- Возьми меня, пожалуйста! – умоляла Катрина, когда Зверь повторил это несколько раз, раздразнив ее почти до безумия, заставляя снова и снова всхлипывать от наслаждения от первого – самого сладкого, - проникновения и рвать руками простыни. – Возьми…
Его крепкие ладони обняли ее за талию, Зверь двинул бедрами и вошел в мякоть ее горячего, тугого тела на всю длину сразу, одним движением, заставив ее выгнуть спину и зарычать от удовольствия. Впрочем, и сам Зверь едва не задохнулся от ощущений, его хищные пальцы ногтями цапнули ее мягкую кожу, он тянул, плотнее прижимал девушку к себе, заставляя принять его полностью, и Катрина чувствовала, как его плоть подрагивает в ней.
Он двинулся, сначала осторожно, потом смелее, толкаясь в ее теле, и Катрина застонала. Руки Кристиана ласкали ее колышущиеся от толчков груди, губы ловили напряженные соски, и Катрина тонула в этом жадном потоке ласк, не различая, чьи руки гладят ее грудь, спину, ласкают бедра, ягодицы. Кристиан положил на ее грудь ладонь, заставил ее поднятья, прижаться к Зверю спиной, пока сам ласкал ее напрягшиеся соски, гладил приятную округлость ее грудей. Ощущая толчки в своем теле, Катрина закрыла глаза и снова покорно откинулась на плечо Короля, закинула горячую руку за голову, привлекая Зверя к себе, отыскивая его горячие губы с жадностью принимая очередной его поцелуй, от которого у нее кружилась голова, живот сжимался в спазмах. И она начинала стонать и извиваться, терлась, ласкаясь об его мощную грудь спиной, всей кожей.
В очередной раз припав на грудь Кристиана, Катрина почувствовала, что и он тоже возбужден до предела, до неуемной дрожи. Целуя его, девушка вдруг почувствовала, как Король почти остановился, прекратив жадно толкаться в ее тело, и член Кристиана, нажимает в ее промежность, пытается проникнуть в ее тело.
- Нет-нет-нет, - пискнула она, и задохнулась, замерев, ощущая, как в ее лоне их уже двое, и они нещадно растягивают ее, так чувствительно и полно, что и дышать страшно.
- Разве тебе больно? – прохрипел Кристиан, с силой прижимая девушку к себе, заставляя ее принимать их обоих, до самого конца. – Чего ты испугалась, ну? Больно?
- Нет, - шепнула Катрина, чувствуя, как оба они медленно движутся в ее теле, как единое целое. – Нет…
Почти сойдя с ума, задыхаясь в горячем воздухе, наполненном ароматом возбуждения, она сама двигалась на их членах, прижавшись спиной к груди Короля. И когда наслаждение уже накатывало горячей волной, Зверь принуждал ее остановиться и укладывал, стонущую от нетерпения, измученную любовной пыткой, на грудь Кристиана и начинал двигаться сам, один, отчего ее тело пронзали вспышки удовольствия, а Кристиан поцелуями стирал ее стоны и вскрики.
Опустившись на ее извивающуюся спину, чтобы в очередной раз почувствовать ее покрность , беспомощность и дрожь, Зверь прижал ее к Кристиану, и Катрина застонала, зажатая между двух движущихся обжигающе-горячих сильных мужских тел. Ее пальцы и пальцы Зверя любовно переплелись, сжимаясь, лаская друг друга. Удовольствие, которое так долго оттягивали, обманывали, отодвигали, подкралось очень быстро – в мощных толчках, в поцелуях, покрывших все ее плечи, грудь, губы, горящие и красные, - и Катрина закричала, выгибаясь и извиваясь, чувствуя, как ее плоть крепко сжимается на двух членах. Над нею, со стонами, стискивая побелевшими пальцами измятые простыни, кончал Зверь, уткнувшись мокрым лбом в ее плечо, чуть прихватывая губами ее полыхающую кожу. Под ней дрожал Кристиан, жадно стискивая ее бедра, и все три тела вздрагивали, словно единое целое.
Плоть Короля покинула ее лоно, он обессиленно упал на истерзанную постель.
Кристиан осторожно снял с себя девушку и положил ее рядом с Королем, прикрыл обоих горячей шкурой. Сквозь опущенные ресницы Катрина смотрела на того, кого еще вчера боялась до судорог, и кто сегодня заставил ее кричать от наслаждения. Он снова надвинул на лицо свою маску Короля и были видны только его губы – крупные, хорошо очерченные, - и красиво вылепленный подбородок. В прорезях маски были видны чуть подрагивающие веки, и Катрина с изумлением думала, что Зверь чувствует, как и любой человек.
Внезапно, словно почувствовав ее взгляд, Король открыл глаза, а Катрину словно обожгло.
Глаза Короля были очень светлые, словно замерзшее прозрачное зеленое озеро в горах, такие светлые и прекрасные, словно все страдание мира отразилось в них.
- Кто ты? – прошептала она, потрясенная. – Призрак? Ангел? Кто ты?!