- Похоже, я растворяюсь, - прошептала.
«Почему нет сожаления? Стремления вперед? Я ведь не такая, - размышляла, перебирая пальцами в воздухе. – Борьба за жизнь заложена в меня с первых шагов».
Только вот что делать было непонятно. Да и суетиться не хотелось. Меня кто-то блокировал, но кто мог? Кому такое нужно?
- Думай! – прошипела я, сморщив нос.
В голове зароились обрывки воспоминаний. Те кусочки и яркие вспышки, которые я успела пережить и запомнить. Что-то тут пыталось скрыться от меня.
«Спи, - послышался шепот. – Зачем бороться, просто усни…»
Голос был холодным и до боли знакомым. Кто мог сказать это, откуда подобный тембр? Напрягая все извилины, до меня дошло. Резко подскочив, я развернулась и увидела его. Пять горящих точек, на неизменной маске. В этот раз под лицом, на уровне шеи открылась пасть, из нее торчал черный язык, и капали ядовитые слюни. Существо спокойно лежало, сложив всю свою бесформенную массу, и наблюдало за мной.
- Я не буду спать! – крикнула, пятясь от него назад.
Пасть расплылась в улыбке. Он был доволен. Как будто мое терзание и сопротивление может доставить большее удовольствие.
« От себя не спрячешься, - так же чужеродно пронеслось в моей голове. – Я поглощу твою душу».
- Как поглотишь? – прошептала я.
Почему-то мне казалось, что такого просто не может быть. Вот ты есть и вот тебя нет. Да я даже не успела разобраться, кто я есть на самом деле.
- Погляди какой здоровый, - голос за спиной напугал меня.
Резко повернувшись, я ожидала увидеть кого угодно, даже полтергейст нисколько бы не удивил. Но приметив маленькую аккуратненькую бабушку, просто растерялась. Хлопая глазками, в упор не понимала, кто она и что тут делает.
- Зря Теодор тебя усыпил, беды наделал, - она подошла и взяла меня за руку, успокаивающе ее погладив. – Процесс запустил, ай я яй!
- Какой такой процесс? Кто такой Теодор? – быстро затараторила я. – Вы…вы… тоже видите это?
Развернувшись и указав на существо, с надеждой смотрела на старушку. Мне хотелось, чтобы она тоже это видела. Чувство что схожу с ума захлестывало, так что я хотела этого, но в тоже время боялась.
- Конечно, вижу! - она сочувственно обняла меня. – Бедная девочка.
- Брысь чертовка, - прошипело существо, ощетинившись и привлекая наше внимание. – Эта моя добыча!
Его слова подействовали на меня, как ведро холодной воды за шиворот. Мелкая дрожь пробила все тело. Старушке это не понравилось.
- Как смеешь ты, - женщина обошла меня, закрывая собой, - проклятым душам не место в моем доме!
Она начала читать какие-то странные не то стихи, не то завывания. Вокруг нее образовывался свой туман, голубоватый дым, который она пускала в сторону существа. Это путало его, заволакивало весь обзор. Горло обожгло, будто в него вылили кипяток. Кашель. Не прекращающийся.
- Давай девочка, очнись, - шептала старушка, продолжая обволакивать хищника.
- Проснись.
Проговорив вслух, сознание просто вышибло меня наружу. Глаза медленно привыкали к задымленному помещению, нос чесался. Пахло различными благовониями, видимо это и было причиной. Рядом со мной сидела старушка, в ее руке была трубка. Она улыбнулась мне искренне, даже немного наивно.
- Вы понимаете меня? – сиплым голосом спросила ее.
- Побывав в твоей голове, я узнала многое, - она откинулась на спинку. – Но понимание языка достигла по-другому.
- И как же? – я попыталась сесть.
- Лежи, не дергайся, - она щелкнула пальцами, от чего трубка исчезла и она поднялась, сложив свои руки мне на плечи, удерживая на месте. – Если я расскажу, ты все равно не поймешь, сейчас о другом надо думать?
- И о чем же?
Она не сказала. Лишь приподняла мою руку, на которой красовался черный рубец. За время, пока я отсутствовала, он значительно расползся. Не давил, не причинял боль, лишь холодил кожу. Чувство, что она больше мне не принадлежала.
- Да, это распространяется, - ответила она на мой немой вопрос. – Боюсь моих сил мало, чтобы это остановить.
- Что же мне делать?
Она промолчала. Вышла из комнаты, оставив меня одну.
Глава 7. «Эрика: надежда просто слово».
Старушка вернулась спустя полчаса. Вместе с ней высокий статный эльф в черной форме. На его груди имелись нашивки, сразу видно, чин не маленький. Лицо суровое, украшенное шрамом у левого виска, нос прямой, брови густоваты для эльфа и сведены над переносицей. (Почему он хмурится?) Волосы распушенные и пятнистые. Я бы сказала, что он брюнет с прядями седины, но в тоже время он выглядел молодо. Лет двадцать восемь тридцать, не больше.