Неожиданно дверь в гримерку распахнулась. Я вздрогнула и во все глаза уставилась на вошедшего Карася. Он уже успел одеться и привести себя в относительно приличный вид.
– Веруня, ты что на меня так смотришь?
– Как?
– Не знаю. Как на покойника. Я живой, Верка, можешь меня за руку подергать, – заржал Карась и попытался обхватить меня за талию. Оттолкнув его, я отошла к окну.
– Веруня, ты что, обиделась, что ли?
– Обиделась! Развел бардак! Превратил ресторан в сауну! Смотреть тошно!
Карась виновато опустил голову.
– Веруня, ну ладно, прости… Ты чо, в натуре, как маленькая! Может, ты обиделась, что я с проститутками развлекался?
– На это я уже научилась не обижаться…
– Считай, что у меня мальчишник был. В конце концов, имею я право перед женитьбой хоть немного оттянуться?! Ты же знаешь, что я только тебя одну люблю. Я хотел вообще по бабам не гулять, но тут уж ты сама виновата. Ты со своим фраером связалась и хотела меня кинуть. А, ладно, дело прошлое! Время пройдет – я все забуду. Веруня, поехали домой, спать завалимся. Скоро ведь поженимся, как ты хотела.
Я безропотно пошла вслед за Карасем к машине. У входа в ресторан стоял Макар. Пристально посмотрев на меня, он пожал мне руку и пожелал спокойной ночи. Тяжело вздохнув, я села за руль: Карась в таком состоянии управлять машиной не мог.
ГЛАВА 14
Приняв ванну, я пошла на кухню, чтобы выпить чашечку кофе. Карась, развалившись на кровати, лениво щелкал телевизионным пультом. Нервы мои были на пределе. Дело близилось к полуночи. Убийцы могли заявиться в любую минуту – летние ночи коротки. А вдруг они придут прямо сейчас? Но ведь Карась еще не спит! Что же тогда?
Вымыв за собой чашку, я пошла в спальню. Карась, увидев меня, расплылся в улыбке.
– Ты чо, Веруня, какая-то странная сегодня? Ты что на меня так смотришь?
– Я вообще на тебя не смотрю, – буркнула я, опустив глаза.
– Веруня, я сегодня на мальчишнике так устал, что вряд ли смогу тебя порадовать. Потерпишь до завтра?
– А я ничего не хочу, – завозилась я с пояском халата.
– Как? Вообще ничего не хочешь или ты меня не хочешь? – не унимался Карась.
– Я потерплю до завтра, – выкрутилась я, надевая шелковую ночную рубашку.
Карась выключил телевизор и, привстав, спросил:
– Ты чо рубашку-то напялила? Ты же всегда голая спишь?
– Тебе не нравится моя рубашка?
– Нет. Мне вообще не нравится, когда ты в одежде, – отрезал Карась и взмахом руки приказал мне, чтобы я разделась.
Перспектива лежать голой в тот момент, когда появятся убийцы, меня не устраивала, но перечить Карасю я не посмела. Пришлось подчиниться.
– Ну, Верка, ты даешь, – забубнил Карась, слегка приобняв меня. – В загс сагитировала! Это же надо такому случиться! Я вообще жениться не собирался. Хитрая ты бестия! Надо матери позвонить. Она старая. Ой как обрадуется!
– У тебя разве мать есть? – удивилась я.
– Есть. Под Рязанью живет, в деревне.
Покачав головой, я мысленно пожалела бедную женщину. Это ж надо выносить в своем чреве такого урода, как Карась! Черты, присущие человеку, в нем напрочь отсутствовали. Ни жалости, ни сострадания, ни уважения к другим людям – ничего! Как будто среди волков родился в глухой тайге… Нет, правильно делает Макар, собираясь его убить…
Карась дышал глубоко и ровно. Уснул? – прислушалась я и попыталась встать. Присутствовать в момент убийства мне хотелось меньше всего.
– А ну-ка ложись, – пригвоздил меня к месту злобный окрик. – И сними эту чертову рубашку, пока я не разорвал ее на куски. В квартире ты не должна ходить в одежде, а уж тем более спать. Я люблю, когда ты голая.
– Я думала, ты спишь… – прошептала я, стягивая рубашку через голову.
– Я хочу, чтобы ты была рядом!
– Но мне совсем не хочется спать… Можно я посижу на кухне и почитаю книгу?
– Все книги ты уже перечитала, – ухмыльнулся Карась.
– Я могу полистать журналы…
– А я хочу, чтобы ты лежала рядом. Верка, я не люблю повторять!
Пришлось лечь…
Карась, притянув меня к себе, наконец заснул. Спал он на удивление чутко, поэтому никаких попыток вырваться из его объятий я больше не предпринимала…
Ближе к утру в коридоре послышалась легкая возня. «Это они…» – поняла я. Сердце оглушительно забилось. Может, вскочить и спрятаться в шкаф? «Нет, Верка, если ты сейчас шевельнешься, Карась может проснуться», – взяло верх благоразумие. Подчиняясь ему, я зажмурилась, стараясь унять нервную дрожь.