- Я пытался себя держать в руках. Если бы я не возбудился от твоего запаха, и крови то вполне возможно, ничего бы не произошло. Секс был при ритуале не обязателен. Все должно было быть по-другому.
Он обхватил мою ладонь и пронзительно посмотрел в глаза.
- Я хочу чтобы ты знала. Если бы у меня была хотя бы мизерная возможность уберечь тебя от этого зла и извращения что произошло между нами, я неминуемо бы это сделал.
- Ты ни в чем не виноват, - успокаивая, я погладила его по голове, - Мариус пакостная тварь и он за это поплатится. Уж поверь.
Из груди Сириуса вырвался неприятный рык.
- Пока я его раб, никто не смеет ему бросить вызов. Я уничтожу любого, кто посягнет на его тело.
- Он делал с тобой ужасные вещи, - возмутилась я, вспомнив, изнасилование.
Глаза Сириуса сузились в щелочки, сквозь которые пылал гнев.
- Уж поверь это не самое страшное, что может произойти с моим телом, - злость и холод моментально наполнили воздух, заставляя меня притянуть к себе покрывало, - По крайней мере, я могу двигаться и питаться.
В последних словах были нотки какого-то облегчения. Он пытался найти хоть что-то хорошее в сложившихся обстоятельствах. Как-то приспособится, удержаться за свое существование. Что же с ним сделали? Что может произойти настолько страшное, что сами пытки Мариуса могут показаться смехотворными. Я ничего о нем не знала. Те обрывочные воспоминания, проникающие в мой мозг, были не полными и потому не выдавали полной картины.
- Как ты стал рабом, - наконец выдавила из себя я, - Как это произошло?
Отстранившись, он сел ко мне спиной. Кожа на спине натянулась, показывая неровную линию позвоночника и практически зажившие удары от плети.
- Боги покарали меня, - сказал он и замолчал, уставившись в темную воду.
- Да брось ты, богам нет дела до таких темных тварей как мы, - расположившись рядом с ним, сказала я.
- Ты ничего не понимаешь.
- Так расскажи мне.
Я смотрела на его профиль и на то, как он сильно сжал свои губы. И я уже думала, что он ничего не скажет, как он повернулся ко мне.
- Если я тебе скажу, что именно я первым превратил человека в вампира.
Я растерялась. Какого черта он несет?
- Это шутка? - в не понимание я посмотрела на него как на сумасшедшего, но на интуитивном уровне я понимала, что он сейчас не лжет, - Тогда почему ты раб?
- Все очень сложно. Я был первым кто изменил человека, но не единственным. Мариус принадлежит к другой линии крови, более древней чем я. Потому он и смог меня к себе подчинить, воспользовавшись моей невменяемостью.
Сириус нервно дернул головой пытаясь отогнать призраков прошлого. В его руках появилась не допитая бутылка с водкой. Он сделал несколько глотков и опустил голову, уставившись в пол.
- Ты хочешь знать, что было дальше. Тогда, когда я прибыл в крепость Галана?
- Я видела как ты сдался тогда…после стечения.
- Все верно. Я хотел чтобы Галан меня убил. Но появившись там, я узнал, что Фауст был обвинен в изнасилование Реальсаль. Коварная тварь знала, как преподнести Галану свое падение. Я пытался защитить друга, но кто меня будет слушать. В тот же день Фауста поместили в котел, что стоял на площади. В нем заживо варили преступивших закон, а потом скармливались свиньям. Но Фауста не скормили, нет, его умирающего скинули в яму, где он пролежал под солнцем весь день. Я пытался его спасти, но меня сильно избили и обессиленного скинули в ту же яму. Истекая кровью, я упал прямо на Фауста и потерял сознание. Когда я пришел в себя, то почувствовал нечто странное, зародившееся в моем сознание. Фауст спал, но я знал, что он изменился. Моя кровь, попавшая в его раны, чудесным образом восстановила тело. Связь, возникшая между нами, оглушала. Я разбудил его, но он уже не был прежним.
- Фауст стал первым вампиром?
- Да, но он не единственный кого я создал. В те времена я был слишком зациклен на своем рождение. Кто видел меня, знали что я ублюдок. Это отражается на лице темная энергия смерти, окружает меня с ног до головы. Тот, кто отвержен своим отцом, не достоин дальнейшего существования.
- Тебя до сих пор это гложет.
- Нет, - он провел ладонями по лицу, - Не так сильно.
- Почему он отказался от тебя?
