Смирнов затянулся, выпустил тонкую струйку дыма и одобрительно прищурился. Похоже, ему нравилось, что я мыслю категориями стратегии, а не уличной потасовки.
— План есть, Мордов. Как только вы себя проявите и начнете жестко щемить людей Баксана, вами неизбежно заинтересуются госорганы. Насчет этого не переживай — вас будут вызывать на допросы к участковым, будут проверять на сознательность, трясти через дирекцию училища. Это создаст вам нужный, правильный фон. Но самое главное — люди Штерна заинтересуются тобой. Теневикам всегда нужна надежная, зубастая пехота.
— Пока ещё зубастая, но с каждым разом зубов будет становиться всё меньше.
Майор стряхнул пепел мимо урны. Чуть подумал и сходил конём.
— Они попытаются тебя подкупить и перетащить на свою сторону. И ты как раз должен будешь сыграть лидера правильной, идейной группировки, который в итоге лоялен к «уважаемому человеку» Штерну. Когда ты сможешь пару раз ему «помочь» — например, разогнать назойливых конкурентов или «уговорить» несговорчивого директора — ты станешь одной из его фигур. Пешкой. А может быть, даже слоном, который будет иметь доступ к телу. И вот тогда ты сможешь предупреждать его о грядущих рейдах БКД, о милицейских операциях, о разных напряженных ситуациях с властями, сливая ему нашу дезу. Внедришься, станешь своим.
Я откинулся на спинку скамейки и откровенно, чуть цинично усмехнулся:
— То есть, вы предлагаете мне перевести моих ребят в статус Боевой комсомольской дружины? Нацепить красные повязки, официально гонять алкашей, а потом с этими самыми повязками идти пробиваться в доверие к матерому теневику Штерну?
Смирнов непонимающе нахмурился:
— А что тебя смущает? Ты вполне способен справиться с этой ролью. У тебя авторитет, медаль, подвешенный язык.
Я сокрушенно покачал головой.
— Увы, Валерий Петрович, это будет плавать на самой поверхности. Дерьмо не тонет и моя работа тоже всплывёт. Вы сами сказали, что Штерн преступник. Подпольный цеховик, ворочающий миллионами. Вы серьезно думаете, что он поверит идейному комсомольцу-дружиннику, который вдруг решил стать «оборотнем» и работать на криминал? Да он меня проверять будет до десятого колена! Преступный мир всегда больше поверит лидеру уличной, полукриминальной группировки, чем правильному мальчику из БКД с комсомольским значком на груди.
Движение боевых комсомольских дружин (БКД) возникло в конце пятидесятых годов. В те годы дружины и отряды создавались по инициативе комсомола в учебных заведениях, на предприятиях, заводах.
Действовали они в тесном сотрудничестве с органами внутренних дел: с уголовным розыском, ГАИ, ОБХСС, инспекцией по делам несовершеннолетних, ведя борьбу со многими негативными проявлениями в обществе. Одна из казанских улиц носит имя Артема Айдинова, члена БКД КАИ, погибшего в начале шестидесятых годов в схватке с дебоширившими на улице хулиганами.
В начале девяностых годов вместе с упразднением ВЛКСМ исчезли и комсомольские правоохранительные отряды. Но в некоторых вузах добрые традиции, поддерживаемые энтузиастами, сохранялись, отряды реформировались в студенческие службы безопасности.
Я подался вперед, опираясь локтями о колени.
— Вы пьесу Шварца «Дракон» читали? Там всё четко сказано: победивший дракона сам становится драконом. Нельзя победить Баксана на комсомольских порывах и стать авторитетом для цеховика. Мы должны победить их банду и… сами занять их место. Мы должны стать для Штерна той самой зубастой, голодной стаей, которая выгнала предыдущих шакалов и теперь ищет нового хозяина с толстым кошельком.
Майор КГБ замер, глядя на меня. Сигарета тлела в его пальцах. Он оценивал риски моего предложения.
— И на идейных порывах своих ребят я поднимусь над шайкой Баксана, — жестко продолжил я, вколачивая аргументы. — Мы их размотаем, возьмем район под свой контроль и сами войдем под крыло Штерна. Не как стукачи из комсомола, а как молодая, дерзкая братва.
Смирнов помрачнел:
— Гена, ты понимаешь, что это значит? Тебе придется реально преступить черту. Твоих ребят рано или поздно задержат. Придется слегка подвести их под статью о хулиганстве, чтобы легенда была идеальной. Коллеги из милиции будут шить вам дела.
— Вот именно! — я сделал ход и смахнул его пешку. — И в свете этой грядущей операции вы, товарищ майор, должны будете вытаскивать всех моих людей, если случится что-то плохое. Я обеспечу внедрение. Я войду в окружение Штерна со всей его бухгалтерией. Но вы обеспечите нам абсолютное, непробиваемое прикрытие по всем фронтам.