– Прости… Не подумал…, – Рэй подхватил меня на руки и усадил в ближайшее кресло, – посиди, сейчас принесу тебе попить воды…
– Это ужасно…, – удалось выговорить мне спустя минуту.
– Препарат дают только эргиссам, чтобы подчинить их агрессивное поведение своей воле… У меня до сих пор в голове не укладывается, что его назначили тебе…
– Знаешь, я не видела ни одной эргиссы…, но считаю, что рабство и лишение воли любого разумного существа – это преступление…
– С эргами по-другому нельзя. Они абсолютное зло, – рыкнул Рэй, – ты ведь помнишь тот ангар?
– Да. Такое невозможно забыть… Рэй, а я ведь тоже на половину это зло, – горький ком в горле мешал мне говорить, сдавливая мои голосовые связки.
– Не говори так. Ты совсем другая…, – Рэй отрицательно покачал головой и устало заглянул в мои глаза, – Надеюсь, мне то ты поверишь? За последние одиннадцать лет я столько перебил этих тварей, что уже и не сосчитать…
– Я пару часов тому назад напала на тебя…
– Хм. Ягненочек, в тебе, конечно, есть кровь эргов, но тебе однозначно не быть воительницей. Не обижайся, но меня так позабавил твой хищный взгляд и оскал. Такая грация и бравада как у месячного котенка…, – Рэй рассмеялся и на мгновение снова стал таким, каким был десять лет назад.
– Что-то мне не смешно, – грустно улыбнулась я, понимая, что Рэй пытается отвлечь меня от тяжелых мыслей, – ведь я не понимала что делаю…
– Эрги тоже учатся контролировать свои действия. Учатся направлять полученную энергию. Зло в том, что они безжалостно лишают жизни другие разумные существа. Они лишены эмоций и руководствуются исключительно личной выгодой.
– А ты? Ты смог многому научится за десять лет?
– Я не индуцирую энергию Света как рэяны, и сам не могу ее добыть, как это делают эрги. Я только принимаю необходимую для жизни энергию, которую мне по связи постоянно передается от тебя. Мой организм также может усваивать энергию, полученную от твоего отца и брата. Я стараюсь сберечь то, что получил. Меня учили контролировать свой энергетический баланс. Это достаточно тяжело, чувствовать силу, но не пользоваться ей. Мне пришлось учиться сражаться, не используя трансформацию, потому что она за считанные минуты обнуляла мой энергетический запас. Остальное время я служил на крейсере, отрабатывая полученное.
– То есть наша энергетическая связь привнесла в твою жизнь одни проблемы?
– Не совсем. У нас возникают проблемы только тогда, когда мы с тобой не вместе. Как только я вернулся на Кину и наша связь восстановилась, то и проблем с боевой трансформацией не стало.
– А, ты часто видел моего отца и брата? – с тоской спросила я.
–Да… Они не смирились, получив известие о твоей смерти… И я подозреваю, что твой брат догадывается, что ты жива…
– Нет, иначе бы они давно нашли меня… Я так боялась, что отец будет во всем винить себя…
– Шери… он профессиональный военный. И твой брат тоже… Они будут исполнять приказы и действовать в интересах расы, даже если для этого надо будет пожертвовать кем-то близким и дорогим… Это вопрос воинской чести. Мой отец поступает также. Интересы клана и Кины для него превыше всего… И я хотел, чтобы ты поняла, что все несколько сложнее, чем ты думаешь…
– Они – моя семья! Я им верю! И ты тоже военный…
– Да, но мой клан и народ не находится в бедственном положении. И я не глава клана, на мне не лежит ответственность за чужие судьбы. Но я понимаю, что движет твоим отцом… и при всем уважении, считаю, что он больше не имеет права втягивать тебя в это. Одного раза было вполне достаточно. Он проиграл. И ты теперь только моя! Я никому не позволю распоряжаться тобой! Мы с тобой семья! – Рэй притянул меня к себе за руку, заглянул в глаза и крепко обнял.
– Рэй, а моя вязь… ты сказал, что кровь Шиллы изменит ее. Через какое время это произойдет? – осторожно спросила я.
– Регенерация сразу становится лучше. Полная перестройка организма, наверное, займет какое-то время. Я где-то слышал, что полный цикл обновления завершается к первой тени Кины-Ту. То есть в нашем случае это произойдет через три дня…
– Обновления?
– Да, кровь Шиллы запускает механизмы самодиагностики и регенерации всего организма. Воины Шиллы не страдают никакими заболеваниями…
– А зависимость, можно отнести к заболеванию? – с замиранием сердца тихо уточнила я.
– Не знаю. В принципе, ведь это свойство, приобретенное в процессе жизни. И оно чуждо твоему организму, – Рэй подхватил меня на руки и закружил, счастливо улыбаясь, – Шери! Должно сработать! У нас все получится! Три дня, три дня… Я с ума сойду за эти три дня!