- У него появилась другая женщина. Эльфийка. Она тоже ждала от него ребенка. И он должен был сделать выбор. Так как я оказался для него недостаточно хорош, он отказал мне в жизни. Женщина, которая меня родила, отдала всю свою энергию чтобы я выжил. А я как слабак, принял ее дар.
- Ты не в чем не виноват.
- В любом случае это меня уничтожало, - резко выпалил он, сделав глоток из бутылки, - Я хотел доказать всем что чего-то стою в этой жизни.
- И что же ты сделал?
- Я начал создавать вампиров из людей, попавших в лапы инквизиции. Мои легионы были самыми смертоносными во всем Некрополисе. Я создал великих воинов, которых не было равных во всем сумеречном мире. Но не это было моей целью. Я пытался показать своей расе, что являюсь достойным. Но в итоге всем было глубоко наплевать на мои старания.
- Что произошло дальше, - я взяла его за руку, понимая, что ему все труднее становится говорить.
Он сжал губы, а в глазах вспыхнул гнев.
- Меня предали мои же люди. Чистокровные вампиры, которым не нравилось, что ими управляет ублюдок, - он отпустил мою руку и отвернулся, - Они обескровили меня и продали некромантам.
Я почувствовала, что меня начинает трясти. Ком подкатил к горлу, а на глазах навернулись слезы. Я читала, что в свое время делали некроманты с плененными вампирами. Пытки могли длиться месяцами, так как вампиры быстро регенерировали. Я хотела его обнять, но он резко отпрянул. Мне так хотелось его успокоить, сказать что все прошло, но нужных слов я не могла подобрать. Что бы мной не было сказано все звучало бы в моих ушах как оправдания, за то что с ним сделала моя раса. Я прикусила нижнюю губу. Лучше молчать, пусть он выговорится.
- Я не знаю сколько был в плену, дни и ночи смешались, все цвета и звуки стерлись. А потом меня просто закрыли в серебряном гробу и закопали. Так я и пролежал четыреста лет, пока меня не обнаружил Мариус. А потом…
Его била сильная дрожь, голос стал хриплым. Я сильно сжала в руках покрывало. Да уж, не такое я хотела от него услышать. Четыреста лет в полном одиночестве, без еды, без воздуха, без единой души. Проклятье, я совсем не была к этому готова. Что я сейчас могу для него сделать. Обнять, поцеловать, сказать что все прошло. Я посмотрела на его напряженное тело. Все инстинкты во мне кричали, опасно.
- Черт, зачем я тебе только это говорю?
- Может, потому что я единственная кому ты можешь доверять.
Он настороженно посмотрел на меня.
- Доверие нужно заслужить, - неожиданно грубо сказал он и зашвырнул пустую бутылку в темноту храма.
Я вздрогнула. Его слова больно хлестнули мне по лицу. Я, было, хотела открыть рот, и опровергнуть его слова, но тут на меня что-то нашло. Как будто пелену сдернули с глаз. Я настороженно посмотрела по сторонам, как в первый раз. По правде говоря меня ошеломила резкая перемена в нем. Сейчас я ощущала незнакомую мне сторону Сириуса. Она была настолько темной и пугающей, что я просто онемела от потрясения. Я спала с этим древним существом, совершенно не зная его. В желудке как будто все перевернулось и стало тяжело дышать. Кто я для него? Просто женщина, с которой он теперь может спать? ‘Я единственная’ пронеслось в голове. Бредовая мысль, которую я сразу же откинула в сторону. Для такого как он наверняка это не показатель. Он не с проста говорил, что я слишком молода. Не ровня, факт был на лицо. Он древнее создание, соединенное с некой пигалицей некромантского происхождения. Рано или поздно он все равно бы сказал об этом. Лучше рано, чем все время тешить себя о том что я могла бы быть для него кем-то больше подстилки.
- Ты прав, - пытаясь не показывать своего разочарования, я как можно тверже произносила каждое слово, - Если я с тобой спала, это не значит, что я тебе могу доверять.
Сириус вопросительно на меня уставился, но промолчал. Я попыталась прочитать его мысли, но ничего не получилось. Возникшая ситуация стала раздражать. Казалось, между нами стала возводиться не видимая стена непонимания. Он с самого детства был замкнутым, так с чего я решила что со временем у него это прошло. Детские страхи и обиды, так просто не забываются. Они идут вслед за взрослеющим существом, обрастая новыми болезненными воспоминаниями, разрушая внутреннюю среду, калеча судьбы.