У меня внутри словно ледяной иглой кольнуло. Пятое управление. Нечаев. Тот самый «волкодав», который угрожал Светочке.
— Вы хотите сказать, что «компьютеризация всей страны» — это еще и гигантская прачечная для отмывки денег?
— Именно, — Кротов стукнул кулаком по столу. — И сейчас, когда Шелепин нажал на газ, эти ребята в панике. Им нужно закрывать дыры. А как это сделать проще всего? Правильно. Устроить аварию. Пожар. Чтобы все концы — в пепел.
Я мгновенно сообразил.
— Главный вычислительный центр Госплана?
— В точку, Мордов. Там сейчас монтируют новую систему. Все документы по закупкам, все оригиналы контрактов — всё там. И по моей информации, «замыкание проводки» там назначено на ближайшие выходные.
Я встал, подошел к окну. Внизу, во дворе, пацаны из младшей группы гоняли мяч. Жизнь кипела. А где-то в тихих кабинетах люди в серых костюмах уже чертили схему поджога, который должен был скрыть хищения на миллионы золотых рублей.
— Почему вы пришли ко мне, Валентин Петрович? У вас есть свои группы захвата. Есть закон.
Кротов горько усмехнулся.
— Мои группы захвата подчиняются генералу Волкову. Который хоть и под следствием, но его замы всё еще в креслах. А КГБ… ты сам понимаешь. Нечаев меня сотрет в порошок, если я сунусь на его территорию без санкции прокурора. А прокурор санкцию не даст — он с Нечаевым в одну баню ходит. Родственники, как-никак.
Следователь посмотрел на меня в упор.
— Мне нужны твои «тени», Гена. Те, кто не числится в штатах. Те, кто может зайти в здание, взять нужные документы до того, как они сгорят, и выйти, не оставив следов. Шелепину нужны доказательства, чтобы окончательно зачистить «пятерку». А мне нужно, чтобы воры сидели в тюрьме.
Я молча курил, глядя на свои руки.
Опять. Опять я лезу в самое пекло. Только теперь противник — не уличная банда и не зажравшийся цеховик. Теперь противник — интеллектуальная элита спецслужб, вооруженная по последнему слову техники.
— В субботу? — спросил я.
— В субботу. В два часа ночи. Охрана будет снята «для проведения профилактических работ с электросетью».
Я повернулся к Кротову.
— Хорошо. Мы это сделаем. Но у меня условие.
— Какое?
— Ваша «канарейка» должна стоять в двух кварталах. И как только мы выйдем — вы обеспечиваете нам коридор. Чтобы ни одна патрульная машина нас не остановила.
— Договорились, — Кротов встал. — Береги себя, Мордов. Ты мне живым больше нравишься.
Когда он ушел, я вызвал Кабана и Шурупа.
— Значит так, гвардейцы. Помните, я говорил, что информация — это оружие? Пришло время проверить это на практике. Мы идем в Госплан.
Пацаны переглянулись. В глазах Кабана вспыхнул знакомый азарт. Шуруп поправил очки.
— Сейфы будем вскрывать? — шепнул Витька.
— Нет, Витя. На этот раз мы будем спасать «электронную память» страны. И заодно — прищемлять хвост очень большой крысе.
Вечером я зашел в Универмаг.
Светочка заканчивала смену. Она выглядела чудесно в своем белом халате, волосы выбились из-под чепчика, на щеках — легкий румянец от духоты в зале. Увидев меня, она просияла.
— Геночка! А я думала, ты на совещании в райкоме!
Я подошел к прилавку, вдохнул родной запах.
— Совещание закончилось, Светик. Пойдем погуляем? Вечер сегодня — просто сказка.
Мы шли по набережной Яузы. Вода была темной, в ней отражались первые звезды и огни фонарей.
— Знаешь, Гена… — Света прижалась к моему плечу. — В городе как-то странно стало. Все говорят про какие-то перемены. Про компьютеры. Зоя Михайловна сказала, что нам в Универмаг скоро поставят «электронную кассу». Это правда?
Я улыбнулся, обнимая ее за талию.
— Правда, родная. Мир меняется. Мы становимся быстрее, точнее. Скоро не нужно будет стоять в очередях счетами щелкать.
— А люди? — она заглянула мне в глаза. — Люди тоже изменятся? Станут добрее?
Я замолчал. В моем 2026-м люди не стали добрее от того, что у каждого в кармане был компьютер, в миллионы раз мощнее всей системы Госплана семьдесят первого года. Скорее наоборот — мы стали более одинокими.
— Мы постараемся, Светик. Мы сделаем всё, чтобы в этом новом, быстром мире осталось место для подснежников в апреле и для нас с тобой.
Я проводил ее до дома, убедился, что в подъезде всё тихо. Мои «младшие» пацаны несли дежурство — я видел Штопора, притаившегося в тени акации.
Вернувшись в Центр, я зашел в гараж. Кабан и Михан уже готовили снаряжение. Фонарики с красными фильтрами, наборы отмычек, мягкая обувь. Ниндзи удавились бы от зависти!