- А на кого еще, Роксен? – обернувшись с улыбкой, спрашиваю ее.
- На себя! – встав, произносит она. – Плохо играете нормального человека! Очень плохо! На единицу! Советую еще потренироваться.
- Ну, куда уж мне до твоей игры, о, Великая Рокси!
Ее глаза мгновенно наполняются гневом, буквально загораясь огнем. Маленькие ладошки сжимаются в кулачки, а пухлые губки превращаются в тонкую полоску, насколько это позволяет их объем.
Мягкие такие… Розовые… Интересно, сладкие?
Влад, черт, о чем ты думаешь? Она - любовница Воронцова. Он тебе ноги переломает за одни лишь эти мысли, если узнает о них. Дочь отберет! Центр отберет! Думай о ней, как о конкурсантке. А лучше - вообще не думай. Сейчас уместнее сконцентрироваться на Алиске, которая ждет тебя наверху.
- А мне до вашего высокомерия! Шишки себе смотрите не набейте, – ехидно отвечает, продолжая зловредно улыбаться.
- А ты у нас такая заботливая?
- Очень! Мы, девушки, любим заботиться о несчастных, одиноких и глупых!
- Ну да! Ну да! – откровенно рассмеявшись, соглашаюсь с ней. – Позаботилась уже об одном, - произношу напоследок и выхожу из зала.
Да, скучно не будет. Мне, по крайней мере. Я нашел себе занятие на время всего конкурса. Буду ее злить, наблюдая, как загораются пламенем эти карие глазки. И это рождает во мне ответный отклик, который заставляет присмотреться к ней внимательнее. Зрители любят горячих, эмоциональных певиц и в скором времени они получат одну такую. Главное, не позволять ей выводить меня из себя, а то еще непонятно будет, кто с кем играет. Но раз она хочет играть в игру «Я в конкурс попала честно», то я подыграю.
Глава 12
Ксюша
- Да, я его… - стараясь восстановить сбившееся дыхание, я замолкаю, чтобы потом снова начать плеваться негодованием, - ножом для рыбы разделаю! Самым большим! Разделаю, как селедку! Выпотрошу, а потом вновь нафарширую, только добавлю кое-что в начинку: толерантность, доброту, любовь к котикам.
- Любовь к котикам – нужная вещь, - хихикает Таша, что ждала меня после собеседования, а затем вместе со мной направились в мою комнату.
Всю дорогу до номера я злилась на этого самовлюбленного продюсера, считающего, что он - король мира. Король туалетных кабинок – и это максимум! Идущая рядом Таша отчаянно пыталась сдержать смех, слушая мое ворчание, но удавалось ей это плохо. Я понимала, что со стороны это и правда смешно, потому не злилась. И вообще, вся моя злость была направлена на Златогорского, а не на эту милую девчонку, которая обещала помочь спрятать труп сноба, если понадобится.
- Вытащу каждую косточку, рассмотрю… Узнаю, какая из них отвечает за высокомерие и…
- Кости отвечают за черты характера? – спустя какое-то время, новая подруга уже катается от смеха по моей кровати, после того, как мы пришли в номер.
- А я знаю? – задаю ей вопрос, недовольно посмотрев на нее. – Ты бы лучше помогала, а не ржала.
- Чем помочь? – тут же откликается Таня.
- Придумать, как отомстить.
- Не хочу, - пожав плечами, отвечает она. – Златогорский показался мне довольно милым и приятным мужчиной. Серьезным, собранным, но не ханжой. Убивай его сама, я алиби и прикрытие обеспечу.
- Милый и приятный? – во все глаза смотрю на одну из моих соперниц, но ведь победителя может быть три, поэтому не вижу особого повода конкурировать прямо со всеми. – Да, он исчадие ада! Незаконнорожденный сын Дьявола, превзошедший собственного отца в злости, высокомерии и мерзости!
- Ксюш, прекрати! – смеясь и параллельно вытирая слезы, просит Таша. – У меня уже весь макияж поплыл.
- Ты сюда смеяться пришла? Помогай, как и обещала.
- Ну, ладно-ладно! – успокоившись, произносит она, а затем задумчиво добавляет: – Так кровожадно, мы поступать не будем. Предлагаю, соблазнить его.
- Ты чего, совсем? – кручу пальцем у виска.
- Ну, нет, так нет…
- Ты не понимаешь, я не могу этого делать, не потому что не хочу, а потому что нельзя мне, - сажусь рядом с Ташей на кровать и, вдохнув, продолжаю: – Я бы с радостью на его нервах поиграла, позаигрывала бы с ним. Обожаю так официантов в мамином ресторане мучать, но тут нельзя.