– Не дергайся! – зарычали прямо в ухо.
Дарки что-то кричали друг другу на своем языке.
– Пустите! Я должна знать, что с ним! – кричала я, но на меня никто не обращал внимание. Лишь увеличили давление на заломленную руку.
– Больно! – завизжала я, из глаз брызнули слезы.
Захват ослабили, а через минуту руку отпустили. Я развернулась, ища глазами Рэя, но его уже унесли. Руку нестерпимо ломило, но пальцы шевелились. "Значит не перелом" – мысленно констатировала я. Прижала больную руку к себе. И вознамерилась выбежать из отсека.
– Стоять! – зарычал на меня оставшейся в отсеке дарк, – пошла на свое место! И чтоб сидела тихо!
Я медленно подошла к своей кровати и села на нее. Надо подождать, когда вернуться остальные. Тогда и буду пытаться что-то узнать. Закрыла глаза. И снова удивилась, поняв, что чувствую Рэя на расстоянии! Как отца или брата! Нет даже ярче! Между нами как будто образовалась стабильная ментальная связь, я не только чувствую, что он жив, но точно знаю, где он и что чувствует! Сейчас он выше меня на два этажа и где-то справа. Я приоткрыла и прищурила глаза и почти сразу увидела, что от моей ауры отходит золотистая веревка и скрывается где-то за дверью отсека. Это и есть связь? Огляделась вокруг и заметила еще несколько тоненьких золотистых ниточек. Мысленно потрогала одну из самых толстеньких и сразу узнала энергию отца, погладила нитку чуть потоньше – это Дэн. А это кто такие? Уставилась я на оставшиеся две самые тоненькие нити-паутинки. Легким касанием трогаю первую, и в душу врывается ледяной холод. Понятно, это кто-то из эргов. Отпускаю, перевожу взгляд на последнюю ниточку еще более тонкую, даже касаться страшно. Просто приближаюсь к ней и жду, когда она сама дотронется до меня. Коснулась, и ничего не чувствую. Ни тепла, ни холода, ни индивидуальности. Странно.
Устало легла на кровать. Что же произошло, почему образовалась такая крепкая связь с Рэем. Я провела с ним едва ли больше часа. Он объяснял, что и где находится, что-то шутил, рассказывал. Я только слушала, почти ни чего не говорила. Потом эта его трансформация. Волна теплой энергии. И бац, я начинаю видеть связи! Может быть, он отдал мне слишком много энергии? Стоп. Дарки не могут пользоваться или управлять энергией! У них есть только их боевая трансформация! Почему тогда Рэй может?
– У Рэя мать рэянка? – мой голос прозвучал твердо, без намека на какие-либо эмоции.
Ответа не последовало. Я снова прищурила глаза и стала рассматривать своим новым зрением образовавшуюся связь. Теперь это уже не веревка, а скорее шнурок. Связь тает. Почему? Ей не хватает энергии! Я сосредоточилась и собрала из кусочков воспоминаний, то чувство нежности, которое пришло ко мне с волной Рэя. Вплела свое сострадание и ответные нежные чувства, прошептала: "Вернись" и пустила теплую энергетическую волну прямо по шнурку. Я отдавала энергию пока кровать не начала раскачиваться подо мной. Все, мне почти ничего не осталось!
Стало холодно, даже с закрытыми глазами мир крутился, и я постоянно куда-то падала. Издалека меня позвал голос отца: "Шери, что с тобой?". Я горько усмехнулась в своих мыслях: "Все и ничего… Прощай!". Тишина. "Продержись немного, тебе сейчас помогут! Держись, слышишь?" – голос отца становился все тише. "Не успеют…", – подумала я. "Еще как успею" – вдруг совсем рядом раздался голос Дэна. – "Через минуту у тебя уже будет необходимый минимум энергии. Но если еще раз выкинешь такой фортель, пристыкуюсь и уши надеру! Так и знай!". Голоса пропали.
