Я растерянно посмотрела в глаза дарка, и неуверенно произнесла:
– Он единственный, в чьих чувствах я уверена. Но я понимаю, что наша ментальная связь стала помехой для него. Я не знаю, как разрешить эту ситуацию…
– Я спрашиваю не о вашей ментальной связи, а о том нравится ли тебе Рэй? – спокойно уточнил дарк.
– Наверное, – не решительно ответила я, – мы в общей сложности знакомы меньше недели…
Дарк положил мою руку себе на предплечье, и мы вышли из квартиры на улицу, где нас ждал флайп. После того как мы сели в заказную машину, и опустилось непрозрачное стекло между пассажирским салоном и водителем, дарк заметил:
– Женщина, обычно, с первых минут знакомства может сказать, нравится ей мужчина или нет…
– В первую минуту нашего знакомства я видела только темный скафандр и меч, которым меня хотели убить, – глухо прошептала я.
– Ну а потом? – ровным голосом уточнил дарк.
– Потом мне объявили, что я снова являюсь военнопленной.
– Ты же все равно имела возможность пообщаться с ним.
– Он показал мне жилой отсек на корабле, много рассказывал и шутил, а через полчаса, вернулись его сослуживцы. Они указали ему на то, что с военнопленными следует обращаться по-другому. Рэй трансформировался и все испугались. А потом я почувствовала его боль, и мне стало жалко его. Я поделилась с ним энергией, отдала все, что у меня было, иначе бы он умер. В следующий раз я очнулась только на Кине и увидела его в доме гиры Гайи. А ближе к вечеру, Вы увезли меня….
– Другими словами, он по какой-то причине не убил тебя на эргийской станции. И причина, скорее всего, заключается в благородстве, отсутствии опыта и той же жалости. Потом ты, в принципе по тем же причинам, спасла его жизнь. И на выходе получилась одна энергия на двоих. И теперь эти двое сидят в ступоре и не знают, как им быть. И хуже всего то, что одного из лучших даркийских воинов угораздило влюбиться в эргийскую принцессу. А эта принцесса даже не уверена, нравится ли он ей, – дарк горько усмехнулся.
– Я не принцесса, – сказала я тихо и склонила голову, рассматривая массивное блестящее кольцо на своем пальце, в котором был спрятан чип.
– Шеранды герцоги. А тебя пророчили в невесты самому императору. Так что, с этой стороны тебя можно считать принцессой. То, что ты не сэргисса – это однозначно. Рэянский род Тэрис тоже весьма знатен. Тэрисы уже несколько поколений занимают главенствующие посты в Совете ордена. Если бы ваша планета не погибла, то твой титул приближался бы к титулу Шерандов. Поэтому стоит тебе оказаться в космосе и восстановить свои ментальные связи, как эрги и рэяне снова сделают тебя пешкой в своей игре. Возможно, в будущем и наш Правитель использует тебя, выменяв на что-то или кого-то. Сейчас же если информация о том, что ты жива, просочится за пределы посвященных, то тебя просто ликвидируют. Поэтому я и хочу сделать так, чтобы о тебе знали только я и Рэй. Я действую в интересах безопасности на Кине. Если все пройдет по плану, то ближайшие года, ты будешь общаться только с нами. Не беспокойся, у тебя будет все необходимое для комфортной жизни.
Я не стала отвечать Нэтиджу гин Виргу, повернула голову к окну и принялась рассматривать пейзаж. На душе было тоскливо и одиноко. Время идет, а в моей жизни нет перемен к лучшему, наоборот все больше усложняется. И вот я уже даже не мечтаю стать самостоятельной, получить профессию, найти работу, друзей. Все это осталось в прошлой жизни. Сейчас я просто хочу выжить, а самая заветная мечта – это вырваться из плена… стать свободной. Как бы было здорово, начать новую жизнь где-то далеко-далеко, подальше от эргов, дарков и даже рэян! Но это невозможно.
Через несколько минут флайп остановился у одного из каменных трехэтажных домов на достаточно оживленной улице. Нэтидж гин Вирг открыл дверь флайпа, и помог мне выйти из машины.
