- Осужденный Персов! Готовимся с вещами на выход, - заскрежетал старый замок, и тяжелая дверь неуклюже лязгнула. - Команда была на выход! - в камере появился надзиратель.
Персов встал по команде, взял вещи и вышел в коридор. Через несколько минут он уже ехал на автозаке с другими осужденными в колонию. Эдик пытался не открывать глаза. Ему совершенно не было никакого дела куда его везут и что с ним будет дальше. Он уходил в себя и периодически отключался от происходящего.
- Чего сидим? Давай на выход, приехали. Знаменитая семёрочка! - дверь автозака открылась и, только сейчас Эдик открыл глаза. - Давай, давай, пойдём! - подбодрил кто-то со стороны. - Ты чего на централе не выспался? Сейчас нас переоденут и в карантин. Вот там и выспишься! - какой-то лихой, видать бывалый парень, дружески подтолкнул его и помог спрыгнуть на землю.
- Построились по двое! - скомандовал сопровождающий в форменной одежде. - Внимание! Вы прибыли в колонию общего режима. Сейчас идем за мной на осмотр. Там Вас переоденут и выдадут постельные принадлежности. Можно будет помыться и привести себя в порядок. Сегодня Вам всё покажут и расскажут. Завтра медицинский осмотр и встреча с психологами. Всем всё ясно? Вопросы есть? - строго, заученными фразами спросил сопровождающий.
- Нет! Все ясно, - крикнул кто-то из строя.
- Ну, раз ясно тогда шагом марш, - он отдал команду и сам пошёл вперед.
Эдик делал всё, как в тумане. Ему не хотелось ни есть ни пить. Даже курить не было никакого желания. Ему хотелось быть одному. Огромное желание погрузится в себя, жадно заставляло его нервничать. Он шёл по территории колонии мимо старых построек, которые напоминали ему дряхлые заброшенные сараи и заводские цеха, от которых веяло каким-то недалёким советским прошлым. Но когда они завернули за угол здания, то Персов вдруг увидел огромный старый замок, где на большом стенде было написано «Замок Тапиау». Что-то перемкнуло в его голове, и он почувствовал огромное влечение к этому замку. Какая-то невидимая сила просто толкала его в этот Замок.
- Что это? - спросил он у идущего рядом паренька, показывая на Замок.
- Ха! Ты, что не знаешь? Это же самый старый Замок в области. Он был построен ещё в 1265 году каким-то рыцарем, или викингом или королём. Да там же всё написано, - он кивнул в сторону Замка и засмеялся. Персов обратил внимание на большой баннер висевший на белой стене Замка, где большими цифрами было написано 1265 год. Сердце Персова ёкнуло и в голове, словно черви начали шевелиться разные мысли унося его в далёкое прошлое.
Несколько дней проведённые Персовым в карантине, показались ему тысячелетием. Он был словно бездушный робот. Его тело послушно выполняло все команды, но голова была занята другими мыслями. Эти мысли не давали ему покоя и постоянно тянули его к старому Замку. Или наоборот, этот старый Замок невидимыми руками дотягивался до Персова своим многолетним духом, духом смердящего страха, который, наполняя душу Эдика, заряжал её невиданной энергией. Иногда по ночам Персов чувствовал, как эта энергия, состоящая из убиенных и замученных душ, томившихся здесь, в подвалах старого Замка, долгие века, незаметно выбирается из своих нор и тёмной дымкой пролетая над общежитием барака, устремляясь вниз, сквозь щели проникает в комнату и стремительно вливается в него. И он, как большая губка впитывал эту энергию. И она снова превращала его в того, кто владел этими заблудшими и замученными душами, тела которых навечно были замурованы в старых подвалах. Здесь были и простые нищие, и храбрые рыцари, учёные и герцоги, Великие князья и короли. Старый Замок новь ожил почувствовав близость своего хозяина. Он каждую ночь звал его в свою обитель и ждал распахнув решётки, железные двери. Однажды ночью, когда огромная безликая, старая грешница Луна, задыхаясь, тяжело выкатилась на середину чёрного неба, где в яростных порывах ветра кружились мрачные тучи, Персов почувствовал, что настало его время. Он тихо встал, и словно чёрный лебедь поплыл туда, где все его уже давно ждали. Персов беспрепятственно вышел из барака и посмотрел по сторонам. Всюду бушевал шквалистый ветер. Он рвал и метал всё вокруг, пытаясь сорвать многовековую крышу старого Замка, чтобы выпустить всю нечисть на тюремный плац, загнав, таким образом, всех надзирателей в свои караулы. Яркие фонари, как в последний раз, надрываясь, поскрипывали, изрыгая в такт могучему ветру, огромные порции нескончаемого света. Всё было готово для встречи дорогого гостя и хозяина Великого праздника, самого главного Владыки царства мёртвых. Вновь почувствовав свою власть Аид гордо шагнул на красную дорожку, выстеленную из кровавых тел тех, кто когда либо отдал свои заблудшие души за эту землю, за этот Замок и за тех, кто, так или иначе, были властителями этих мест на протяжении долгих веков. Он шёл торжественно и его длинные полы огромной накидки быстро подхватили лизоблюды и упыри, всегда готовые подставить свои спины под сапог сильного, чтобы ещё чуть-чуть продержаться у трона Владыки, выплёскивая на остальных плевки своего яда, таким образом, отбивая охоту всем, кто хотел бы приблизиться к телу главного. Он шёл в Замок и Замок принимал его со всеми почестями поднимая на королевский трон. Ещё немного и вот Аид стоял на самом верху, где ему было уготовано торжественное место для поздравления. Все собравшиеся в первый раз за многие века ждали слова от своего хозяина. Да, они видели многих, и живых и мёртвых. Здесь бывали разные вельможи. Старые стены Замка помнили Великого Петра и неуёмного завоевателя Бонапарта Наполеона. За сотни лет здесь давали свои концерты изумительные шуты и не менее Великие музыканты. Даже сам Никола Коперник останавливался в Тевтонской опочивальне, где тёмными ночами наблюдал за звёздным небом и делал записи в своей тетради.