Адам, несмотря на все свои достоинства, существом был довольно простодушным и о понятии «сарказм»… не то, чтобы совсем не знал, но уж точно не распознавал, когда его применяли к нему. Поэтому на подобные подначки вёлся удивительно охотно. Я старалась не злоупотреблять грязным приёмчикам – каким бы фамильяр ни был засранцем, он был моим засранцем, и я его любила. Но сегодня был не его день.
И всё же через минуту любования его несчастной мордочкой, я вздохнула, протянула руку и сгребла фамильяра в охапку:
- Да шучу я. – Проговорила, почёсывая пушистый бочок. – Из твоей мисочки он есть не станет. – И подождав, пока Адам расслабится и замурчит, продолжила. – По крайней мере, пока мою не вылижет.
Адам снова дёрнулся, а я со зловещим хохотом – ну ведьма я или нет? – поставила его на кровать и направилась в ванную. Превращаться в человека.
…
Каких-то полчаса и я, по ощущениям свежая, как вчерашний покойник, но с виду вполне себе живая и с замазанными кругами под глазами, выбралась к столу. Передо мной в том же направлении с задранным хвостом бодро просеменил Адам.
Верн уже покончил с завтраком и, как обычно, в ожидании меня пролистывал какие-то документы, потягивая кофе. Заметив меня, он поднялся из-за стола, подошёл, обнял и чмокнул в макушку:
- Как себя чувствуешь? Выспалась?
Он ещё спрашивает! Вчера я добралась до собственной постели только около часа ночи. И это при том, что подъём у нас в семь! Более того, мы даже ничем неприличным не занимались в виду того, что у меня начались месячные. И всё равно этот жуткий маг затащил меня к себе в постель, до часу ночи заговаривал зубы и как обычно уговаривал остаться ночевать у него. И чего ему так неймётся?..
Я потёрлась о кусочек кожи, выглядывающий из пока не застёгнутого ворота рубашки, с удовольствием втянула носом его запах.
- Неа. – Ответила на второй вопрос. – Совершенно не выспалась. И чувствую себя так, будто меня подняли из могилы, а оживить забыли.
- Прочитать над тобой «крагион»? – Хмыкнул мне в волосы Верн.
- Это восстановление плоти или подчинение? Я некромантию в Академии прогуливала.
- Зря. Крагион – это упокоение.
- Ну спасибо, дорогой. – Я отодвинулась и заглянула в смеющееся лицо.
- Иди завтракать. – Он склонился, легко поцеловал в губы и подвёл к столу. – Но если серьёзно, то можешь взять выходной. Отоспись, отлежись или что тебе нужно в эти дни? Сегодня пятница, всё равно у всех настроение нерабочее. Твои поклонники в лаборатории уж как-нибудь переживут один день без своей звезды.
Я замерла в полуприсяде, так и не донеся задницу до стула и пытаясь в уме определить порцию шутки в сказанном.
- Поклонники? – Проговорила я, усаживаясь и подвигаясь к столу. – Ты имеешь в виду трёх старых пердунов с научными степенями в охранной магии, дерущими носы перед вчерашней выпускницей? Я ничего не путаю?
Верн расхохотался, прошёл и сел на своё место.
- «Пердунам» лет ненамного больше, чем мне. Растису, конечно, уже перевалило за семьдесят – хотя для мага и это не возраст – а Алику с Шерианом едва по пятьдесят исполнилось. И никто из них, кстати, не женат.
- Не поняла, ты мне их сватаешь, что ли? Я выбираю тебя, если что. Тебе по крайней мере ещё только тридцать восемь.
За болтовнёй я не забывала заталкивать в рот куски обалденного, тающего во рту омлета с овощами. Не Зельдина стряпня, конечно, но тоже очень достойно.
- Спасибо, я оценил.
Он сидел, откинувшись на спинку своего стула и то ли удивлялся, то ли умилялся, глядя на мой здоровый, или точнее нездоровый, аппетит. Вчера и позавчера меня мутило и так болел живот, что на еду я даже смотреть не могла и сегодня я навёрстывала упущенное.
Обычно в такие дни меня спасало зелье, которое готовила для меня приёмная мама. Но к любимой родственнице я не заглядывала уже – о ужас! – больше полутора месяцев, наготовленные запасы подчистила, а аптечные средства магам, увы, использовать нельзя.
Дело в том, что обычные препараты на магов в лучшем случае вообще не действовали, а в худшем давали такой результат, что лучше бы не действовали.
Внутренняя магическая система не только анатомически, но и физиологически отличала тело мага от тела неодарённого человека. Она сильно влияла на все процессы и чаще всего сама справлялась со всеми нашими недугами. Но, к сожалению, менструальные боли, почему-то не входили в сей перечень. Как и проблемы в родах.
Так что пару дней в месяц – счастье, что болело недолго – я проклинала свой дар, материлась, обнимая унитаз и зарекалась, что детей у меня никогда не будет. Если мне так плохо от обычных месячных, то роды я точно не переживу.