– Климэрдж гин ар Вирг подарил меня Нэтиджу, а Рэй выкрал меня. Вчера меня конфисковали и объявили собственностью Правителя Кины. Потом ты объявил меня своей собственностью. И это не смотря на то, что рабство – нарушение общегалактического закона.
– Хм. Твой официальный статус – военнопленная. Но твоей жизнью распоряжаюсь я.
– Дэн, можно последний вопрос? Мне необходимо знать ответ…
– Спрашивай.
– Климэрдж гин ар Вирг и Рэй сказали… сказали, что вы с отцом использовали меня, что бы поймать Шерандов. И когда все пошло не по плану, то вы знали, что Совет вынес решение о моей ликвидации… Это правда?
– Отчасти. Я был в курсе… И только по этому ты сейчас жива. В память о Шери, – глухо проговорил Дэн.
– Это нечестно… Я верила вам, а вы подставили меня. Ты хоть представляешь, через что мне пришлось пройти? Меня сто раз могли убить и эрги и дарки!
– Расскажи, как она умерла, что чувствовала…, – не обращая внимания на мои слова, произнес Дэн.
– Никак. Дарки извлекли из меня все чипы вместе с образцами тканей. Стерли с шеи вживленное идентификационное тату. Поместили в какую-то капсулу. А очнулась я только через шесть месяцев с вязью на шее на планете Кина. Через сутки меня избили в магазине, потом заперли в клетку в полицейском участке и тоже обещали поправить мордашку. Я сбежала от них почти босиком по снегу и чуть не замерзла. А еще через сутки мир затих и стал черно-белым, я превратилась в растение на целых десять лет, пока не вернулся Рэй и не передал мне немного энергии. Врач в клинике долго объяснял моему хозяину Нэтиджу гин Виргу, что развитие моего головного мозга остановилось или даже деградировало, так как не половозрелым особям не назначают препарат. Я слышала, как меня предложили усыпить, словно неизлечимо больное животное. Рэй поговорил с Нэтиджем и они решили, что меня лучше спрятать от Виргов. Мою смерть снова инсценировали. На этот раз я погибла при взрыве флайпа возле клуба. Мы были с Рэем вместе около двух суток, и это было самым счастливым временем в моей жизни. Я люблю его! А он любит меня! И это настоящее чувство! Спасая меня, Рэй нарушил слово чести, отказался от исполнения заключенного брачного контракта, ушел из клана… А теперь его приговорили к заключению…
– Решенда-Ги. Слишком длинное имя. Давай сократим до Эши… Эша, мы провели две генетические экспертизы. Сначала были исследованы волосы, а теперь и кровь. Строение твоей ДНК отличается от образцов, взятых у Кэшери на Земле. Но компьютер с небольшим процентным перевесом определил твою доминантную расу как расу рэян. Твой мозг действительно подвергался длительному воздействию психотропного препарата, и твое психологическое развитие несколько отстает. Возможно, у тебя проблемы с памятью и ты неосознанно воспринимаешь жизнь Кэшери как собственную. В твоей энергетической оболочке действительно не присутствует ни одной родственной ментальной связи. Ты не можешь определить, где находятся Шеранды. Я приобрел тебя только для этой цели. Мне не нужен бесполезный балласт, но я сохраню тебе жизнь в память о погибшей сестре…
– Я не знаю, как мне убедить тебя, что я – это я. Если только ты найдешь эту Решенду, но ведь она действительно могла и не выжить. До того как попасть на Кину у меня было целых пять родственных ментальных связей: отец, ты, Рэй – эти были теплые, одна ледяная – это наверное Шеранд, а последняя совсем тонкая и ничего не несущая, ни тепла, ни холода. Возможно, эта связь и была с этой Решендой…
– Эша, тебе принесут одежду и покормят. Какое-то время ты поживешь здесь в медицинском блоке. Если начнешь создавать мне проблемы, не подчиняться приказам, то я избавлюсь от тебя, – Дэниас встал и направился к выходу из комнаты.
– Да, что же это такое?!! Где папа? – в отчаянье крикнула я вслед уходящему брату.
