— Посмотрим, что можно для тебя сделать. — Ему понравилась эта девушка, по всему видно боевая, готовая постоять за себя. Эта черта характера отличает всех детей, лишенных родительской ласки. Им надеяться не на что, только на свои силы, в отличие от детей, которые выросли в полноценной семье. Там их по жизни лелеют и оберегают от всех бед. Мехмет сейчас в городе и он должен встретиться с ним, обговорить эту ситуацию.
23
ГЛАВА 23
Мехмет уже несколько дней был в городе. Наджель на сей раз отказался ехать с ним, он не отходил от Иринки ни на шаг. Как же они будут расставаться с ней. Если бы она только захотела остаться тут в Турции. Но она постоянно грустит, вспоминая свой дом, маму. И он уже обещал, что отвезет ее на родину. Но это было до того, как он влюбился в нее. Да и она призналась, что любит его, но далеко у них отношения не заходят. И здесь не только дело в Иринке, а в нем, он женат и это будет нечестно по отношению к жене. Он как будто бы и не нужен ей, но как она поведет себя, узнав, что Иринка является его любовницей. В первую очередь пострадает девчонка и конечно его репутация. А ему не хотелось бы этого, к нему обращаются за юридической помощью многие уважаемые люди в городе. Это его карьера и ломать он ее не хочет. О чем он думает, это все ерунда, захотела бы Иринка, и он изменил все, ради их любви. Стук в деверь, к нему должны прийти клиенты, но в дверях стоял улыбающийся Окай.
— Не ожидал меня увидеть, уже несколько дней тут, а ко мне и глаз не кажешь, не нужен стал.
— Ты всегда мне нужен, я рад тебя видеть, дружище. Что-то случилось такое, чему ты рад, твое лицо так и сияет.
— И ты сейчас обрадуешься, у нас снова проблемы. На днях меня попросил заведующий съездить в один бордель, там девчонке плохо. Я уточнил, кто там хозяин, оказалось, Селим. Я сразу подумал о подругах Иринки, но это оказалась другая девушка. Я решил ей помочь, нужно было вырезать аппендицит, а я сказал, что предстоит операция на женские органы. И убедил их, думая, что девушка будет не нужна хозяевам после этого. Но я ошибся, они выразили желание после выздоровления забрать ее обратно. Поговорив с ней, узнал, что она не хочет возвращаться туда, предпочитая смерть. Что делать, ума не приложу, уж ее-то точно будут искать.
— Ты, что, хочешь спрятать ее, я так тебя понял?
— Да, не отдавать же ее снова в лапы насильников. Мы обещали Ирэн по возможности выручить ее подруг.
— Но это не подруга, зачем нам рисковать, и куда мы ее денем, Назар-бея не будем подставлять, ее возможно будут искать повсюду? И почему ты печешься о ней, кто она тебе?
— Просто человек, притом хорошенькая девушка, попавшая в беду.
— Не темни Окай, ты, что, влюбился в нее? Да по твоему лицу видно.
— Я и сам еще не знаю, а ты уже все решил за меня. Давай увезем ее подальше, к примеру, к твоим родителям. Они не будут искать так далеко.
— Мы можем подставить их, и они пострадают. Но другого выхода у нас нет, у меня уже есть Ирэн, двое это уже будет подозрительно. Когда нужно будет везти ее туда.
— Дня через три-четыре, когда ей будет лучше. Раньше они не приедут, будут ждать моего звонка.
— Поплывем морем, так будет быстрее и ей легче перенести дорогу.
— Я тоже с вами, вдруг больной будет плохо в дороге. Спасибо Мехмет, мне просто жаль эту девушку, они все здесь настрадались.
— Темнишь ты доктор, здесь есть твой интерес.
— Думай, как хочешь, мне не безразлична судьба этой девушки. Если есть возможность помочь, то нужно ей воспользоваться.
Марго быстро поправлялась, ходила, согнувшись и держась за живот.
— Расслабься, выпрямись немного, а то так и останется походка старухи.
— Я не могу, мне больно. Вы меня отдадите обратно в бордель, да? — В глазах Марго появились слезы.
