– Зачем ты сделал это с ней? – спрашивал голос Рэйниджа гин эр Вирга.
Я открыла глаза и обнаружила, что лежу на диване в какой-то не большой комнате. В проеме широкой арки, отделяющей соседнее помещение от этой комнаты стоят Нэтидж гин Вирг и Рэйнидж гин эр Вирг.
– Затем, что она – дина, и должна была для своего же блага следовать определенным правилам поведения. Однако, она отказалась слушаться и решила, что может устанавливать везде свои порядки. Она решила, что может изменить существующие многовековые традиции. Сказала, что пойдет до конца, – твердо и спокойно ответил Нэтидж гин Вирг, – это в любом случае ничем хорошим бы не закончилось. Особенно, если учитывать ее энергетическую нестабильность. Я позаботился о ее спокойствии и здоровье.
– Ты сломал ее, – глухо прокомментировал Рэй, – ты не дал ей времени освоиться, прейти в себя, и принять ситуацию, в которой она оказалась.
– Рэйнидж, она никогда бы не смирилась. Она погибла бы пытаясь доказать свою правоту и отстоять свою свободу, – тихо проговорил Нэтидж гин Вирг и прошел в глубь соседней комнаты, – я просто взял ситуацию под контроль. Одновременно решив сразу несколько проблем. Я улучшил ее состояние здоровья, ее энергетический баланс был стабилен, психологически она чувствовала себя комфортно. О ней хорошо заботилась моя экономка. Ее никто не обижал. При первых же симптомах отклонения в здоровье она получала медицинскую помощь.
– Почему сейчас она так плохо выглядит? – удрученно спросил Рэй.
– У нее произошел нервный срыв на фоне гормональной нестабильности. Ей оказали медицинскую помощь и полностью обследовали. Препарат и другие успокаивающие нервную систему лекарства в ближайшие пять лет давать нельзя. Мне предстоит большая работа с ней, так как развитие ее нервной системы, скорее всего, деградировало. Вот медицинское заключение. Я начал исправлять недостатки в ее поведении, чтобы в будущем больше не возникало подобных проблем с неподчинением и неконтролируемым использованием энергии, – спокойно ответил дарк.
– Нэт, – Рэйнидж гин эр Вирг обратился к дарку по имени, – ее надо обучать пользоваться энергией, а не загонять мозг на низкий уровень развития.
– О чем ты говоришь? Она – сплошное ходячее недоразумение. Ее поведение основано на эмоциях. Она не может справиться с энергией нашей Кины. Она не продержалась в лесу и получаса, потеряв сознание. Эта девушка может жить только внутри помещения. Она слаба, хрупка, не видит в темноте и плохо различает предметы в сумерках, регенерация тканей гораздо ниже нашей и зависит от приема крови. Мне постоянно приходится рассчитывать свою силу, чтобы случайно ее не покалечить. Ей вообще не место на этой планете! Как и любой другой рэянке, – быстро и возмущенно проговорил Нэтидж гин Вирг.
– Ты прав, ей здесь очень тяжело. Но ты мог бы ей помочь и поддержать ее! А вместо этого ты сломал и запугал ее до полусмерти, – с горечью в голосе обвинил собеседника Рэйнидж гин эр Вирг.
– Я ввязался в это дело только из-за тебя. Чтобы ты не наделал глупостей, – зарычал Нэтидж гин Вирг, – на кой тебе вообще тогда сдалась эта малолетка? Нет, я понимаю, она очень необычная, красивая, даже забавная, но что толку-то от нее? Это все равно, что стирать пыль с красивой вазы из очень тонкого хрупкого стекла. Ты же знаешь, что произошло с твоей собственной матерью и с матерью Дарии?
– Да, знаю. Но поступить по-другому я не мог. А потом она стала частью меня. У нас слишком сильная связь. И эти десять лет, которые я отсутствовал на Кине, ничего не изменили. Наоборот, теперь я нахожусь с Кэшери в постоянном эмоциональном контакте… – напряженным голосом сказал Рэй.
В комнате воцарилось молчание.
– С этим надо что-то делать, – задумчиво растягивая слова, произнес Нэтидж гин Вирг.
