- Эдик, я просто полный ублюдок! - Белогорский виновато закрыл ладонями лицо, как будто ему было стыдно перед Персовым, как перед учителем в школе, за невыполненный урок.
- Постой, постой! - перебил его Эдик. - Так ты где всю ночь пропадал? Ты был у какой-то бабы? - Персов сделал умное лицо, которое хотело услышать именно этот ответ.
- У какой-то бабы! - передразнил его Белогорский. - Я был не у бабы, я провел ночь у самой прекрасной и изумительной девушки, от которой не отказался бы самый преданный семьянин. Я ночевал у принцессы или даже у королевы! - чаша весов Белогорского почти выровнялась, и он почувствовал за себя большую гордость и прилив мужской чести.
- Ты не поверишь, я проснулся утром у Лизы в постели! - с великой гордость добавил он.
- Тьфу ты! - Персов немного выругался. - А, я то думал, что небо упало на землю. А ты просто не смог удержаться перед своей секретаршей, обыкновенной молодой сучкой, каких тысячи, которые так и мечтают затащить в постель своего боса. - Персов громко рассмеялся.
- Не смей о ней так говорить! - Белогорский повысил тон и даже встал с кресла. - Да, она не девственница, но очень красива и вообще, таких как она, не бывает на свете! - Белогорский даже поднял руку вверх, таким образом, выражая своё восхищение.
- Ой, да надо же. Если хочешь, я тебе таких «Лиз-подлиз», через полчаса штук двадцать доставлю. И все они будут, одна лучше другой. И все они будут тебя облизывать, если я им по сотке баксов дам. - Ты посмотри вокруг. Ты же со своей Надей, кроме дочки и работы дальше метра вокруг себя никого не видишь и не замечаешь, что в народе происходит.
- Я очень хорошо понимаю и знаю, что ты вырос в детском доме, и что для тебя семья, это самое главное и самое дорогое. Но и так, как ты, наверное, тоже нельзя. Иногда нужно свою психику как-то расслаблять, иначе и до инфаркта не далеко. Ты хоть помнишь, сколько тебе лет? - Персов завелся не на шутку. Он метался по офису, от окна до двери, чиркая зажигалкой. Ему очень сильно хотелось закурить и опохмелиться. После бурной ночи, внутренняя дрожь колотила его, как лихорадка, выбрасывая на лоб большие капли пота. Персов брал свежую салфетку со стола и не замечая вытирал свежую порцию выступивших капель на лице. Белогорский хотел еще что-то с5казать, но Персов не давал ему даже открыть рот. Эдик был опытным ловеласом и состоявшимся холостяком. Он точно знал толк в ночных посиделках, ресторанах, клубах и простых тусовках. Он видел насквозь любую женщину, стоило ему завести с ней разговор. Его даже иногда подташнивало от этих интриг, которые начинали плести при знакомстве простые провинциалки. Но иногда инстинкт брал свое, и через полчаса, очередная жертва, была распята на дьявольском одре в какой-нибудь гостинице или у себя дома. Он не гнушался никого. У него были разные девицы и красавицы и толстые и, как говорят, рыжие. Персов с ними не церемонился, он вел себя, как лев в прайде, и за ослушание, мог даже вот так запросто ударить ночную жрицу любви или просто, на спор, «взять на Одессу». Нет, он не был каким-то извергом или фашистом. Его тянуло к женщинам, он был «бруттал» и, конечно же, искал свою единственную и неповторимую «Алёнушку», которая, сидела бы у окна и ждала его круглосуточно. А пока всё это он делал не ради ненависти или удовольствия, а потому, что его бывшая вот так просто и не уважительно с ним поступила. Ему хотелось, доказать ей, что он настоящий мачо и нет таких женщин, которые бы устояли против него. И это у него хорошо получалось. Да, он это делал профессионально, не успев познакомиться. А на следующий день, Эдик практически и не вспоминал о той ночной красавице, которая, еще несколько часов назад, была с ним единым целым. Они отталкивались друг от друга, как отрицательные заряды и разлетались, как звёзды в космосе, мигая синим цветом, заманивая к себе очередную жертву.
- Ладно, Эдик! Ты мне лучше скажи, что делать? Я ведь впервые в такой ситуации. Ты же понимаешь, что я не умею врать, а Надя мне это не простит. Это значит, что сейчас у меня вся жизнь перевернулась, а то и может, закончилась. - Белогорский налил в стакан минералки и нервно выпил его до дна.
- Что делать, что делать! - подхватил разговор Эдик. Он почувствовал в себе настоящего советника профессионала. Это означало для него, что его похождения не прошли даром. И вот его строгий шеф и напарник, который относился очень отрицательно к тому, чем занимался Персов, теперь сам попал в сети интриг и коварства.
- Да что тут делать! - сам себе начал отвечать Персов.