– Да, я поняла, что можно находиться только в этой комнате и у буфета-автомата в коридоре, – повторила я.
– Да, сэр, – Сказал целитель.
– Что? – я растерянно посмотрела на целителя, не поняв его фразу.
– "Да, сэр", "Так точно, сэр". Вот, что вы должны были ответить в этой ситуации на вопрос старшего по званию. Вы Устав читали?
– Да, ознакомилась, – тихо сказала я.
– Да, сэр, – снова поправил целитель.
– Да, сер, – повторила я.
– Ну, так выучите наизусть, – майор недовольно вздохнул, покачал головой и вышел из комнаты.
Я привела в порядок свой внешний вид, посетила санузел. Потом села на кровать и уставилась в никуда. Что-либо делать не было не физических не моральных сил. Как же я подвела отца и брата! Что же теперь будет? Уныние было готово охватить мою душу. Вот сейчас бы лечь уснуть, а проснуться год назад дома! Уж я бы подготовилась к этой общей мобилизации. Тяжело вздохнула. Нет. Хватит раскисать, еще не все потеряно. Да и, наверное, это справедливо и правильно, когда не имеешь никакой специальности, надо начинать военную службу со звания рядового. Все надо заслужить. Так, пожалуй, начну учить Устав.
Вечером ко мне заглянул майор Шиин:
– Рядовая Кэшери Тэрис, почему вы пропустили обед? – строго спросил майор.
– Виновата, сэр. Нет аппетита, – я вытянулась по стойке смирно и ответила, надеясь, что ответ дан по уставной форме.
– Вольно. Ну что же, уже лучше. Идемте к буфету-автомату, я объясню вам, как правильно сформировать свой рацион.
Мы подошли к буфету-автомату. И майор продолжил:
– В меню буфета-автомата три основных пункта: Первый – питательное пюре в тюбиках, Второй – дозированные витаминные пасты в брикетах, Тритий – минеральная вода в контейнерах по двести миллилитров. Каждый ваш завтрак должен состоять из одного контейнера минеральной воды, четырех тюбиков питательного пюре, одного брикета витаминной пасты. Завтрак, как и каждый следующий прием пищи, употребляется в том порядке, в котором я перечислил, то есть начинается с воды. Вода принимается по возможности за двадцать – тридцать минут до еды. Время приема завтрака, обеда, ужина будет зависеть от времени вашей вахты. Обед должен состоять из одного контейнера минеральной воды, трех тюбиков питательного пюре, одного брикета витаминной пасты. Ужин состоит из одного контейнера минеральной воды, двух тюбиков питательного пюре. В перерывах между приемами пищи необходимо принимать минеральную воду в том количестве, чтобы суммарный объем поступившей в организм жидкости составил от двух до двух с половиной литров воды в сутки. Вопросы?
– Никак нет, сэр, – ответила я.
– Вы должны принимать пищу строго по расписанию, вне зависимости от наличия аппетита. Это приказ, который касается всего личного состава. Если возникают серьезные затруднения с приемом пищи, то обращайтесь в медицинский блок к целителям. Вам выпишут необходимые препараты.
– Вы все поняли? – уточнил майор.
– Так точно, сер, – произнесла я.
– Хорошо. После нашей беседы возьмете обед, а сейчас следуйте за мной в приемную. Мне необходимо задать вам несколько вопросов.
– Да, сер!
Мы пришли в приемную. Майор указал мне на стул и сказал:
– Присаживайтесь.
– Спасибо, сэр, – Я заняла указанное место.
– Я опросил лейтенанта Майкла Джонса и других служащих космического десанта, на которых вы оказали ментальное влияние и взломали все существующие блоки защиты и меня заинтересовали их показания. Обычно взлом блоков сопровождается кратковременной сильной болью, десантники же ничего такого не испытывали. Скорее наоборот, их окатило теплой волной, перед глазами на мгновение возникла картинка – галлюцинация, чипы зафиксировали резкое учащение сердцебиения. Расскажите, каким образом вы направили свою энергию. – Целитель сосредоточенно смотрел на меня.