– Я тогда еле смог заставить себя отказаться от нее. Ты – мой друг. Я знаю тебя всю свою жизнь. Тебе была дорога мать Дарии. Я надеялся, что, возможно, Кэшери обретет новую семью в твоем доме, что они с Дарией будут как сестры… – сказал Рэй с горечью и болью в голосе, – А вернувшись на Кину четыре дня назад, обнаружил безвольное существо… Благодаря моей энергии она начала возрождаться. Ты же продолжаешь убивать ее, делая из нее безвольную куклу! Пойми, она дорога мне также, как тебе дорога… скажем Дария! И этого не изменить!
– Она тебе никто! Она – дина, чужая, пленная полукровка! Приди в себя, все, что требуется в данной ситуации, так это оборвать вашу связь!
– Нашу связь нельзя оборвать… Я узнавал у жрецов Света. Мы связаны одной энергией как два сообщающихся сосуда. Разобьешь один, жизненная энергия вытечет из обоих. Для меня это бы означало или медленную смерть, или же быструю при первой попытке трансформации. Для Кэшери то, что ее организм больше не будет индуцировать энергию Света, и она станет истинной эргиссой. Она должна будет питаться кровью, чтобы выжить. Скажи, в мое отсутствие с ее энергетическим балансом были какие-то проблемы?
– Небольшие. Раз в пять-семь дней ее надо было подкармливать кровью…
– А у меня большие. Отец устроил так, чтобы меня прямо в космическом пространстве Кины посетил Дэниас Тэрис. Он пытался выяснить подробности смерти своей сестры. К этому времени я был почти на грани. Мой энергетический запас истощился за три дня. Дэниас помог мне выжить, а мне пришлось рассказать ему легенду, почему я завишу от его энергии, и что сейчас после смерти Кэшери связь оборвана. Я присосался к ее брату и отцу как энергетическая пиявка. Такая жизнь мне не по нутру. Тем более что единственному чему можно меня было научить так это контролю энергетического баланса, и ведению боя без использования трансформации. Так что мое обучение закончилось.
– Отец знает, что ты вернулся?
– Нет. Он возвращается на Кину через пять дней. Этот разговор не для посторонних ушей.
– Как думаешь, а твоя жена знает, что ты уже на Кине?
– Жена… Я видел гиру Эрлин эр Лерк всего однажды, и было это, кажется двенадцать лет назад. Мы даже не разговаривали. Наш брак заключен лишь на бумаге по доверенности. Она должно быть до сих пор проживает в своем клане?
– Да. Но она теперь гира Эрлин эр Вирг.
– Разумеется. И эта еще одна проблема. И чем позже Лерки узнают о моем прибытии на Кину, тем лучше.
– Возможно, – неуверенно произнес Нэтидж гин Вирг.
– Пойду, поздороваюсь с Кэшери, она уже давно проснулась.
– Что? Зачем ей знать все это?
– Затем, что я не могу от нее это скрывать! Она считывает мой эмоциональный фон так же легко, как и я ее. Мне не нужно говорить ей, что я испытываю или доказывать свои намерения, она все знает. – Спокойно и устало сообщил Рэйнидж гин эр Вирг, и добавил, – надеюсь, ты понимаешь, что должен изменить к ней свое отношение?
– Единственное, что я понимаю, так это то, что прошло десять лет, а ситуация не изменилась, – раздраженно произнес Нэтидж гин Вирг.
– Ты не ответил мне по существу.
– Я не знаю, что мне делать с ней и с тобой. Будь ты для меня посторонним, то я бы уже давно перегрыз вам обоим глотки, – рычал зеленоглазый дарк.
– Не будь ты моим другом, то и не узнал бы кто и почему разодрал тебя на части. Ты знал, как я отношусь к этой девушке. Ты должен будешь попросить у нее прощения и искупить свои проступки, – глухо сообщил Рэйнидж гин эр Вирг.
– Она – моя дина. И так будет, пока глава клана не примет другое решение, – рычал Нэтидж гин Вирг.
– Ты всерьез полагаешь, что глава клана будет рисковать жизнью своего единственного сына?
– Я не знаю, что решит глава клана. Но до его приезда, требую, чтобы ты не подходил к моей дине. Она принадлежит мне, и я против вашего общения, – жестким тоном сообщил Нэтидж гин Вирг.
– Нэтидж, я общаюсь с ней ментально. А если сосредоточусь, то даже могу видеть ее глазами и слышать ее ушами. У тебя, кстати, хорошая машина, а вот музыку ты слушаешь дерьмовую.