А возле дома столпотворение. Куча пожарных, аварийные службы. Прохожего спросил, в чём дело.
– В квартире, на восьмом этаже, взорвался баллон газа.
Глаза сразу нашли панели, выбитые взрывом. В соседних домах много вылетевших стёкол.
– На восьмом? – Раскатник выпрыгнул из машины, крутанулся на одной ноге, заглушил двигатель. Зеваки создали плотное кольцо, кто-то плачет, бабки крестятся. В подъезд его не пустили, оцепление чуть не рулеткой вымеряло положенное расстояние. Ладно, стал уточнять, в какой квартире.
– Ты сам из какой?
– Шестьдесят седьмая.
– Ни одна не уцелела на этаже. Жена, мать – кто? – Эмчеэсники как-то на себя не похожи, вот совсем: как напялили чужую одежду, для массовки. Щуплые – возьми и раскидай по одному.
Неподалёку стояли крепкие парни, только с лицами у них что-то не то. Смотрят – не видят, как вместо глаз мониторы, на них подаётся своя картинка. Возможно, их окружают враги, они готовы пустить оружие в ход, по первому подозрению.
Не тебя ли караулят? Ну, жена, мы знаем, а вот что предпримешь? Ожидают, что пойдёшь в подъезд, вопреки не очень внятным словам первой линии обороны. Уж они оторвутся по полной, можешь не сомневаться. Не таких заваливали, давай-ка, рискни!
Раскатник отошёл к людям, не дал возможность спровоцировать заварушку. Но надо видеть сопереживающие глаза жильцов, и мысль витает: откуда взялся баллон?
Дебилы – как стояли, так и стоят. А где-то прячется командир с пультом. Чипы подадут команду «в атаку», и от этих зевак мокрое место останется. В СМИ сообщат, что здесь произошла разборка двух местных банд, есть жертвы. И органы поедут в Европу или Израиль, – органы русских нарасхват идут. Как где войнушку учинили – готовь контейнеры со льдом, привалит работки.
Как же слепо большинство! Как рвут горло, в защиту власти, которая, глазом не моргнув, весёлую ораву патриотов пошлёт куда-нибудь за границу. Вы там смелей, ребята, у нас куча заказов на печень, лёгкие и сердце.
– Петровна! – Он обрадовался, разглядев соседку с первого этажа. – Вы видели мою?
– Увезла «скорая», крепись. Много крови, но по виду – не сильно пострадала.
Стал наводить справки, куда повезли.
Часть 2. Глава 1
Будь ты боевым генералом мирного времени, тыловой крысой либо обычным карьеристом, тебе не облизывать царские тарелки, пробовать сливки – пока не докажешь преданность Системе.
В коридоре накапливались и те, и другие, и третьи. Все друг друга знали если не поимённо, то в лицо точно, не первый раз. Если приглашает Дмитрий Анатольевич, тут не до отговорок. Ровно в пятнадцать ноль-ноль двери гостеприимно распахнулись. Входящие привычно заглянули в приоткрытую дверь слева: стол накрыт. После совещания отведаем разносолов, обсудим последние новости.
А пока – к столу овальному, с блокнотами, микрофонами и минеральной водой. Полковник Шалаумберг задумчиво отмечал в списке прибывших, из новичков двое, остальные занимают раз и навсегда установленные места.
Этих двоих сопровождал майор, не слишком церемонясь, обоим указал – сюда.
– Эти места закрепляются за вами, постарайтесь запомнить.
Новички взялись за науку, с помощью которой в следующий раз они приземлятся без ошибок. Для ориентиров, стены кабинета украшены портретами покинувших этот мир и ныне здравствующих, – по крайней мере, десять минут назад их видели в добром здравии, с кем-то удалось обменяться рукопожатиями.
Полковник приступил к делу, без проволочек:
– Друзья мои, соратники, рад видеть всех в добром здравии. Дмитрий Анатольевич очень занят, сегодня поговорим без него. Почтим же память безвременно ушедших товарищей минутой молчания.
Так получилось, что взгляды присутствующих устремились на те самые два кресла, где оказались новички. И нельзя сказать, что оба ощутили неловкость от внимания к своим персонам. Закалённые в боях мирного времени, войной с вредителем на складах «НЗ» либо чудесным образом опередившие других конкурентов, эти двое приняли знаки внимания, как должное. Говорите, мы заняли место погибших? А вот это интересно, чем так отличились, но, разумеется, поговорим об этом как-нибудь, при встрече не за этим столом.
Майор по кивку раздвинул шторки, на стилизованной школьной доске из чёрного дерева красовался список фамилий, большей частью зачёркнутых.
– За этот список кое-кто готов заплатить большие деньги, вы же его запоминаете даром, что ещё раз должно убедить вас в полном доверии к вам с нашей стороны. Итак, я снова обращаю ваше внимание на факты удачных операций. Для новичков специально поясняю: эти люди жили по своим правилам, не хотели работать с нами в одной команде. Поэтому и пришлось принять меры. Их могилы под наблюдением, – так мы вычисляем сторонников и сочувствующих, кто сам за оружие никогда не возьмётся. Но от того они ничуть ни меньше угрожают всеобщему благополучию, чуть что – примкнут к любой радикальной группировке, и нам не дано знать, который из них поведёт толпы на баррикады. К тому есть все предпосылки, поскольку система сдерживания всё чаще даёт сбои. Сколько верёвочке ни виться, сами понимаете. – Полковник пригубил стакан, через его ободок глянул на новичков. – Вот у вас, двоих, может возникнуть вопрос…