— Леонид. Защищайте лабораторию.
Эти слова прозвучали как приказ, Леонид смотрел на Андрея Витальевича, но больше не узнавал его. Слишком много вопросов роилось в его голове, но времени разбираться, похоже, не было: что бы ни ожидало снаружи, оно уже становилось реальной угрозой. Леонид вышел из лаборатории.
Злость кипела в Леониде, заполняя каждую клетку его тела. Решимость защитить лабораторию охватила его, превращая в неукротимую силу. Желание уничтожить любого, кто осмелится приблизиться, сжигало его изнутри и вырывалось наружу огненным порывом. Его взгляд за секунду охватил всю комнату — он увидел Леонору, сидящую на кушетке, с головой погруженную в попытки помочь Бонтушу. Двое мужчин валялись на полу, их тела были согнуты в странных, неестественных позах, словно они наткнулись на неведомую мощь, сокрушившую их за одно мгновение.
И тут его глаза остановились на двух воинах-близнецах. Они стояли у дверей, держа оружие так, будто каждая секунда могла стать для кого-то здесь последней. Их лица, обнаженные без привычных очков и панам, выглядели холодными, непреклонными, лишенными малейшего намека на сомнение. Один из них выкрикнул что-то, его голос прорезал воздух, словно предупреждение или, возможно, приказ. Но для Леонида слов больше не существовало — только ярость, превращающая его в нечто большее, чем просто человек.
Он почувствовал, как внутренняя энергия пробуждается. Масса, движущаяся внутри него, словно поток раскаленной лавы, начинала изменять его тело на глазах. Каждый мускул напрягся, каждая клетка пульсировала силой. Ярость захлестнула его, и единственное, что он смог сделать, — это рвануть вперед, издавая низкий, звериный рык. Это было не просто движение — это был натиск силы природы, неуправляемой, необузданной. Леонид больше не мог контролировать себя, он стал самой яростью, разящей все на своем пути.
Он мгновенно оказался возле одного из воинов и нанес удар кулаком, попав в основание носа. Брызнула кровь. Не раздумывая ударил второго ногой по коленке. Тот закричал, сложился и упал грудью на стол. Леонид, не глядя, ударил ногой первого и попал в живот. Тот согнулся и выронил ружье. Лежащий на столе зашевелился, но не мог подняться. Леонид схватил его за волосы, долбанул о столешницу. Боковым зрением заметил, как второй поднял оружие и выстрелил. Леонид отклонился, пуля оцарапала щеку. Его лицо перекосилось от гнева. Он молниеносно бросился на стрелявшего. Схватил его за горло, прижав большим и указательным пальцами сонную артерию. Воин судорожно глотнул и упал без сознания. Вновь прозвучал выстрел. Леонид отпрянул назад, но сделал это недостаточно быстро, пуля попала в плечо. Он дернулся от боли и посмотрел на стрелявшего. Первый воин очухался и стоял у стола, по лицу стекали капли крови. Тут мозг «дал подсказку» Леониду - нож. Пока воин перезаряжал оружие, Леонид в два прыжка оказался рядом с ним и погрузил нож по рукоятку ему в горло. Кровь хлынула фонтаном, забрызгав Леонида. Воин выронил оружие, схватился рукой за горло и начал пятиться. Затем захрипел и упал спиной на плиту.
Леонид тяжело дышал, плечо болело, щека горела. Он услышал шорох на улице и пошел к выходу, но поскользнулся в луже крови и упал на одно колено. Нож со звоном упал на пол. В проеме двери показался еще один воин. Он навел оружие на Леонида, быстро оглядел комнату. Леонид не шевелился, воин поднял руку к наушнику и начал что-то говорить, чуть опустив дуло. Леонид воспользовался тем, что воин немного отвлекся. Он вскочил, схватил его и всем весом навалился на него, схватив за грудки. Они оба упали, воин ударился головой об острые камни на ступенях. Леонид мгновенно уселся на его живот и со всего размаха ударил в челюсть. Голова воина мотнулась. Леонид ударил еще раз и еще. Бил жестко и сильно.
- Stop, - услышал он голос Леоноры.
Леонид прекратил избиение. Голова воина походила на месиво. Он поднялся, пошатываясь сделал вперед пару шагов и остановился. На песке лежал Федор, изрешеченный пулями. Леонора подбежала к его телу, склонилась над ним, погладила по волосам. Потом резко поднялась и подошла к Леониду.
- Анрэй Виталевич. Надо лечить, - сказала она и вошла в здание.