Приложил палец избитого пацана к экрану, сработал тут же сенсор.
— Алло, полиция! — ломаным голоском крикнул Макс в трубку чужого телефон и злобно усмехнулся Мураду. Он назвал адрес. — Тут какой-то наркоман подрался, у него наркотики и машина украдена.
Макс выключил звонок и швырнул в разбитое лицо Мурада его телефон
— Ты покойник, — Мурад тихо стонал, валяясь на холодной земле, и тут же ржал ртом с выбитыми зубами.
— Не думаю, — ответил ему Макс.
— Ты не жилец, — просвистел через выбитые зубы, переворачиваясь на бок и плюясь кровью.
— Это ты не жилец, когда твой брат узнает, что ты угнал у него машину и чем ты развлекался. Думаешь, я не помню, чем тебе угрожали родственники? За очередной залёт, тебя ликвидируют из города.
Макс надел вторую перчатку, быстро подошёл к Еве, чувствую в себе невероятные силы. И девушку потащил на руки, усадил себе на бёдра, обняв её, как самое дорогое в своей жизни.
Твёрдым шагом Максим Короблёв пошёл из тёмного переулка ближе к оживлённым дорогам. Хотя какие в Питере оживлённые дороги среди холодного декабря в три часа ночи.
Ева держалась крепко, обнимала его с силой и тихо всхлипывала.
— Я думала, ты меня бросишь, — пожаловалась она.
— Я никогда тебя не брошу, — вдыхал запах её одежды и улыбался. — Мы с тобой теперь навсегда вместе. Помнишь?
И только когда он вышел под свет высоких фонарей, почувствовал внутреннюю тяжёлую дрожь от пережитого кошмара и настоящего ужаса.
Ева сползла с его рук.
— Куда теперь? — спросила она.
— За сумкой, — подмигнул ей парень.
Всё после этого изменилось, и Ева сильно притихла. Макс понимал, сам немного переживал, но всё закончилось хорошо, и было в произошедшем огромный большой плюс — она льнула к нему, как уставший напуганный котёнок.
До вокзала добрались быстро. Несмотря на свою значимость и величественность, вокзал оказался немного пустынным в это время.
Огромные залы с высокими сводами и массивными колоннами в непривычной тишине. На перроне редкие пассажиры спешили к своим поездам, их шаги гулко разлетались по пустому пространству. Несколько человек сидели на скамейках, ожидая отправления своего поезда.
В круглосуточных кафе и магазинах мало посетителей; продавцы лениво смотрели на часы, ожидая следующего наплыва людей. На табло с расписанием поездов мигали названия городов и время прибытия-отправления, добавляя ощущение движения даже в этом почти безмолвном пространстве. На табло заворожённо уставилась Ева. Ничего не говорила, устало зевнула, вызвав у Макс очередную волну умиления. Он потащил её за собой.
Вёл себя непринуждённо, не смотрел на камеры, которые наверняка здесь присутствовали, на охранников. С Евой за ручку шёл к своей ячейке в рядах камер хранения.
Максим забрал сумку, которая принадлежала ему одному, и больше никто не знал о её существовании. Сумку закинул на плечо, поцеловал свою девушку.
— Уже спать хочешь, — прошептал ей под капюшон.
— Да, я хочу спать.
— Поехали домой.
— Нет, хочу в своей гостинице.
Обидно. Не пошла с ним, не поспать им в одной спальне.
— А там комната большая. Поехали к Игорю.
Но Ева почти не слышала, глаза её были опущены. И время от времени она заваливалась на него, голова в капюшоне падала ему на грудь, и он блаженно вдыхал её запах.
Вывел Еву на привокзальную площадь под цвет холодных фонарей, и нашёл спящего в машине таксиста, который отвёз их к гостинице, где остановилась группа гимназистов, приехавших из Сибири.
Ева ничего не сказала ему, и он посмеивался над её сонным состоянием, целовал столько, сколько хотел, обнимал и тискал, сколько было ему угодно. Он любил её, теперь уже сильно.
— Напиши мне. Или позвони моей матери, она передаст трубку.
Она клевала носом.
Немного грусти и предвкушение радости. Он смотрел ей вслед.
Вернулся Макс в квартиру под утро. Тихо прошёл в спальню.
Милена, маленькая девочка от жары скинула с себя одеяло и закинула ножку сверху своего розового медвежонка. Смешная младшая сестра.
Сунул сумку под свою кровать, тихо разделся и лёг спать.
Сон полностью овладел им, и был он сладким. Не проснулся, даже когда отдалённо слышал голоса.
А проснулся после обеда в полупустой квартире. Первым делом, конечно же, проверил наличие сумки под кроватью.
Волосы дыбом, дрожь по коже.
Сумки не было.
Макс сжал челюсти, быстро оделся и выскочил из спальни. Мамы с девочкой не было, на кухне за столом пил кофе Игорь.