Ладно, госпожа гордость, потом поговорим.
Хмыкнув, я прищуриваюсь, глядя в глаза Вяземскому, и голыми пальцами, без палочек, беру один ролл и тоже целиком отправляю в рот.
____________________________
Мои дорогие! А вы хотите побывать на концерте "Тотем" и увидеть офигенного горячего Матвея Зимина?
Тогда обязательно приходите в мою новинку! Огненный вайб молодёжной тёмной романтики вам обеспечен! ОЧЕНЬ вас жду!
ЧИТАТЬ РОМАН "ИДОЛ. МОЙ" МОЖНО ПО ССЫЛКЕ НИЖЕ ИЛИ НАЙТИ У МЕНЯ В ПРОФИЛЕ
Аннотация к книге "Идол. Мой"
— Поздно бежать, Лора. Раньше думать надо было.
— Я ведь понятия не имела, что ты... ты такой, — мой голос дрожит, когда я делаю шаг назад, но упираюсь спиной в стену.
— Ты сама пришла ко мне. Сама напросилась. А ведь я тебя предупреждал...
Встреча с кумиром оказалась для неё не воплощением мечты, а жестокой реальностью. Его мир полон тайн и опасности, а каждый взгляд и каждое прикосновение становятся игрой с огнём. Он слишком опасен и слишком непредсказуем, а его чертовская притягательность может стоить ей не только разбитого сердца, но и жизни...
пс. В библиотеку не забывайте закинуть :**
49
Пока едем к клубу, Герман и Вяземский ржут с чего-то. Музыка грохочет в машине так, что закладывает уши. Мы с Майей сидим на заднем сидении. Майя держится довольно спокойно, в отличие от меня, но в глазах у неё горит предвкушение.
— Я никогда не была в клубах, — говорит она, склонившись к моему уху.
— Я тоже, — пожимаю плечами, ощущая, как по позвоночнику бегут электрические разряды тревоги.
И я изо всех сил бы упёрлась против этой дурацкой затеи, но желание побывать на концерте “Тотем” звучит как мечта. Я обожаю их музыку, а у солиста просто нереально божественный голос. Я кроме них и “Wet rain”* почти ничего больше и не слушаю. Иногда ещё старые рокерские западные группы, их медляки очень нравились когда-то моей бабушке.
Одежда у нас с Майей, мягко говоря, не для клуба. По крайней мере, в моём представлении. И если у Майи ещё нечто похожее — светло-голубое платье с расклешённой юбкой чуть выше колен, а полукруглый широкий вырез она спустила с плеч — получилось очень даже неплохо, то я приехала в джинсах, футболке и толстовке. Она накрутила свои светлые волосы, которые теперь спадают на плечи мелкими волнами. Я же согласилась только на то, чтобы поднять свои в высокий хвост и нанести лёгкий макияж. Даже от ярко-оранжевой футболки Майи отказалась, которую она предлагала и утверждала, что та будет прикольно светиться под ультрафиолетовыми лампами клуба. В своей синей осталась.
Спасибо, однажды я уже нарядилась. Так то был светский приём, хоть и мафиозный. А сейчас мы едем в клуб, где, уверена, Вяземский будет пить алкоголь. Чем всё это может закончиться — только Богу известно.
Но в клубе у меня есть хотя бы возможность сбежать от него в случае притязаний. Уже что-то.
Через сорок минут гонки по вечернему городу, Кирилл тормозит машину у неприметного, и даже как будто обшарпанного здания. Просто большой, высотой примерно с трехэтажный дом, серый бетонный коробок, расписанный граффити и разными надписями не сильно цензурного характера.
— Это… и есть клуб? — выгибаю удивлённо бровь, когда мы выходим из машины.
На улице толпится огромная толпа народу. Девушки, парни — кто-то одет просто, как я, кто-то при всём параде, а парад этот уж очень разный. Кто во что гаразд — от рокерской классики в виде кожаных штанов и косухи, до ярких кислотных костюмов.
— Ты не шаришь, детка, — насмешливо кривится Герман, а я давлю внезапное неудержимое желание плюнуть ему в рожу. — Это элитное место. Сюда пускают далеко не всех, как ты можешь видеть по этой толпе нищебродов.
Уёбок. Другое слово у меня с ним просто не может ассоциироваться. Вместо фамилии, которую я, к счастью и не знаю, ему будет.
— Билет на концерт парней не такой уж и дорогой, — спокойно говорит рядом Вяземский. — Просто некоторым сложно ставить приоритеты и достигать целей.
— Ты прям философ, Кир, — хмыкает Герман. — Пошли уже, концерт, похоже, начался.