ты дохлый, — рычу сквозь зубы, прибавляя ходу.
Придурок реально решил мне тренировку устроить. После бега он заставляет меня отжиматься, делать пресс, висеть на турнике. О том, что я ещё и подтянуться раз двадцать могу, я решаю умолчать. Нефиг ему всё знать, не слезет ведь, тренер недоделанный.
— Очень неплохо, существо, — кивает, когда мне хочется закатиться по лавочку и остаться там хотя бы на сутки, чтобы поскулить от усталости. А время, между прочим, шесть утра только. — В следующий раз попробуем бокс и стрельбу из лука.
Бокс? Серьёзно?
— Ты переоцениваешь мои способности, кукловод, — “долбанный” я решаю произнести про себя.
— О нет, я раскрываю твой потенциал, существо, — сочится иронией в ответ. — А сейчас приводи себя в порядок и приберись в гостиной после вечеринки.
Конечно, мой господин, блть.
Он сваливает, уводя рысь с собой, а я ложусь на лавочку, упираясь лбом в неё и пытаясь перевести дыхание. Но мою усталость скрашивает капнувшая на студенческую карту недельная зарплата. При наличии увеличившегося на двадцать тысяч рублей баланса даже настроение немного улучшается, хотя Вяземского я по прежнему дико ненавижу.
25
Дорогие читатели! Спасибо огромное, что ждали книгу! Возвращаемся к регулярной выкладке прод. График не ставлю, но ориентируемся на через день.
Приятного чтения!
____________________________________________
Пока убираюсь, у меня коленки подгибаются. Мышцы у меня, конечно, не слабые, сама я класса с седьмого зарядку делаю и бегаю время от времени, на скакалке прыгаю, Валик, сосед по улице, научил боксировать — у него во дворе старая латаная груша висела. Точнее, мешок с песком.
Но меня всё равно штормит после этой непрошенной тренировки. Я бы вот лучше лишний час поспала, нагрузки мне сейчас и так достаточно.
Пятый полиэтиленовый мешок с пустыми бутылками и прочим мусором собран. Я ставлю его на выходе из гостиной. Теперь надо всё это вынести на задний двор, пропылесосить мебель, загрузить посудомойку и вымыть пол в гостиной и все доступные поверхности. А потом заняться Ритой. Она ещё не выгуляна.