Прислушался Евгений:
– Жаурса пырта изьобкёлю тоофом кубум.
Но понятней и желанней слова Саньки, – они прорвались через дымку тумана, который сгустился в один миг:
– Евгений Николаевич, будьте осторожны! Снежные люди к нам заглядывают частенько, мы их не понимаем!
Снежный человек? Так это здорово, давно мечтал пообщаться с настоящим, – просто надоели шутки со съёмками: один напялил на себя хламиду, другой снимает.
Аверьянов решил начать с языка знаков: ты меня видишь? Понимаешь? Ты не сожрёшь меня? Тогда ладно, показывай…
И отправился за снежным человеком, полагаясь на чутьё. Вроде не должен съесть, вот хочется верить в лучшее. Сказал себе: если Аверьянова сожрут, пусть хоть таким будет мой вклад в науку. А давайте сюда всех профессоров, к обеду, я хочу посмотреть и до ужина дожить.
Он честно пытался запоминать звуки, но пока едва ли что путное выходило. К нему направили лучшего лингвиста, у кого подозревали талант общения с людьми, наверное, так делали выбор.
– Ддейшееб изобкёлю.
– Понятно. Ты хочешь мне кое-что показать, я готов.
Оглядываться не имело смысла: голос сопровождающего затерялся далеко позади, да и спереди гремели механизмы, к ним вёл трёхметровый лохмач. А вот интересно, эти звуки означают имя переговорщика или он назвал место, куда хочет завести. Ещё подумалось, на переговоры отправляют самого дипломатичного и грамотного, кто умеет поддержать разговор и увести в нужное русло.
Оружия при себе никакого, разве складной нож. Клок шерсти можно будет смахнуть, если придётся пустить в ход. Вот не хотелось бы начинать знакомство с драки. Но достаточно сравнить его кулак и родную голову, этот вариант надо отметать сразу.
Стоит отметить, речь поставлена лучшими специалистами. Может, специальные курсы прошёл, чтобы человеческое ухо уловило знакомые звуки. Можно поковыряться в голове, подобрать что-то, подходящее по смыслам.
– У тебя пятёрка по всем предметам в школе была? – Аверьянов решил поискать точки соприкосновения с образования. И вдруг ясно прозвучало в голове: «Шуми тиша».
Это был прогресс! К Новому году мы разучим первое предложение, и на Кольском полуострове, впервые в истории, появится необычный губернатор. На равных правах.
Кишка тоннеля вильнула под уклон, они почти сразу вышли на строительную площадку. Людей не видно, повсюду машины. Одни грызут твердь, другие отгребают, третьи грузят на ленту. В воздухе стоит пыль, которой дышать совсем не хотелось. Проводник закрыл морду лапой, другой – пригласил следовать дальше. А там, чуть в стороне от линии фронта, окопался прорабский вагончик на колёсах.
– Йети! – Аверьянов только вспомнил, как снежных людей называют газеты.
Тот, согнувшись пополам, уверенно вошёл в вагончик, как не первый раз заходил за премией. Аверьянов согласился с выводом. Мы очень хорошо запоминаем, в каком месте расписываться, в какой карман засунуть, чтобы с форсом потом доставать и тратить, тратить… Вино и девки! Смотрите, я богатый!
На столе карта разработок, всё запланировано много лет назад, судя по древности бумаги. Прошли участок – другая карта ложится на стол, к исполнению.
Пальцем, на конце которого сверкнул смертельного образца коготь, ейти ткнул в точку, рукой постучал по потолку.
– Мы здесь.
Йети угукнул, потом расписал окружение: машины выгрызают породу вокруг точек, которые должны удерживать свод, иначе всё полетит на головы, – он хорошо показал, как камушки стучат по голове ему, а это не совсем то, ради чего мы здесь.
До Аверьянова стало доходить: коль в породе нашлось что-то ценное, этот участок берут на заметку. А что тут придумывать? Подпереть в других точках и перегрызть первые опоры.
Трудности перевода не радовали, однако есть надежда на скорое понимание. Я тебе показываю пуговицу и сообщаю, как это называется.
Йети что-то уловил, какие-то обрывки мыслей. Он тоже хотел наладить контакт любым способом, поэтому, когда рукой полез в пах, Аверьянов поднял руки:
– Не надо, не показывай. Я верю, у тебя больше!
– Иилкс яжгоб бум. – Громила вперился в лоб человека, предпринял попытку мысленно достучаться, донести смысл.
– Ладно, раз приловчился шарить в голове, продолжай. Мне очень надо с тобой поговорить про машину времени. Ходит без дорог, такой бездорожник. Попадался он тебе на глаза? Если знаешь, где сейчас машина, я готов следовать за тобой.