Я поддалась искреннему веселью Рэя, тихо рассмеялась, не отрывая свой взгляд от усталых и счастливых янтарных глаз. Мои собственные глаза застелили слезы радости и надежды. Нервное напряжение последних суток дало о себе знать, мой смех начал чередоваться с плачем, грозя вылиться в самую настоящую истерику.
– Тшш, любимая моя, все будет хорошо. Я с тобой. Я всегда буду с тобой. Котенок, не плачь, – тихо баюкал меня на руках Рэй, – сейчас примешь теплую ванну, я заварю чай, поспишь, и все будет хорошо! Ты просто устала!
На меня накатило чувство дежавю. Словно мы уже однажды так же сидели на полу, и Рэй укачивал меня, успокаивая словно ребенка…
– Рэй? Скажи, а это уже было когда-то? – всхлипывая, спросила я.
– Что было? – не понял Рэй.
– Ты раньше меня вот так же не укачивал?
– Ах, это! Да было. Тогда на нашем крейсере… Ты тогда расстроилась из-за отца. И… в общем какое-то время отсутствовала…
– Это ты меня переодел в скафандр?
– Да.
– Кошмар…, – кровь прилила к моим щекам.
– Почему, кошмар? Мне было приятно заботится о тебе…
– А помнишь, как ты ворвался ко мне в спальню в доме гиры Гайи?
– Да. Вот это действительно был: кошмар!
– Ага, теперь понял?
– Хм. Да, ладно. Считай, что мы квиты! Меняю твой кошмар на свой, – улыбнулся Рэй.
– По рукам, – согласилась я и хлопнула по ладони Рэя, – спасибо. А теперь я все-таки пойду в ванную…
– Молчу про шкурку…
– Рэй!
– Я же сказал: молчу! – рассмеялся Рэй.
Чтобы отмыть бежевую шкурку от красных и синих пятен и разводов от своей и звериной крови мне потребовалось время. Внимательно осмотрев повреждения костюма, я пришла к выводу, что его быстро можно отремонтировать, аккуратно ушив небольшие порезы. Вот только мне самой никак не извернуться, чтобы зашить шкурку на спине. Интересно, умеет ли Рэй шить? А костюм Рэя после трансформации был полностью уничтожен, но Рэй не очень расстроился, сказав, что это к лучшему, так как излишний лоск и блеск коричневой шкурки раздражал его. К тому же, на Кине полно черных дарков, и главное, что благодаря линзам цвет его глаз, теперь не привлекает к себе особого внимания.
Выйдя из ванны, я обнаружила, что Рэй ожидая моего возвращения, уснул прямо в кресле, а кружка с чаем для меня стоит рядом на столике. Я выпила почти остывший чай и попыталась осторожно разбудить Рэя:
– Рэй? Идем спать… Тебе же здесь не очень удобно…
Рэй не ответил и лишь мерно посапывал. Его эмоциональный фон был спокоен.
– Рэй? – я осторожно провела рукой по его мускулистому плечу, ожидая ощутить бархатистость его покрова, но мой собственный костюм не позволил мне ничего почувствовать, – хм, ты прав. Это дурацкий маскарад…
– Угу. Шери, иди в кровать. Я тут посплю…
– Почему? На кровати хватит места…я лягу на краешек…
– Все равно я не смогу уснуть, а завтра снова вести флайп, и уехать надо будет как можно дальше…, – Рэй поднялся с кресла, взял с кровати подушку, второе одеяло и быстро расположился на ковре перед визором, – Спокойной ночи! Вернее дня… в общем спим…
Сквозь окна в комнату просачивался розоватый свет. Я подошла к окну и заглянула за штору. На улице было уже утро, и редкие машины с путешествующими дарками проезжали мимо, покидая ночлег. Рэй прав, надо как следует выспаться, неизвестно, что готовит нам завтрашний день. Вчера утром я проснулась в клинике, весь день дрожала от страха, вечером сбежала от Виргов, всю ночь куда-то ехала, дважды за истекшие сутки пила кровь… и я стала взрослой… Прислушиваясь к своему организму, я пыталась обнаружить в себе хоть какие-то изменения. Странно, мне всегда казалось, что подобное событие в жизни должно как-то отразиться на внешности и что-то должно произойти с внутренним миром. Раз, и ты взрослая, самостоятельная, по-другому мыслящая. Но ничего такого я не ощутила, я осталась прежней: растерянной, неуверенной… влюбленной. А душу согревал огонек счастья от осознания того, что я любима и теперь не одна. Нас двое, и мы принадлежим друг другу. Я с улыбкой смотрела в потолок. Да, все вышло не так, как я себе представляла, но то, что это то самое настоящее чувство, о котором я грезила в своих мечтах, сомнений нет… Счастливо улыбаясь, я свернулась клубком и уснула.