– Понимаете, я просто поздоровалась с ними и представилась, а они ничего мне не ответили и продолжали молча следить за всеми моими действиями. Выпив воды, я заняла кресло в заднем ряду, но избавиться от внимания к себе не смогла. Потом я представила, что все путешествие до крейсера меня ждет подобное игнорирование и наблюдение. Тогда я решила во чтобы-то ни стало пробить эту глухую стену и установить контакт. Сначала я не отводила свой взгляд от лейтенанта Майкла Джонса и моргала глазами только после того как он моргнет. Но он не стал со мной соревноваться. Потом я попробовала ему искренне улыбаться, но он почти не отреагировал. А потом мне стало обидно, что ко мне так относятся. Я решила показать этому человеку, что я не какое-то опасное, не заслуживающее доверия существо. Поэтому детально вспомнила последний день, проведенный на Земле, свои чувства, ощущения жизни и счастья и направила теплую волну в его сторону. Вот только силу не рассчитала, потому что была сильно взволнованна. А про защитные блоки я не знала. И навредить никому не хотела. Просто мне хотелось с кем-то подружиться, – выговорив все, что было у меня на душе, я приостановилась и добавила, – сэр.
– Интересно. Видимо нашим специалистам придется разрабатывать еще один дополнительный защитный барьер от взломщиков с благими намерениями, так сказать от взлома теплой энергией. К такому воздействию наш лучший передовой отряд быстрого реагирования оказался не готов. Вы снесли своей волной все пять барьеров защиты за пару секунд. Эрги же в среднем взламывают один из пяти барьеров около двадцати минут. – Лицо целителя стало задумчивым.
– Простите, сер. Я этого не хотела, – склонив голову, пробормотала я в свое оправдание.
– Благими намерениями… Благими намерениями… Можете быть свободны. И не забудьте про обед, – отозвался целитель.
– Так точно, сер, – отрапортовала я, и устало вздохнула, язык устал от непривычных фраз и образа мыслей.
Вкус тюбиков на транспортном судне ничем не отличался от вкуса тюбиков на звездолете. Как можно есть пищу с одним и тем же вкусом длительное время? Я с трудом закончила обед и вернулась к изучению дополнительных информационных материалов.
Глава 5.
Следующие три дня прошли монотонно, без каких-либо событий. Я питалась по расписанию, изучала и заучивала материал необходимый для военной службы на крейсере. По моим подсчетам в ближайший день или два наш транспортник должен был прибыть на крейсер "Светляр". Мысли плавно перетекли на предстоящую встречу с братом. Как же я их с отцом подвела! Два война ордена Света рэян с отличным послужным списком, многочисленными заслугами и наградами и тут я, как пятно на солнце: ушастое недоразумение. Как вообще стало возможно мое появление на свет? Отец всем сердцем любил Ниину. У них уже был сын. Что тогда произошло? Можно попробовать осторожно расспросить Дэна, ведь он был свидетелем всей этой истории. Зябко обнимаю плечи, почему-то становится холодно. Чувствую, как мерзнут кончики пальцев рук и кончик носа. Что это? Раздался протяжный сигнал тревоги и почти сразу последовал сильнейший удар, сотрясший весь корабль. Я слетела с кровати и врезалась всем телом в противоположную стену. Левая рука повисла плетью и сильно болела. Мой взгляд упал на разбитый планшет и рамку с семейной фотографией. Затем свет в комнате моргнул и погас. Аварийное освещение не сработало. Искусственная гравитация отключилась. В полной темноте корабль сотрясался и был слышен страшный скрежет металла. Я потеряла ориентацию, но через минуту каким-то чудом наткнулась рукой на кнопку консоли двери. Нажала кнопку открывания двери, однако автоматическая дверь тоже не работала. Пнула по двери ногой, и отлетела в противоположную сторону, громко закричав:
– По-мо-ги-те! Вы-пу-сти-те! По-мо-ги-те!
Бесполезно, никто меня не слышит. Корабль снова сотрясает удар. Неудачно приземляюсь на пол, сильно ударившись головой. Мелькнула мысль: искусственная гравитация активировалась. Кричать или ползти в поисках двери, нет сил. Мир вокруг кружится, тупая боль тисками сдавливает голову, боль в левой руке разливается, при каждой попытке пошевелится. Правой рукой трогаю голову. Ощущаю липкую кровь на лбу. Стон срывается с губ. В голове звучит мой голос: "Помогите! Хоть кто-нибудь!". Но ни одного слова произнести не получается. Больно, темно, холодно и страшно. Организм цепенеет от ужаса. Время замедляет свой бег. Кажется, что проходит вечность, когда автоматическая дверь открывается, и яркий ослепляющий свет болью ударяет по глазам. Я ничего не вижу. Кто-то ногой переворачивает меня на спину, что-то тяжелое упирается в грудь. Мне что-то кричат, но не могу разобрать что. Из моего горла вырывается лишь стон. Кто-то льет мне на лоб и голову воду, чем-то сухим вытирает лоб. Затем какая-то горячая жидкость капает на мой лоб. Громкий и требовательный голос спрашивает: