У меня осталась лишь одна мысль в голове. Усталая, неповоротливая, она даже не пыталась метаться, будто птица, запертая в клетку, нет, она просто лежала на дне своей клетки. Когда я обратилась к ней, она лишь встрепенулась, приподняв крыло и обратила на меня свой взор.
Как же тяжело было думать!
Я прошу о помощи! Из последних сил я дернула за ниточку, и мысль птицей взлетела вверх, ударившись о стену клетки — моей головы.
Все мои разговоры заняли буквально несколько мгновений. Кто-то что-то заметил? Возможно, но лишь тихое бормотание и невидящий взгляд в небо.
Солнце скрылось, луна осветила землю. Полная Луна заняла свое место в центре трех солнц.
Парад Хозяев неба…
Праздник «Рождение Новой Луны» празднуется раз в десять лет. Именно в тот момент, когда три солнечные сестры выстраиваются друг за другом, создавая парад солнц, и луна встает с ними в один ряд, создавая солнечное затмение. Происходит это все ночью, и на темном небе в этот момент Луна, будто подсвеченная изнутри бросает на землю теплый яркий свет. Ее серебро в сочетании с золотом солнца озаряют мир иными красками чем те, к которым мы привыкли.
В тот момент, когда я взывала о помощи к площади подошел мэр города.
— Итак, начинаем! — Скомандовал он палачу.
— Джиа ан Торрес, вы обвиняетесь в убийстве трех человек… — Начал оглашать палач мою вину.
«Просишь помощи, тогда, пой».
Неожиданно подал голос амулет отца.
Спасибо! Я поторопилась поблагодарить, совершенно не понимая, чем мне может помочь песня.
— И одного гнома… — Продолжал тем временем палач.
Петь?
«Пой!»
Когда я запела, вокруг для меня все затихло. В моем голосе чувствовалась боль, каждое слово я произносила с трудом, начиная с тихого шепота, но я пела, я не останавливалась. Остановить меня никто не пытался, да и зачем? Меня и так было почти не слышно. Если кто-то и слышал мой шепот, то лишь тот, кто умел слушать.
Я заметила, что с каждой новой строчкой мой голос твердел, а боль и страх уходили.
Последние строки я произнесла с некоторым удовольствием. Когда я закончила петь все вокруг почему-то замерло. Я закрыла глаза не в силах больше видеть гневные взгляды своих палачей. Может, я умерла? Промелькнуло в моей голове.
Я ощутила толчок в груди, через мгновение осознав, что это сердце, ощутила еще один и еще. Но почему вдруг стало тихо? Слишком тихо. Вдруг я ощутила кожей рук холод металла, и в следующий миг кто-то освободил мои руки, а затем и ноги. Когда я почувствовала долгожданную свободу, я опустилась на колени. Безумной болью в спине отдавалось любое мое движение. Этот кто-то поднял меня на руки. Я не могла его увидеть, я не могла даже открыть глаза. Мое сердце стучало с бешеной скоростью. Теперь я это слышала, а ведь недавно мне казалось, что оно и вовсе не бьется.
Толпа начала оживляться. Когда мэр пришел в себя, он сам зажег первый факел и кинул его в нашу сторону. По его примеру поступили еще несколько стражников, создавая вокруг нас огненную преграду. Пламя быстро разгорелось. Я заставила себя открыть глаза, в надежде увидеть любимые карие глаза жениха, но вместо них окунулась в манящие черные с серебром.
Он держал меня на руках, отступать уже было некуда, огонь окружил нас, пока что довольно широким кольцом.
И только сейчас я поняла, что убила не только себя, теперь меня можно судить за убийство велианца! Мое сердце сковало страх.
Зачем?! Зачем ты сюда пришел?! Ты же сгоришь в этом бешеном огне! Неожиданно мне вспомнился тот вечер в лесу, когда я была окружена кольцом огня, не причинившим мне никакого вреда, и я засмеялась как сумасшедшая. Я была настолько зла на этот мир, на этот город, на Арена, на своих друзей, на этого велианца, а главное, на саму себя!
— Смеешься как старая ведьма, и почему ты с такой ненавистью на меня смотришь? У меня от твоего ледяного взгляда сердце мерзнет.
— Везет, а мне вот что-то жарко становится. А злюсь, потому что ненавижу тебя, ненавижу что приперся сюда меня спасать и сам же теперь и погибнешь! — Я перестала смеяться, и лишь кричала, не отводя глаз, и даже умудрилась несколько раз ударить его, по груди, спине и даже лицу.