*
- Начнем с малого, - щелкнул пальцами Амбукс, - проверим твою сноровку. Усугуби там,
где это безопасно. Возьмем тех, кому есть чего терять. Тех, кто не станет бунтовать без причины, потому что благодаря мне уже заработал достаточно. Кто не сможет заработать при других. Кого если погонят, то вместе со мной...
- Кхе-кхе, - прокашлялся начальник стражи.
- Я, конечно, имею в виду тех, кого не знаю лично, - перевел взгляд король, - Меня интересуют спекулянты с рынка.
- Сможешь их раскачать? - Амбукс повернулся к Угуму, - проверить, что у них на уме.
- Иначе ты просто жулик, - надвинулся начальник стражи.
Усугубитель принял стойку, позволявшую защищаться обеими руками. В итоге он развел их в разные стороны.
- Давайте сначала сообразим. Эти люди, наверное, хотят... понижения процентной ставки?
Навес от дождя на крытом рынке ? И права взвешивать все собственными весами без придирок от государства? Чтобы оно ни во что не вмешивалось и оставалось
ночным сторожем? Стражем? - Угум заискивающе улыбнулся начальнику стражи.
- Вот мы и выясним, - объявил Амбукс, - чего они в действительности хотят.
- Торговцы никуда не денутся, - шепнул король начальнику стражи, - В крайнем случае наберем новых. Зато на их примере мы узнаем, чего ждать от подданных, если их усугубить.
- Прижать бы их всех к ногтю, - мечтательно пробасил стражник, - всех подданных, без исключения, и я бы сделал это своими руками, усугубители мне для этого ни к чему.
Дорога вилась по улочкам, заглядывала в бани, таверны, меняльные лавки и притоны, повторяя путь типичного стражника за день. Иногда она сужалась, заставляя протискиваться боком. Амбуксу это было не по нутру. Он опасался быть узнанным, когда шел между стенами, поскольку походил на свой профиль, отчеканенный на монетах. К счастью, у прохожих, погруженных в свои заботы, не хватало воображения, чтобы сопоставить одно и другое. А может быть, им просто не хватало монет.
- Бук? Утущубук. Бар!!! - разносилось совсем изблизи, но что там, даже не было видно: место скрывал поворот.
- Это торговцы? - поинтересовался король.
- Особый торговый язык. По вашему распоряжению мы ...завозим их из соседних стран.
Наш народ слишком витает в облаках, он не приспособлен для того, чтобы менять одни вещи на другие, не практичен. Не принимает деньги близко к сердцу. Поэтому приходится вот так...
- Злапандамук! Ты, пандамук, пандамук! Мля! Бамбарбия... Бум-бук! Бум-бук! БЛЯ!
- А что они говорят? А впрочем, все рынки по сути своей одинаковы... раз уж я сам решил, чтобы они были такими, так пусть...
- Интересно знать, про что они думают, а не говорят, - вставил Угум.
- А я знаю их язык, - похвастался начальник стражи.
- Бам-бак. Бам-бам-бам -БАК! Быстро! Бамбамбабамбак! Быстро! Бамбак! Бамбак! -
закричал начальник. Торговля остановилась, а потом резво взяла обратный ход. Каждый державший при себе товар теперь не зарабатывал деньги, а тратил их. Яростно рылся в карманах, предъявляя на свет пригоршни монет, откуда у начальника набралась их целая гора.
- Бам-бам-бам, - повторил усугубитель и как будто обезьянничая, закричал - бак!!! И даже добавил: МЛЯ!
Злые взгляды уставились на Угума.
Денег никто не понес.
- Ты дурак? - тихо спросил король.
- Ваше величество, не беспокойтесь. Не могло бы получиться лучше. Сейчас самый миг ловить общую мысль.
Амбукс мелко кивнул. Момент действительно был выбран удачно. Лица торговцев, оставшихся за спиною у стражи, больше не скрывали своих мыслей. Выражение, застывшее на них, перестало быть приторным. Не было оно и каким-то необычным. Еще и особенно сложным. Зато почти никто не выделялся - оно было одним на всех.
Король научился ценить искренность за масками придворных. Но в этот раз попросил бы
втянуть средние пальцы и вернуть лицемерие назад.