- Сестренка – ледяной голос Лейлы заставил нас обоих посмотреть на нее – а сейчас твоя двойня не мешает тебе носиться по дому? Нет? Вот и подушку себе сама притащишь!
Лейла обижено развернулась и не произнося больше ни слова ушла в гостиную, откуда сразу же послышалось какое-то шипение, тихое перешептывание, возмущенные вздохи свояченицы. Я посмотрел на довольное лицо Санем и покачал головой:
- Зачем ты опять ее бесишь?
- Бесить Лейлу – мой стиль жизни! – самоуверенно завяла она и первый раз в жизни у меня не было никаких сомнений в том, что это правда.
- Ох, дети… Что вы тут встали как сиротки? – мама Мевкибе выглянула из комнаты. – Джан, ты голодный? Покушаешь?
Я только хотел сказать, что не голоден, но почувствовал острый локоток Санем в районе ребер и от неожиданности у меня вылетел совсем другой ответ:
- Даа! Я очень голоден и с удовольствием покушаю – я перевел растерянный взгляд на невинное лицо Санем и мысленно зааплодировал ее актерскому мастерству.
- Я так и знала! Иди, мой руки – теща довольно кивнула и проплыла мимо нас на кухню.
- Мне тоже руки помыть? – поинтересовалась Санем с таким видом, как будто ее три дня уговаривают и вот наконец она решила сдаться.
- Мой! – окинув ее оценивающим взглядом, разрешила теща. Санем схватила меня за руку и не дав даже опомниться, потащила в сторону ванной.
- Санем, что происходит? Я не хочу есть! – мне так и не удалось привыкнуть к настойчивому желанию тещи, все время меня кормить. Наверно я произвожу впечатление вечно голодного человека, раз она при каждом удобном случае спрашивает меня не голоден ли я.
- Я хочу! – заявила она, кидая мне в руки мыло. Я машинально принялся намыливать руки.
- Ну так ешь, в чем проблема?
- А в том, что я по глупости рассказала им про то утро, когда у меня было небольшое кровотечение. Лейла заявила, что с ней было такое же и доктор посадил ее на диету. Мама тут же вспомнила, что все так и было! – я наблюдал за тем, как Санем закатила глаза и, не удержавшись, засмеялся. Она осуждающе посмотрела на меня в зеркало – Ты смейся.. Смейся… Твою жену посадили на диету, твоих детей лишили еды… А ты продолжай смеяться…
- Ты несправедлива ко мне – я плелся за ней, чувствуя себя на самом деле виноватым. Ах, Санем, ах! Как ты так хорошо научилась манипулировать мной?!
Я не успел еще войти на кухню, когда услышал возмущенный возглас Санем:
- Это что такое??? Это для меня? Я что и правда ягненок траву жевать?!
- Мевкибе, дай ребенку что-нибудь из еды, что ты на самом деле одну траву ей положила – заступился за дочь брат Нихат.
- Папочка, это не трава! Это очень полезная еда – объясняла Лейла.
- Вот ты и ешь свою полезную еду. Мама, ну что ты ее слушаешь?! Она что, доктор? – Санем стояла посреди кухни и, возмущенно разведя руками, пыталась отстоять свое право на нормальную еду. Картина была настолько милой, домашней и уютной, что я так и остался стоять в дверях, залюбовавшись своей любимой – Какое она имеет право оставлять моих детей голодными? Я что не мать? Как я могу спокойно смотреть на эту несправедливость?
Мужская часть нашей семьи – я, Эмре и отец Нихат – была готова разрыдаться от жалости к бедной женщине, борющейся за благополучие своих детей. А вот женская – Лейла и мама Мевкибе, даже бровью не повели. Они смотрели на Санем очень спокойно, было видно, что давно привыкли к ее«выступлениям». Понимая, что она на грани провала, моя сладкая беда решила пойти в наступление и накинулась на Лейлу:
- Мне интересно, если бы это было необходимо, разве доктор не сказал бы «Санем, тебе нужно есть траву!». Ты что больше него знаешь?
- Может и знаю – спокойно ответила Лейла, и я заподозрил, что у нее тоже имеется свой “стиль жизни” и это, явно, бесить Санем. Странные существа все-таки эти женщины Айдын, скандалят для того, чтобы разогнать адреналин в крови, спорят ряди удовольствия. Мне все еще сложно понять такие тонкости женской психологии, тем более таких женщин как эти трое.
- Что ты можешь знать кроме твоих цифр? Ты же вегетарианка, вот и тянет тебя к траве. Мясо кушай иногда, чтобы кровь к мозгу приливала!
