Мороз серьёзно кусал. Пронизывающий арктический ветер, даже ему, привычному петербуржцу, показался в этот раз особенно агрессивным. Макс нашёл на дороге лужицу, покрытую льдом, разбежался волоча за собой Еву и прокатился. Девушка не устояла на ногах и рухнула к нему в объятия.
— Хочу, чтобы ты запомнила этот город таким!
— Он уже ассоциируется с тобой, — призналась Ева. — Я только сегодня с утра приехала.
— Хочу запомниться и произвести прекрасное впечатление. Пойдёмте, сударыня.
Макс потянул её с проспекта в один из закоулков и, пройдя ещё немного по морозному воздуху, завёл девушку внутрь красивого кафе.
Их лица были румяными от мороза. Из холодного зимнего вечера, обдуваемые ледяным ветром, завалились в уютное помещение
— Как здесь тепло, — сказала Ева, сбросила свой капюшон, освобождая волосы, которые рассыпались по плечам мягкими волнами.
— Сейчас согреемся, — Макс стянул перчатки и потер замерзшие руки.
Взгляд цеплялся за её глаза, которые блестели от радости.
В этот момент мир вокруг них будто замер. Ненадолго. Максу нужно было найти им местечко, и он взял свою подругу за руку.
Зал был украшен гирляндами разноцветных огней, которые мерцали в такт музыке.
Щекотал нос теплый аромат свежесваренного кофе, смешанный с нотками корицы и ванили. На каждом столе стояли маленькие свечи, создающие мягкий, приглушенный свет. На стенах новогодние венки из еловых веток, сплетенные с красными лентами и золотыми шарами. За барной стойкой бариста готовил праздничные напитки — горячее какао с маршмеллоу и глинтвейн, который источал аромат цитрусовых и специй.
На полках вдоль стен стояли стеклянные банки с конфетами и печеньями ручной работы, а также маленькие подарочные коробочки, завернутые в яркую бумагу. И Ева загляделась на них. Макс уже прикинул, что подарит ей сладости. В воздухе витала атмосфера ожидания чуда, и он вдруг почувствовал себя частью этого волшебства.
За окнами ветер нагнал тучи, и пошёл снег. Вначале метелью, а потом вроде тихо стало, отчего ощущение сказки усиливалось.
Оказалось свободным одно местечко, и парень потянул туда свою девушку. Она же расстегнула курточку. Под одеждой, как он и предполагал, пряталась худенькая, невероятно стройная и красивая девчонка. У Евы узкие плечи и красивые маленькие груди, упакованные в милую кофточку, и бёдра, и талия… Она взрослая, только худенькая очень. Но больше всего его поразило то, что у неё кожа смуглая. То есть она не была белоснежкой, как показалось при первом взгляде. То ли она где-то отдыхала и загорела, но скорее всего, судя по её брату, кожа имела такой естественный оттенок. Это было невероятно красиво и завораживающе приятно. Голубые глаза и светлые волосы казались немного чужеродными, хотя нет, здесь все было гармонично.
Максим с трудом оторвал от девушки взгляд, скинул свою куртку, и взял её одежду, чтобы повесить на вешалку, стоящую недалеко от их столика.
Они сели, и тут же подошла официантка, положила на столик меню и зажгла свечу.
— Чем кормят в Санкт-Петербурге, — Ева открыла меню и поморщилась. — А, похоже, тем же самым, что и везде.
— Что ты любишь?
— Котлеты по-питерски, — хихикнула прелестница, от которой он не мог оторвать взгляд, и Ева это видела… — Я вообще-то шла на ужин.
— Сейчас накормим. Первое, второе, компот и печенье в упаковке. Да?
— М-м-м, ты знаешь, как удовлетворить девушку.
Сказала и залилась краской. А Макс от одной так кинутой фразы весь загорелся внутри, цветы цвели, и весна голову кружила.
А глаза её бездонные, океаном раскинулись. Его поглощали губы мягкие, и он как-то терял улыбку время от времени.
— А что насчёт крыш? — спросила девушка.
— Крышу сносит, Ева.
Она опять хихикала, он был доволен.
— Почему?
— От тебя.
Она замолчала, углубилась в изучение меню.
— Тут везде крыши позакрывали, но я знаю, где можно хорошо прогуляться.
— Насколько это опасно? — она отложила меню. — На своё усмотрение заказывай.
И отвернулась.
Могло показаться, что она обиделась. На самом деле Макс чувствовал, что крепко поймал. Он сам волновался.
— Ты избегаешь опасностей и великих приключений? — кинул ей вызов.
— А ещё я хочу мороженое, — сменила она тему, поскольку смутилась окончательно и перестала хихикать.
— Как раз погода для мороженого, — посмеялся он. — Ты закалённая.
— Если бы у тебя была куртка чуть толще, то наверное ты бы не замёрз.
— Неприхотлив в одежде, неприхотлив в еде. Это не то, что меня интересует.