– Сегодня я разрешаю тебе опереться на мою руку и идти рядом со мной, – спокойно сообщил дарк и добавил, – Видишь тот флайп у стоянки? Именно в нем тебе следует оставить чип, кольцо и все остальное. А теперь сосредоточься мы подходим к клубу. Помни, от тебя требуется полная покорность. Склони голову слегка вниз, смотри только себе под ноги, ничего не говори.
Я сделала, как он сказал, и начала проговаривать про себя заклинание: "Смотрю под ноги, молчу, мне все равно". Сосредоточившись на фразе, мне стало легче не обращать внимания на окружающую обстановку, дарков, легкую музыку, шум множества голосов. Нэтидж гин Вирг чувствовал себя в этом клубе как рыба в воде. Всех знал, его все приветствовали, он принимал лестные отзывы об удачном приобретении столь необычной дины, отклонял предложения о моей продаже. Мы перемещались от одной компании к другой. Голоса менялись, темы разговоров оставалась неизменными: немного о войне и внешней политике, немного о службе в гарнизоне и новом снаряжении и оружии, немного об автомобилях, об охоте, об общих знакомых. Дважды затрагивалась тема содержания эргисс в качестве дин, и каждый раз дарки не были едины во мнениях. В конце концов, Нэтидж гин Вирг заявил, что выступает против содержания эргисс, но лично со мной ему повезло, так как у меня спокойный нрав, приятная внешность и я легко поддаюсь воспитанию. Чей-то голос с усмешкой заметил, что для того чтобы получить живую куклу особого везения не надо. Нэтидж гин Вирг, усмехнувшись в ответ, сказал:
– Разумеется. Только эта дина не кукла. Она все слышит, понимает и чувствует.
– Ни одна эргисса в своем уме и трезвой памяти не будет покорно стоять, и слушать, как вы Нэтидж тут о ней разглагольствуете. Если бы эта дина понимала, что здесь происходит и в каком она статусе, то вы бы мой друг превратились уже в порванную когтеточку. А применить к ней силу означало бы покалечить столь прекрасное и необычное существо, – горячо возразил все тот же голос.
"Смотрю под ноги, молчу, мне все равно". Моя фраза давалась мне все с большим трудом. К горлу подступал ком от обиды, а в душе росла боль и протест из-за подобного обращения и отношения ко мне Нэтиджа гин Вирга, да и остальных дарков. Никто из них не высказал мысль, что рабство – это аморально. Что порабощение разумных живых существ противоречит действующим общегалактическим законам. Кина находилась в изоляции от вселенского сообщества и всех устраивала подобная ситуация. Мне снова и снова приходилось напоминать себе, что если я сейчас сорвусь и не сумею сыграть эту роль, то меня превратят в растение на всю оставшуюся жизнь. Заклинание перестало помогать мне, я из последних сил заставила свое тело на время замереть и не двигаться. Чтобы отвлечь мозг начала мысленный счет, цепляясь за цифры как за последний спасательный круг.
– Уверяю вас Риджен гин эр Лерк, эта дина прекрасно все понимает, – мягко возразил Нэтидж гин Вирг, – просто с динами нужно уметь обращаться и не важно, эргисса она или какой-нибудь другой расы.
– Докажите, – хохотнул несогласный дарк.
– Например, как? – азартно спросил Нэтидж гин Вирг.
– Например, пусть Ваша дина ответит мне на три вопроса, – с лукавством сообщил оппонент.
– Хорошо. Только на каждый вопрос она ответит с моего разрешения. Если я сочту вопрос не корректным, то она не будет отвечать.
– По рукам. Но чтобы от нашего спора был прок, давайте заключим пари. Если эта дина будет признана безвольной пустышкой, то Вы Нэтидж гин Вирг будите должны мне заплатить пять тысяч ин, если же ваша эргисса окажется думающей и чувствующей диной, которая осознанно признает в вас хозяина, то тогда я заплачу вам эту сумму…
– По рукам. Вы проиграли Риджен, – уверенно сообщил Нэтидж гин Вирг.
Возле меня и участников пари собрались все гости клуба. Кто-то принялся делать ставки на исход пари. Через несколько минут общее оживление и шум стихли. Все были готовы услышать первый вопрос. Я сглотнула ком в горле и несколько раз моргнула ресницами, чтобы прогнать подступившие слезы.