Эта странная лёгкость нарастала, превращалась в пустоту, заполняла меня. И вдруг я сама стала этой пустотой. Я-пустота растворилась в каком-то ярком, звенящем водовороте и исчезла, став его частью...
ГЛАВА 11
Рин
Всё вокруг мелькало и плыло, но мне это не было неприятно. Даже наоборот - было так хорошо, будто я вернулась домой после долгой, изматывающей дороги. И теперь, переступив порог и сбросив с себя ношу, о существовании которой даже не подозревала, я вдруг поняла, насколько устала.
Я просто наслаждалась и наполнялась долгожданной свободой и покоем в этом мельтешащем калейдоскопе звуков, эмоций и цветов. В этом прекрасном месте — или состоянии — хотелось остаться навсегда, провести здесь вечность, переливаясь и растекаясь по Вселенной.
Там всё казалось возможным и доступным — только руку протяни. Но мне ничего не было нужно. Я даже не до конца понимала, кто я, и уж точно не знала, есть ли у меня руки и зачем их вообще тянуть. Я просто была всем этим — потоками света, силы, магии…
Ощущение абсолютного могущества заполнило меня до краёв. Я сама стала им. И вдруг откуда-то появились другие. Я не знала, кто они такие, но разозлилась мгновенно. Это только мой мир! Моя Вселенная!
«Глупая, а упрямая», – прозвучало с холодной насмешкой.
«Мелкая, а зубы скалит. Хорошо».
«Смотри, как за своё держится! Горло готова перегрызть».
«Боевой дух в порядке, не страшно дар доверить».
«Вопрос в другом – выдержит ли?»
«Выдержит!»
Сколько голосов, кто они и кого обсуждали — я понятия не имела. Неужели обо мне? Выдержу? Какой ещё дар?.. У меня и так всё было. Ну… пока они не появились.
«Смотрю, нам тут не слишком-то рады».
«Нам и правда пора. Она сама справится».
«Дар уже у неё, дверь открыта. Сама поймёт, как управлять».
«Разберётся! Троих уложила считай голыми руками и тут не растеряется!»
«Она – валькирия. Хоть и слабая снаружи, зато внутри кремень!» – Это прозвучало с гордостью, и мне захотелось посмотреть на говорившую.
Но тут всё резко изменилось. Я будто ухнула с головой в ванную со льдом: таким резким было возвращение в собственное тело – грязное, заледеневшее на грязном полу и пульсирующее болью. Однако восхитительное чувство той невероятной мощи, которое появилось во сне – если это был сон – по-прежнему переполняло меня изнутри.
Интересно, это обычное послевкусие от сна или на самом деле что-то изменилось? И что это были за голоса? Бред? Сон? Или я и правда получила какой-то дар?
Скрипя, как двухсотлетняя старуха и охая саднящим горлом я медленно села. Тело болело так, будто я попала под горный обвал. Рука – я подняла и осмотрела пульсирующую адской болью правую ладонь – и ужаснулась. Кровь уже практически остановилась, но ладонь и пальцы распухли и выглядели одним кроваво-мясным месивом.
М-да. Если явятся валькирии или маги, мне придётся защищаться только левой рукой, которую я после смерти мамы практически не тренировала. Шансы на то, чтобы выбраться отсюда всё ниже и ниже.
Но вообще, интересно, что я уже не думаю о смерти, а о том, как буду защищаться и выбираться. Эти чудные голоса в голове одарили меня смелостью? Или глупостью? В принципе, одно и то же…
Я столкнула с себя ноги ублюдка-Саверия и кое-как поднялась. Подумав, решила одеться – вряд ли я смогу применить или удержать невидимость дольше пары минут. А значит, смысла расхаживать голой по замку, полному моральных уродов, нет. Да и желания особого тоже, к слову.
Одевание, а в особенности обувание одной рукой заняло хороших минут десять, каждую из которых я по сто раз оглядывалась на дверь, ожидая новых гостей. Но ничего, пронесло.
Я оглядела камеру, творение рук своих – три мужских трупа и лужи крови – и, перешагнув через ноги валяющегося охранника и труп виконта, вышла в коридор. Там подняла с пола валявшийся гномий клинок, который у меня выбил Саверий, и огляделась.
Коридор – сырой, сводчатый и освещаемый всего двумя обычными электрическими лампами, забранными в поржавевшие металлические решётки – был длиной метров пятнадцать. Двери камер – ещё три с одной стороны от моей и одна с другой – располагались только по одной стороне коридора. Значит, с другой стороны, скорее всего, проходила наружная стена замка. Не знаю, как мне это поможет, но запомнить стоит.
С одной, ближней ко мне, стороны коридор заканчивался глухой стеной. С другой – толстой металлической решёткой, сейчас наполовину поднятой. Рядом с решёткой виднелась деревянная, неровно сколоченная дверь – похоже, это была подсобка охранников.
Туда я и двинулась, в голове пытаясь прикинуть, где бы могли располагаться противомагические устройства. Голова гудела, как пожарный колокол и думать отказывалась. Поэтому попытки думать я бросила и просто шла, стараясь держаться ближе к камерам, предполагая, что здесь защита от магии должна была быть максимальной.