- Ты чего ржёшь? - одеваясь, удивился Персов.
- Я? - немного успокоилась Лиза. - Это ты меня спрашиваешь? - она снова не сдержалась и её звонкий хохот прокатился по офису. - Я, так понимаю, ты сейчас мной просто воспользовался? А проще сказать, просто трахнул, пока я тебя приводила в чувство? - страх и ужас вдруг охватил сознание Лизы. Она только сейчас представила, что об этом узнает Клим, и что все её долгие старания и надежды на долгую и взаимную совместную любовь просто рухнут, как карточный домик. И теперь всё летит в тар та-ра-ры! Лизу охватил ужас и страшная обида. Она в порывах гнева хотела что-то сказать, но невиданный ком тяжёлым бульдозером подкатил к её горлу и слёзы без спроса полились из её глаз бурными реками.
- А ты хороша! - Персов надевая рубашку, почувствовал огромное превосходство над Белогорским. Он чувствовал, что в его сознании и вообще в организме, что-то произошло. И теперь глядя на обнаженную Лизу, которая была так близка с Белогорским, была покорена Персовым и практически она теперь принадлежала ему. Пусть еще она этого не осознала, но он точно это чувствовал, и щенячья радость играла в нём. Но то, что она ещё этого не знала, для Персова, это было вопросом времени. И теперь он наконец-то почувствовал и осознал своё предназначение в этой жизни. Он неторопливо приводил себя в порядок любуясь изумительным телом Лизы. Ему ещё и ещё раз хотелось сделать с ней то же самое, что он делал с ней несколько мгновений назад. Но внутренний голос подсказывал ему, что теперь она и так его собственность, и он может делать с ней всё, что ему захочется. Глядя на то, как она давится слезами и беспомощно смотрит на него с мольбой о какой-то помощи, он видел в ней и вообще в этой картине ту, самую настоящую богиню, имя которой Афродита. Нет, ему ни сколечко не хотелось извиняться перед Лизой. Ему не хотелось даже подать ей руку или помочь ей встать и одеться. Наоборот, Персову ещё больше хотелось причинить ей какую-то боль и неудобство. Только бы тем самым ещё больше получить для себя невидимых сил, которые, так внезапно наполнили его, после такого случая. А сейчас, глядя на Лизу, ему ещё больше захотелось сделать то же самое с женой Белогорского Надей. От этой мысли Персова бросило в жар, но он всё же смог остановить себя и как-то успокоить.
- Пожалуйста! - наконец-то Лиза проглотила невидимый ком. - Только Климу об этом ничего не говори! - она набралась сил и тихонько встала. Персов ещё раз взглянул на неё и снова отметил для себя её идеальную красоту.
- Надо же! - он небрежно усмехнулся. - И чего же я раньше на тебя не обращал внимания? Всё думал, что ты какая-то маленькая, а ты вон какая красавица, - он подошел к окну и устало посмотрел куда-то в даль. - Хорошо! - Давай приведи себя в порядок. У нас с тобой впереди очень много дел, - он повернулся к ней. - Да не строй из себя целку! Сама залезла под женатого мужика и ещё хочешь быть невинной? - Персов почему-то разозлился. - Что, тебе пацанов не хватает? - Прикинулась недотрогой. Другая бы скинула с себя того, кого она не желает, а ты даже умудрилась оргазм получить. А теперь сопли распустила. - Персов подошёл к двери и аккуратно открыл её. Убедившись, что в приёмной никого нет, он добавил... - Давай! Сейчас быстренько домой. Приведёшь себя в порядок и на работу как штык. Скоро Клим Павлович придёт. - Персов перевёл грубый разговор в деловое русло и вышел в приёмную.
Лиза, конечно была не из робкого десятка, и выросла она с пацанами во дворе. И видела, есть, что вспомнить, и наслышана была много чего. Но сейчас она стояла в кабинете, полураздетая, как последняя шлюха. Понимая, что всё уже произошло, она никак не могла преодолеть это препятствие, где тело было уже за чертой, а душа никак не могла поверить в произошедшее, так как она совершенно этого не хотела. Лиза вообще последнее время ничего не хотела и её всё устраивало. Её устраивало, что Клим был женат, и она делила его на двоих. Она очень уважала его жену Надю и её очень симпатизировала их дочь Мирочка. Лиза уже давно мечтала познакомиться с ними поближе и даже была готова жить одной семьёй. Но сейчас она стояла опустив руки и не могла двинуться с места. Её ноги как будто вросли в коричневый ламинат и она с ужасом смотрела на них. Неизвестно, сколько бы ещё она так простояла, если бы не телефонный звонок, который неожиданно вырвал её из состояния необычной паузы.