Тим поймал себя на мысли, что слова Артема казались ему чем-то фантастическим. Среди его знакомых не было никого, у кого были бы дети. Это была непозволительная роскошь, и в какой-то степени эгоизм и жестокость, обрекать живое существо на «жизнь» в таком мире.
- А так уже полгода подрабатываю.
- И не боишься?
- Чего? Без этих денег не будет нормальной жизни, так какой смысл в бесцельном существовании.
Артём был прав. И в этот момент Тим понял, что в этом государстве наверняка есть множество других людей, которых ещё не до конца сломала система.
И он не ошибся. У склада собралось около тридцати человек. Все они были такими, как Тим.
В работе действительно не было ни сложного, ни интеллектуального. Загрузить продукты в грузовик, отвезти на другой склад, разгрузить и снова по кругу.
К полуночи Тим вернулся домой. В кармане джинсов лежала небольшая сумма денег. Эти деньги он мог бы заработать за неделю в офисе, и половину из них отдать за воздух. Но сейчас это были его деньги. Честно заработанные. Настоящие. И чувство, которое испытал Тим, при мысли, что ими не придётся ни с кем делиться, не придётся дарить их вору, провозгласившему себя царем, было лучшим из чувств, которые испытывал мужчина за долгое время.
- Ты не спишь? – Тим заглянул в комнату к матери, женщина сидела в кресле с книгой.
- Не могла уснуть. Все думала об этих бандитах. Где ты был?
- Сидели в баре с другом, - соврал Тим. Мама ни за что не одобрит «нелегальные» деньги, даже больше, она придёт в ужас, - ты никогда не думала, что воздух может стоить гораздо дешевле, чем мы думаем?
- Что ты такое говоришь?
- Вот бы узнать, как справились с катастрофой другие страны. Тебе не интересно это?
- Вряд ли они справились, Тим. В новостях об этом ни слова.
- Ну разумеется. Доброй ночи, мам.
Не было смысла даже обсуждать этот вопрос. Они верили. Свято верили во все, что им заботливо преподносили с экранов. Тим не был лидером и не умел им быть. Казалось, стоит ему завести подобный разговор, подвергнуть сомнению "нерушимые истины", он сразу же наткнётся на непонимающий взгляд окружающих и прослывет сумасшедшим. Тим не хотел пугать мать.
- Пусть живет спокойно, - думал он, - я обо всем позабочусь.
Следующие две недели были для Тима самыми прибыльными в жизни. Ещё четыре раза они с Артёмом ездили работать в «Много вкуса». Тим смог раздать все долги, купить нормальных продуктов и новую тёплую одежду, и даже принести матери букет цветов. Такие обыденные вещи казались мужчине чем-то чудесным, а жизнь не такой уж скверной. Стоило лишь немного выйти за рамки, возведённые тираном.
Глава 3.2
Выйдя утром на улицу, мужчина поднял голову и улыбнулся. Лучи зимнего солнца сталкивались с прозрачной поверхностью купола и, не в силах преодолеть барьер, расползались по нему, словно золотистое полотно.
«Удивительная вещь, - подумал Тим, - как же получилось, что все мы, будучи свидетелями процветания таких технологий, вынуждены жить в нищете и рабстве».
Кто-то грубо толкнул Тима плечом.
-Уйди с дороги, - проворчала необъятных размеров женщина, - заняться нечем, попробуй поработать, вот молодёжь пошла.
Тим вздохнул, надел наушники и пошел к метро. Не слышать людей – само по себе прекрасно, хотя бы не испортишь настроение. Если он продолжить работать с Артёмом в том же духе, жизнь может наладиться. Возможно, ему никогда не стать богатым, не открыть своё дело, потому что налоги на малый бизнес и поддержка монополий задушат его на зачаточной стадии, но можно уехать из этого города. От этих разбитых дорог и поломанных светофоров, от редких полосок
зелени, окружённых пыльным асфальтом, от разваливающихся автобусов и уродливых небоскрёбов. Можно забрать мать и уехать подальше, за город, попробовать открыть там свой магазин или вроде того, наверняка в стране есть места, куда просто не доберутся лапы Синнера и его слуг-жандармов. Надо будет как следует об этом задуматься.
Тим попытался пройти к выходу, огибая ещё одну даму необъятных размеров, но она только сильнее загородила проход, повернув голову и что-то крича Тиму. Ему пришлось снять наушник.
- Нечего уши затыкать, - брызжа слюной, верещала слониха, - тогда бы услышал, что я тоже выхожу!
Второго свинского наезда за день Тим уже не выдержал.
- Если бы Вы не заняли своим телом весь проход, то даже не почувствовали бы, как я Вас обхожу.
Слоновье лицо покраснело до ушей, округлившиеся от злости глаза грозили вывалиться из орбит.
- Да как ты смеешь, щенок! Дорасти до моих лет и я посмотрю на тебя!
- Ну, разумеется. Если бы я дожил до таких лет и обнаружил, что ничего не добился и все ещё вынужден ездить на метро, я бы тоже визжал, как свинья.
Воспользовавшись тем, что разъярённая дама, задыхаясь от гнева, хлопает ртом, как выброшенная на берег рыба, пытаясь что-то ответить, Тим выскользнул из вагона.
«Таких я бы и сам уничтожал», - подумал он, быстрым шагом направляясь к офису.