Мой вопрос остался без ответа. Как они могли так поступить со мной? Мы же были семьей! Были? Нет, они навсегда останутся самыми близкими и дорогими моему сердцу родными рэянами… С удивлением я поняла, что несмотря на сильную боль в душе, я уже простила их, потому что они – моя семья, моя любимая семья! Рэй говорил, что-то про воинскую честь… Самопожертвование ради блага расы? Я чувствую, что Дэниас тяжело переживает мою потерю. Но, тем не менее, случись повторение ситуации, он снова бы пожертвовал мной или собой в зависимости от ситуации. А я? Чтобы сделала я на его месте? Не знаю! Упаси Свет от такого выбора… Почему в моей жизни все шиворот навыворот? Теперь я чужая для своей семьи! Мне не верят, принимают за чужую. Как все-таки странно, почему? Ведь моя сестра по крови им тоже не чужая! И, тем не менее, Дэн не воспринимает ее в этом качестве. Он никогда со мной не разговаривал таким тоном. А если и отец мне не поверит, и будет относиться, как к пустому месту или памяти? Нет, он должен меня узнать! Мы всегда понимали друг друга с полуслова… Надо распутать эту истории до конца. Узнать, почему он лишил жизни мою мать, почему не забрали второго ребенка, даже мертвых не бросают, а хоронят…Что там произошло на самом деле? И если моя сестра жива, то ее надо обязательно найти! И еще надо найти способ освободить Рэя! Надо осторожно поговорить с Дэном, возможно, он сможет помочь. В конце концов, Рэй служил на его корабле…
Глава 22.
Дверь в мою комнату открылась, и ко мне обратился рэянин в синей униформе:
– Встать! На выход!
Я встала и вышла в коридор медблока.
– Вперед! – приказал рэянин и толкнул меня в спину каким-то предметом похожим на палку.
"Наверное, шокер", – подсказала мне интуиция, заставляя тело замирать в ожидании боли. Меня привели в манипуляционную и ничего не объясняя, усадили в кресло, зафиксировав конечности, туловище и голову.
– Извините… Вы не могли бы сказать, что собираетесь делать, – тихо проговорила я, просящим тоном.
Рэянин смерил меня ледяным взглядом, но ответил:
– Я вживлю тебе несколько чипов и сделаю татуировку-идентификатор личности.
Я вспомнила сильную жгучую боль от этих манипуляций. В руке рэянина появился прибор похожий на тот, которым Нэтидж гин Вирг извлекал из моей ноги чип. Я начала пытаться вырваться из фиксаторов кресла.
– Будешь дергаться, получишь успокоительное! – угрожающим тоном проговорил рэянин.
– А можно наркоз или хотя бы обезболивание? – взмолилась я.
– Что? С такой-то прекрасной регенерацией? Твое тело восстановится через пару минут…
– Если я быстро восстанавливаюсь, то это не значит, что я не чувствую боли! – я со страхом смотрела на прибор в руке рэянина.
– Бред! Потерпишь, ничего с тобой не случится! – резюмировал доктор.
– Ну, пожалуйста! – слезы снова ручьем потекли из моих глаз.
– Да, даже люди спокойно переносят эту манипуляцию! – ругался врач.
– Вам, что таблетку жалко?
– Куда катится мир? Кому расскажешь, не поверят! Эргийская принцесса в слезах выпрашивает таблетку от боли при вживлении нано-чипа! – ворчал врач, доставая из упаковки какое-то лекарство, – открой рот, подержи под языком.
Я спрятала тоненькую пластинку под язык, и все еще хлюпая носом, тихо проговорила:
– Спасибо.
– Хм. Отработаешь!
– Как? – удивилась я.
– Трудом! Мне в блоке нахлебники не нужны…
– А что надо делать?
– Объясню, когда закончу возиться с тобой, – рэянин смерил меня изучающим взглядом, – лекарство уже подействовало. Сиди и не шевелись!
Я три раза вздрогнула, ощущая, как будто меня трижды ужалила огромная оса.
– Что-то не действует лекарство, – тихо заметила я.
– Лекарство-то действует, только вот твой организм дезактивирует все вещества, которые в него попадают. Причем делает это без разбора, обезвреживая и лекарства и яды…
– То есть на меня не подействует ни успокоительный, ни психотропный препарат? – оживилась я.
– Сейчас? Нет. Но вот если измотать тебя постоянными регенерациями и истощить твой энергетический запас, то все очень хорошо подействует. Ты ведь не хочешь, чтобы тебя сильно избили или серьезно ранили? – ровным тоном спросил доктор.