Кровать перестала раскачиваться. Я попробовала приоткрыть глаза. Комната кружилась, но гораздо, медленнее. Попробовала переключиться на виденье нитей. Получилось. Нити отца и Дэна слегка утолщились. А вот с Рэем шнурок истончился и стал тоже нитевидным, но не пропал. Я, не отрываясь, смотрела на него, боясь увидеть, как он растает на глазах. Но спустя час, поняла, что связь больше не истончается. Золотая толстая нить прочно держалась и при прикосновении дарила ощущение тепла и нежности. В комнату вернулись боевые товарищи Рэя, но я не стала пытаться их расспросить о нем, так как чувствовала, что сейчас с ним все в порядке. Развернувшись лицом к стене, я счастливо улыбнулась, снова коснувшись нити Рэя и погрузившись в бесконечное чувство нежности, даже боль в руке отошла на второй план. Слабость и эйфория пьянили мой разум. Все-таки как удивительно и прекрасно, когда в твоей жизни появляется кто-то, кто испытывает к тебе такие чувства, кто поддерживает тебя, заботится и, наверное, любит!
В полудреме краем уха улавливаю какой-то разговор на непонятном мне языке. Потом рядом со мной громко раздался приказ:
– Встать! Командир крейсера в отсеке!
Я повернула голову, чтобы посмотреть, что происходит. Военные стояли по стойке смирно. В центре комнаты стоял отец Рэя, и буравил меня взглядом. Я попыталась встать, но не справилась с головокружением, покачнулась и села на кровать, прижимая к себе ноющую руку. Против воли на мое лицо вернулась все та же счастливая улыбка.
– Здравствуйте, – пробормотала я, блаженно уставившись в глаза командира крейсера.
Дарк тряхнул головой, словно прогоняя наваждение и четко разделяя слова проговорил:
– Что здесь происходит?
Стоявший рядом со мной военный по имени Гил, набрал в легкие воздуха, чтобы начать доклад, но резко осекся, поймав гневный взор командира. Отец Рэя, снова сосредоточил на мне свое внимание.
– Рэй хотел мне представить своих сослуживцев, они же не захотели знакомиться и что-то ответили ему, наверное, очень плохое. Потому-что Рэй вдруг за пару секунд трансформировался в нечто большое и зубастое, страшное и очень сильное…, – рассказывала я, витая в облаках. Чувство эйфории никак не проходило. Хотелось смеяться и веселиться.
– Рэй? – переспросил командир крейсера, – почему ты так его называешь?
– Он сам так представился. И сказал, что Вы его отец, – доверчиво поведала я, улыбаясь, – а поскольку Вы не назвали своего имени, а произносить: командир неизвестного крейсера дарков это долго, то я, наверное, тоже пока буду вас так называть.
– Что?!! – дарк остолбенел от моего бреда.
– Отец Рэя, – я мечтательно растягивала слова, – Рэй сказал, что Вы кричите, потому что расстроены, и не любите когда Вас используют вслепую, но как только возьмете ситуацию под свой контроль, то мы тогда будем вместе пить чай с пирожными…
Стоявшие по стойке смирно военные медленно повернули головы в мою сторону и смотрели не мигая. Отец Рэя повернулся к Гилу и спросил:
– Лейтенант, она давно в таком состоянии?
– Не могу знать, командир! Пленная спала, отклонений в поведении не было, – отчеканил Гил.
– Лейтенант Гил, если меня игнорировать, то вообще будет не понятно, сплю я или умерла! – смех сотрясал меня, – если бы Дэн не накачал меня энергией, то вам и разговаривать было бы сейчас не с кем.
А дальше я закрыла глаза, и мои мысли полились наружу неконтролируемой лавиной:
– А Рэй, когда проснется, вообще размажет тебя по стенке, за то, что ты мне чуть руку не сломал. Да, к тому же это ты ляпнул ему что-то, отчего он трансформировался. И Рэй, наверное, на половину рэянин. Но, так же как и я, он не умеет обращаться с энергией. Либо умеет, но не может контролировать процесс в трансформированном состоянии. Вот и исчерпал свой жизненно необходимый минимум. Я подпитала его по ментальной связи и тоже исчерпала свой энергетический минимум. Меня подпитал брат. Так что, неизвестный командир неизвестного крейсера дарков можете дважды отдавать свой долг чести. И вообще, я слышала, что когда между двумя разумными существами образуется постоянная ментальная связь, то это навсегда и они становятся кем-то вроде родственников. Странно, я не чувствую, где находится и что делают мой отец и брат. А вот Рэй, сейчас спит, и находится он на два этажа выше и правее меня. Я чувствую, что с ним и где он. А еще… у меня рука болит… и… очень хочется спать и… пирожных тоже… потом…