- Мама! Почему ты так спокойно смотришь на то, как она со мной разговаривает?!
- Мама! А как я разговариваю? Как она может учить меня как нужно заботиться о моих детях, если сама не представляет, где ее ребенок?
- Ребенок с Айхан! – хором ответили Лейла и мама Мевкибе.
- Садись уже и перестань скандалить – велела теща и к моему удивлению Санем послушно опустилась на стул. Сразу же на ее тарелке полной салатной травы, оказался маленький кусочек мяса. Брат Нихат воровато глянул на Лейлу, но она была занята своими делами, с головой ушла в телефон, и казалось совершенно не видит происходящего. И еще один кусок появился на тарелке Санем, на этот раз от Эмре.
- Если вы двое думаете, что поступаете правильно и делаете Санем хорошо, то вы ошибаетесь – не отрываясь от экрана сообщила Лейла. Тесть с Эмре переглянулись, а Санем разочаровано вздохнула, поняв, что этот номер тоже не прошел.
Вытащив из буфета большую тарелку, я сел рядом с женой и принялся накладывать еду – все подряд, до чего могла дотянуться рука. Не обращая внимания на завистливо-негодующий взгляд Санем, я наконец наполнил тарелку и повернулся к ней. Моя единственная посмотрела на меня с такой надеждой, что я был готов переселить Лейлу на другую планету, чтобы она не лишала сестру возможности делать чего ей хочется. Доктор и правда не говорил ничего ни про диету, ни вообще про еду. Поэтому, не обращая внимания на возмущенный взгляд свояченицы, я забрал тарелку Санем и поставил перед ней свою.
- Уффф, Джан Дивит! Мне даже слов не хватит, чтобы выразить тебе свою любовь! Ты мой герой! – восхищалась Санем, сжимая в руке вилку.
- Приятного аппетита! – чмокнув ее в носик, я повернулся к Лейле. Если она хочет что-то сказать, пусть говорит мне и не мешает моей маленькой обжорке получать удовольствие от жизни!
- Как хотите – оскорбилась Лейла и отложив телефон, приступила к завтраку.
- Именно так мы и хотим – с набитым ртом подтвердила Санем, глядя на меня с такой любовью и обожанием, что кажется я начал плавиться от ее взгляда.
Санем ела торопливо, как будто боялась, что сейчас ей снова поставят перед носом «траву». Глядя на нее, я немного даже испугался, не перегнул ли палку, положив ей столько еды. Я потянулся к ее тарелке, чтобы немного «помочь ей», но получив возмущенный взгляд от моей единственной, сразу же ретировался.
- Дзяян! – звонкий голос Мелек разлетелся по кухне. Малышка отцепилась от руки Айхан и полетела прямо на меня. Она прилипла ко мне всем телом, как только я подхватил ее на руки. Засопев мне прямо в ухо, она пыталась оставить мокрый поцелуй на моей щеке.
- Привет, красавица! – улыбнулся я ребенку, уворачиваясь от ее губ – Как поживает, моя малышка?
- Дзяяян… – протянула Мелек заглядывая мне в глаза и сжимая мои щеки маленькими ладошками. Мое сердце сжималось от нежности, и сейчас я совсем по-другому чувствовал ребенка. Она меня не пугала больше, а наоборот, притягивала к себе все мое внимание. Мне уже натерпелось также прижимать к груди своих детей.
- Мелек, иди к папочке – ревнивый Эмре торопливо схватил ребенка и как только потянул на себя, мне показалось, что включилась сирена. Мелек завизжала изо всех сил, оглушив меня, а потом и всех остальных. Брат отпрянул от нас и испуганно посмотрел на Лейлу, видимо не ожидал такой реакции. Та замахала на него руками, сердито сверля взглядом:
- Эмре, ты же знаешь, если она сейчас начнет плакать, мы ее не оставим до вечера. Зачем ты к ним лезешь? Видишь ребенок спокойно сидит – выговаривала она мужу. Но мой брат не мог вынести того, что ее малышка «спокойно сидела» не у него на коленях. Как не странно, теперь я его прекрасно понимал. Мне бы тоже было обидно, если бы моя дочь, проигнорировав меня, предпочла его.
- Мелек, а у тебя скоро появятся сестричка и братик – решила порадовать ее Санем, потянувшись к ребенку. На удивление, малышка наклонилась к ней и даже разрешила себя поцеловать. Санем восторженно засюсюкала – Ой, какая ты сладкая девочка! Какая красивая! А кто это у нас такой сладкий?