- И вообще нам нужно отсюда выбираться.
Я решительно встала и обернула покрывало вокруг себя.
- Единственное что тебе сейчас нужно это лечь спать и набраться сил, - зарычал он.
- Не надо со мной так разговаривать, - пытаясь побороть дрожь в голосе, сказала я, - Я только хочу покинуть это место.
- Покинуть это место, - Сириус засмеялся, - Даже не мечтай. Подобные желания разъедают душу. Если она конечно есть.
Преодолев между нами расстояние, он больно ухватил меня за руки выше локтя.
- Ты делаешь мне больно.
- Нет, это ты, - он сильно встряхнул меня, - Лучше снова испытать всю мерзость некромантских пыток, чем слышать как единственная женщина требует того что ты никогда не сможешь для нее сделать.
- Сириус, не все потерянно, - я обняла его за талию и успокаивающе погладила, - Ты легендарный полководец, ты должен бороться за свободу.
Он отрицательно покачал головой.
- Свободу, - оскалившись Сириус продолжил, - Что делать такому как я на твоей свободе? Я выпал из этого времени на четыреста лет. Если бы не твои воспоминания я наверно до конца веков боялся звука мобильника и автомобиля. Пойми, все зря, я раб, - прошептал он, - Никто не в силах изменить мое проклятье. Мои боги предали меня, оставив в одиночестве и тьме…
Его глаза вспыхнули жутким одержимым блеском.
- Самара, я никогда тебя не отпущу. Я готов затащить тебя в самое пекло, только бы ты была рядом со мной, - он ударил себя в грудь, - Это сильнее меня. Ты моя…и тьма поглотит нас.
Он нервно дернул головой, пытаясь побороть приступ агрессии. Я осторожно провела ладонью по его горячему лбу.
- О, мой милый и несчастный Сириус. Я крепко возьму тебя за руку и в этой тьме мы пойдем вместе в поисках света, который нас устроит.
Я положила голову на его плечо. Слова Сириуса зародили в моей душе нестерпимую печаль. Покинуть его равносильно смерти, но мой брат. Филипп сейчас где-то в Некрополисе, совершенно один и подвержен опасности. Я разрывалась на части, не зная что делать дальше. Произошедшее вырывало из моей жизни самого важного человека в моей жизни. Филипп. Что же теперь с ним будет?
Я пошатнулась на месте. Мысль о том чтобы перечеркнуть свою жизнь ради Сириуса, была настолько реальной, что мне стало не по себе. Происходящее было самым мучительным, что когда-либо испытывала я. В этот момент я по-настоящему осознала чем является этот ритуал. Я стояла на перепутье, прекрасно понимая, что пойду по той дороге, куда вступит нога Сириуса. Сопротивляться было бесполезно. Моя кровь и тело как железо к магниту притягивались к этому чистокровному. Я предчувствовала, что впереди будет только боль. Мое мировоззрение перекрутили через мясорубку и слепили то, что мне было совершенно не знакомо. Я не я. Приказываю себе сделать шаг назад, но не могу. Кто-то внутри меня смеется над моей слабостью, издевательски скребет по внутренней стороне груди. ‘Бежать’ с шипением отзывается голос в голове, возвращая меня в реальность. Я должна покинуть Сириуса немедленно. Сделав неуверенный шаг назад я, задыхаясь от невыплаканных слез, как сумасшедшая прильнула к его телу. Он мой, только мой. Слишком больно думать о расставании, нет сил сопротивляться. Невыносимо заставить себя отстранится от его тела. Само существование без него бессмысленно. Это было приговором…
- Только не отпускай мою руку, когда я сделаю тебе больно, - неожиданно сказал он.
- Ты сделаешь мне больно, если откажешься от меня, - я нежно погладила его по щеке.
- Даже не мечтай, - его губы коснулись кончиков моих пальцев, - Я слишком долго тебя ждал.
Тело Сириуса неожиданно напряглось и он, не в силах побороть боль упал на колени.
- Что случилось? - я опустилась вниз, видя, как Сириус побледнел.
