Она усадила обмякшее тело Леонида в челнок, и, несмотря на ужас, пронизывающий его сердце, в нём зарождалась странная надежда. Последнее, что он запомнил, были её слова:
- Ты хороший солдат. Аклайм будет доволен.
Эти слова звучали как обет, но их смысл оставался загадкой, оставляя его в полном неведении о том, что ждёт впереди.
Глава 3.
Она смотрела на него сверху, не моргая и хищно улыбалась. Он сидел перед ней недвижно в глубоком сне и был таким беспомощным. Его густые брови придавали лицу решимость, а короткие светлые волосы, чуть растрепанные от долгого пути, делали его еще более привлекательным. Волевой подбородок и пухлые губы лишь подчеркивали его доброту, а синие глаза, она уже знала, прятали в себе искренность и немного неуверенности. Он был полицейским, настоящим героем местных улиц, человеком, который однажды спас её, когда она оказалась в безвыходной ситуации.
Она вспомнила тот день: тогда он, не зная о её истинной природе, протянул руку помощи в самый трудный момент. Она использовала его доброту, его доверие к ней, чтобы обмануть и обеспечить свою безопасность.
Но вот она моргнула, словно отгоняя мысли и, наклонившись к его уху, прошептала: «Спасибо, что помог вернуться. Но не надейся на мое снисхождение и заступничество. Я служу Аклайму».
***
Леонид очнулся, с трудом открыв глаза. Где он? Странное ощущение сковывало его тело, словно оно было затянуто в невидимые тиски. Он осмотрел себя и обнаружил, что сидит в самолетном кресле, крепко привязанном ремнями. Вокруг него находились люди, тоже связанные, неподвижные, как будто замороженные в момент страха. Среди них Леонид заметил мужчин разных возрастов, их лица отражали удивление и тревогу, а также три женщины, которые, казалось, были в состоянии шока. Он почувствовал, как сердце заколотилось, и, охваченный паникой, начал дергаться, стараясь вырваться из пут. Но внезапно за его спиной раздался шаг, и кто-то крепко схватил его за голову. В ту же секунду Леонид ощутил резкую боль в шее, словно игла пронзила его кожу. Образы вокруг начали расплываться, и прежде чем он успел понять, что происходит, мир вокруг него погрузился в темноту.
Когда Леонид снова открыл глаза, то обнаружил, что находится на воздухе. Он, как и остальные пленники, сидел на песке, руки были связаны впереди тонким шелковым шнуром.
Леонид пытался осознать, что происходит, но голова оставалась тяжелой, мысли путались, а время казалось растянувшимся. Жаркий воздух обжигал кожу, а раскаленный песок под ногами усиливал ощущение беспомощности. Его взгляд скользнул по пленникам, сидящим рядом. Их лица были одинаково испуганными и изможденными, но никто не осмеливался заговорить или предпринять что-либо. Лишь слышался тихий шелест ветра и редкие крики далеких птиц, будто сама природа подчеркивала безысходность ситуации.
Пятерка странных воинов, словно мрачные статуи, продолжала наблюдать за пленниками, их лица оставались неподвижными за темными очками. Леонид знал, что цепляться за иллюзию человечности в этих людях бесполезно. В их позах и движениях угадывалась холодная, отточенная дисциплина профессионалов, лишенных сострадания. Само оружие, повешенное на их груди, выглядело угрожающе. Это была не привычная техника, а что-то незнакомое, словно из другого мира. «Наемники?» — подумал Леонид, осматривая их с отчаянной попыткой уловить хоть какую-то уязвимость. Но ничего — только пугающая синхронность и безразличие к происходящему.
Оценив обстановку, Леонид стал продумывать план побега. Он не собирался пополнить штат убийц и захватчиков какого-то инопланетного деспота. Леонид стал привлекать к себе внимание, надеясь, что один из охранников отреагирует. Он громко крикнул:
- Эй! В туалет можно?
Это всегда действует безотказно. Охранник внимательно смотрел на Леонида, его глаза скрывались за стеклянным забралом шлема, что делало выражение его лица недосягаемым для чтения. Леонид внутренне напрягся. Он понимал, что любое слово или движение могут быть неправильно истолкованы, но отступать он не собирался. В его голове уже рождались идеи, как можно использовать подобный контакт, пусть даже такой малозначительный.