…
- Привет.
Верн при моём появлении поднялся, молча разглядывая моё лицо. Я сделала вид, что не заметила ни того, что он не поздоровался, ни пристального взгляда и просто прошла к своему месту. Он двинулся за мной, но вместо того, чтобы, как обычно, отодвинуть мне стул взял за плечи и развернул к себе.
- Не поделишься?
Он стоял – такой высокий, с широкими плечами, удачно подчеркнутыми кроем пиджака – вкусно пах своим парфюмом и совсем немного табаком и вглядывался мне в лицо. А я боялась расплакаться и потому так и не подняла на него взгляд. Вместо этого рассматривала лацкан его пиджака, вдыхала запах и старалась не думать, как я буду жить без него потом, когда всё закончится.
- Чем? – Голос прозвучал почти ровно – я молодец!
- Своей тайной. – И голос этот хриплый. Я сглотнула комок и прикрыла глаза. Он слегка встряхнул меня за плечи. – Посмотри на меня, Рин.
Смотреть в глаза я так и не решилась. Только подняла взгляд от пиджака к вороту рубашки, скользнула по острому кадыку, широкой челюсти, тонким губам и остановилась на гладко выбритой щеке. Безумно хотелось о неё потереться, но я держалась.
- Нет никакой тайны. – С трудом выдавила слова из горла. – Всё в порядке. Отпусти, я хочу есть.
Руки на моих плечах тут же разжались, Верн отодвинул стул, а сам прошёл и сел напротив. Я соврала: есть не просто не хотелось — даже запах еды вызывал тошноту. Но стоять так рядом с ним, с этим его запахом, взглядом и руками на моих плечах, было слишком. Это грозило вылиться в обильный слезопад, а я не готова к такому душевному эксгибиционизму перед человеком, которому на меня плевать.
И всё же первый раунд остался за мной. Перевела взгляд на замершего с поднятой лапой Адама – как обычно, делает вид, что умывается. Наверное, если бы он на самом деле столько мылся, в некоторых местах уже наверняка отполировался до блеска.
Кот тоже посмотрел на меня, хитро сощурился, фыркнул и продолжил водные процедуры. Я взяла вилку и положила на тарелку две оладьи, полила сиропом и подняла взгляд на Верна. И тут же вернула в тарелку – он не отрываясь смотрел на меня.
- Рин, скажи, что происходит? – Голос спокойный, я бы даже сказала холодный. Я поёжилась и сглотнула. – Если ты злишься из-за того, что я наговорил в пятницу, то я ведь извинился и всё объяснил. Или есть что-то ещё, о чём я не знаю?
- Ничего. – Я пожала плечами, делая вид, что бзумно увлечена едой. – У меня всё хорошо.
Ковырнула несчастную оладушку, сквозь ресницы наблюдая, как Верн вертит в руках вилку.
- Врёшь. – Спокойно ответил он, а я как загипнотизированная продолжала смотреть на вилку в его пальцах. – Не забывай, с кем разговариваешь. Хотя, чтобы читать по твоему лицу следователем быть не нужно. Так что происходит?
Я наконец отвела взгляд от его вилки и с наигранным аппетитом сунула большой кусок оладьи в рот.
– Да всё нормально. Просто вся эта ситуация, – я махнула рукой с вилкой, отчего до фамильяра долетели брызги сиропа. Кот подпрыгнул и вскарабкался на подоконник. Я оторвалась от созерцания перемещений кота в пространстве и закончила. – Она меня пугает.
Говорить заготовленную ложь с едой во рту оказалось гораздо проще, чем стоя лицом к лицу – поди определи, это у меня мимика такая или жевательные движения. Верн свёл брови к переносице. Кажется он в мою ложь не поверил, но решил пока больше не давить. Вместо этого спросил:
- Ситуация с демоном? – Дождался моего кивка и продолжил. – Тебе нечего бояться – этот дом и защищает, и скрывает тебя. Ни здесь, ни в Управе демон тебя не достанет. А мы с ребятами пока копаем, где он и под чьим управлением. Пробиваем следы.
- А есть следы?
- Не много. Он поставил рассеиватель на своём портале, так что нам остались крохи. Но некоторые зацепки у нас всё же есть.
Я снова кивнула и, чтобы прекратить расспросы, сунула в рот ещё один кусок оладьи, прожевала. А ничего так! Запила травяным отваром и уже всерьёз взялась за завтрак.
Верн молча ждал, пока я умяла обе оладьи и откинулась с кружкой оставшегося отвара на спинку стула.
- Ты сказала не всё.
Разведчик, мать его!
Я пожала плечами не отвечая и просто глядя на Верна поверх кружки. Сытый мозг уже не так остро реагировал на то, что так сильно травмировало его натощак. Надо взять на заметку. Жрать, когда на душе хреново – и всё пройдёт. А лучше бухать. Тогда через некоторое время вообще все проблемы рассосутся. Вместе с мозгом. А мне, с моим канареечным, и ждать долго не придётся.