- Мерзкая, тварь, - раздался голос по всему храму.
По коже пробежал ледяной озноб, когда я услышала голос Мариуса. Наши взгляды с Сириусом пересеклись, и он как будто мы расстаемся навсегда, прижал меня к себе и жадно впился в губы. Его последний вздох коснулся моих губ и Сириус растворился в воздухе, оставив меня одну в клубах густого тумана.
Глава номер двадцать один.
Я как обезумевшая металась по затопленному храму. Отсюда не было выхода, одинокие колоны погружались на несколько метров в темную воду. Замкнутость создавало ощущение удушья и паники. Подняв с мраморного пола мокрую рубашку, я одела ее на себя. Нужно было выбираться отсюда, вот только я не умела телепортироваться, подобно вампирам. Выхода не было, оставалось только ждать, когда за мной придут. Вспомнив зловещий голос Мариуса, я совсем расстроилась. До встречи с ним я никого так не боялась, даже вервольфы рядом с ним казались щенками. Вонзая свои клыки в мое тело, они не причиняли столько боли, сколько причинил Мариус. Его поганые когти вонзились в самую душу и нанесли непоправимый урон.
Присев на матрас я обхватила себя руками. Сейчас я чувствовала его пальцы на своем сердце. Они медленно сжимались, заставляя меня ощущать себя никчемным существом, не способным влиять на ситуацию. Тревога за Сириуса еще больше усиливала это состояние. Я не хотела думать, что моего любимого сейчас пытают и унижают. В голове возникали самые страшные картины того что могло случиться. На подсознательном уровне я реагировала на любое эмоциональное состояние Сириуса. Как бы он не закрывался от меня, все равно обрывки эмоций затрагивали мой разум. От этого состояния можно было сойти с ума. Эта связь… почему Мариус выбрал именно такой способ моего порабощения. Меня совсем не устраивало положение раба. Но что я могла сделать? Мариус сказал, что жена испытывает участь своего мужа. Наверно поэтому он и выбрал этот ритуал. Мысль о том, что этот засранец хотел сделать меня своей женой была настолько противной, что меня передернуло. А если бы ритуал сработал? Я чувствовала к нему то же самое что и к Сириусу? Отрицательно закачав головой, я попыталась откинуть эти мысли. Что было бы если бы. Это не то о чем я сейчас хотела думать. Сейчас мне нужно понять, почему все так произошло. Мариус так просто не стал бы привязывать к себе простую нежить.
Мелена говорила, что он коллекционирует сильных созданий. Это конечно смешно, но возможно он считает меня сильной. Это предположение казалось самым разумным. Если не считать Филиппа я единственная кто может поднять мертвецов храма Обреченных. Я последний некромант своей ветви. Надеюсь, это как-то можно будет использовать в своих целях. Хотя в отношение Мариуса это не вариант. Он не станет договариваться со своими рабами, в противном случае просто принудит меня сделать все, что ему вздумается.
Я ему нужна. Иначе, зачем столько возни. Он мог использовать магический ошейник, чтобы подчинить меня своей воле, мог запереть в камере. Все что угодно, но только не то что он сделал. Все было намного серьезнее. Он подцепил меня на самый острый и болезненный крючок, который мог бы быть в его арсенале. И теперь я, пораженная в самое сердце, не в силах была что-либо сделать.
Не в силах соединиться со мной он отдал меня своему беспрекословному рабу. Привязал настолько крепко, что нет сил, сделать самостоятельно вдох. Мертвая хватка без перспектив на свободу. Я посмотрела на свои ладони покрытые черными трещинками. Если бы я только могла полностью овладеть своей некроманткой силой, то в тандеме с Сириусом я была бы непобедимой.
Тишину разорвал приглушенный удар грома. Я моментально вскочила с матраса и выпустила из пальцев когти. Темная энергия, скользящая по стенам и воде храма стала нестабильной. Кто-то по ту сторону, возведенной защиты пытался ворваться внутрь. За мной пришли.
- Эй, ублюдки, я здесь, - закричала я, не в силах больше выносить неопределенности.