— Пока ничего сказать не могу, но ты не переживай раньше времени. Заведующий торопил с отправкой девчонки обратно в заведение. Они держали ее нелегально в больнице, без оформления документов. Обычно ни одна больница не связывалась с таким заведением, чтобы не испортить репутации. Если узнают люди, они будут отказываться от их услуг, потому что здесь лечили падшую женщину. У них было строго с этим, и редко кто шел на риск, даже за большие деньги. Прошло четыре дня, завтра ночью они должны бежать отсюда, он пока не сказал Марго об этом. У него в запасе будет два дня, и он должен вернуться к своим обязанностям. Лишь бы море было спокойно. А может не ехать, не компрометировать себя. Но что-то его подталкивало к этому, он должен лично удостовериться, что с Марго все будет хорошо. Но ждать с отъездом не пришлось, его вызвал к себе заведующий и сказал, что завтра девушку заберут. У них есть свой врач, и долечиваться она будет там. Значит, сегодня ночью он увезет Марго из больницы. Но сначала он должен получить ее согласие. Девушка лежала на койке, устремив взгляд в потолок.
— Что ты там увидела, скажи и я полюбуюсь?
— Ничего, пустота, как и вся моя жизнь. Я уже лучшего и не жду, снова это заведение и противные рожи мужиков.
— А если я тебе предложу что-то другое? Хочешь, мой друг увезет тебя отсюда далеко, где не будет прежних обидчиков. Там живут родители друга, будешь жить вместе с ними, помогать им.
— Я согласна, — Марго обняла Окая и прижалась к нему. — Зачем вы делаете это, доктор, это небезопасно?
— Скажем так, ты понравилась мне, и не забывай, мы оба потеряли родителей, это нас сближает.
— Ты хороший, доктор Окай, добрый и мне нравишься.
— Вот и хорошо, а как уляжется вся буря, я приеду к тебе. Будешь моей помощницей в больнице, волосы придется красить и глаза подводить сурьмой. Чтобы меньше была на себя похожа и документы тебе сделаем. Готовься, ночью я приду за тобой, хотя сегодня я не дежурю, пойдем через другой ход, у меня есть ключи от него.
— Спасибо доктор, я не забуду твою доброту, — Марго уткнулась в подушку и дала волю слезам. Она думала, что так и сгинет в этом борделе, потому что она одинока и некому за нее заступится. Никто и никогда на родине не вспомнит о ней. Но так получилось, что в чужой стране, есть люди, которые готовы оказать ей помощь. Ночью Мехмет с Окаем подъехали к больнице с другой стороны. Окай ушел за Марго, а у Мехмета застыло время, и сам он замер в ожидании, только бы все прошло гладко. Но вскоре показались беглецы и они незамеченными отъехали от больницы.
— Как же я поеду в таком одеянии, от меня сразу все разбегутся?
— Для тебя одежду приготовили, она находится на яхте. Голову обязательно прикрывать платком и подвязывать под глаза. Так у нас одеваются турчанки, тебя невозможно будет узнать, только глаза голубые. Но у нас есть такие женщины, если они от смешанных браков. Вот и ты будешь говорить, что отец турок, а мать англичанка.
— Хорошо, доктор, ты поедешь с нами?
— Нет, завтра мое дежурство, и если меня не будет, я сразу попаду в поле зрения. Мехмет сделает все, как нужно, с документами там решит. Ты самое главное ничего не бойся, с тобой будут друзья, а потом и я приеду. Не грусти и не плачь, мы с тобой проживем долго и счастливо.
— С тобой, Окай, я не ослышалась?
— Да, если ты не против этого, — он поцеловал ее в соленые от слез губы. — Еще одну девушку выручили из борделя, это у них уже входит в привычку. Доктор утром подъехал к больнице, ему навстречу бежал заведующий.
— Сестра пришла утром сделать укол больной из борделя, а ее там нет. Искали по всей больнице, но она будто сквозь землю провалилась. Ты был ее лечащим врачом, она тебе ничего не говорила?
— Я только лечил ее, о делах сердечных мы не говорили. Да и она все больше молчала.
— Зачем я только согласился взять девушку к себе в больницу. Все, это в последний раз, больше такого не повториться. Сейчас буду звонить другу, пусть сами предпринимают действия по ее поимке.
Самое страшное позади, значит, никто их не заметил ночью, все спали. Мехмет уже далеко отсюда, скоро будет в месте назначения.
Зоя и Даша скучали по Иринке, жива ли она, и где сейчас, прошло два года, как ее вызволили из заведения? А тут Марго заболела, и ее срочно увезли в больницу. Больше недели прошло, и от нее никакой весточки нет. Сегодня они постараются узнать у Хасана, тот в курсе всех дел заведения. Зою беспокоила Даша, ей казалось, что она на грани срыва. Как помочь ей, хотя, кто бы ей самой помог. Нет сил, терпеть эту грязь и разврат, впору руки наложить на себя. После обеда они вышли во двор, у ворот, как всегда дежурил Хасан. Зоя подошла к цветам, и, как будто нюхая их, обратилась к Хасану.