— Мы, кстати, завтракать собираемся. Девки наготовили с утра. Хозяйственные попались. Потом на подъёмнике в горы. Ты с нами или свою телочку обрабатывать будешь?
— Последнее, — констатирую я, ощущая растущее раздражение от слов друга. А все потому, что назвать Сашу телкой у меня бы язык не перевернулся, но, если начну зубоскалить, Ник в еще больший раж войдет и не отстанет, пока не выпытает все подробности.
Александра
Утром я первым делом подбегаю к окну, чтобы полюбоваться раскинувшимся пейзажем при свете дня. Красная Поляна превратилась в заснеженную сказку. Вид на горные вершины, покрытые снегом и словно укутанные в одеяла, поражает воображение. Каждый холмик, каждое дерево увешаны пушистым мерцающим снегом. Солнце поднимается за вершинами, окрашивая небо в розовые и оранжевые оттенки, приветствуя новый день — последний день две тысячи двадцать третьего года.
Как красиво. Швейцария отдыхает.
Завтрак в формате «шведский стол» подается в ресторане неподалеку.
Закутавшись в шубки, мы с девчонками направляемся в кафе и набираем полный стол еды, не в силах сдержаться от свежих круассанов и пряничных домиков. Хотя, сперва я, конечно, употребляю омлет и зелень. Стараюсь следить за фигурой и питанием и сладкое ем только после основного приема пищи — чтобы не смолотить все, что не приколочено. Я всегда была стройной, но обмен веществ уже не как у двадцатилетней, как ни крути. Чтобы держать себя в форме, приходится прикладывать усилия.
— Итак, девочки, какой у нас план на день?
— Я за массаж и спа, — голосую я, поднимая руку, одновременно уминая ароматный круассан с шоколадом.
— Я бы хотела покататься на лыжах, — Кристина, как всегда, за экстрим и адреналин.
— На меня не рассчитывайте, девочки, мне что-то нехорошо, — мы разом поворачиваемся в сторону Анжелы, что явилась на завтрак в солнцезащитных очках. И это зимой. Перепила вчера, бедняжка. А мы не уследили. Наверное, еще и горячий бармен добавил ей проблем. Странно, что она вообще с ним в постели не осталась. Я с грустью смотрю на то, как немного позеленевшая от интоксикации Лика ковыряет ложкой куриный бульон вместо того, чтобы объедаться сладким и мандаринками, как мы.
Кстати, о сладком. Черт, не Максим ли это там прямо по курсу? Рядом с кофемашиной? О Боже, он направляется прямо в нашу сторону. Надеюсь, он не будет подходить ко мне прямо при девочках. Они же меня потом в покое не оставят и устроят еще один допрос с пристрастием.
— Привет, мам, — как ни в чем не бывало Максим опускается за наш стол, а я медленно пытаюсь осознать, кому это загадочное «мам» предназначено.
Лучше бы это была такая ролевая игра, и я стала его «мамочкой», чем то, что происходит на самом деле.
И снова этот эффект слоу-мо, буквально преследующий меня с момента нашей встречи. Словно в замедленной съемке я вижу, как Максим с Анжелой обнимаются, обмениваясь теплыми взглядами. Лика даже очки снимает по такому поводу.
Смутные воспоминания клиповым видеорядом начинают мелькать в моей голове. Я медленно вспоминаю черты лица сына Анжелы, которого в последний раз видела лет семь или восемь назад… У него тогда только голос ломаться начал. Он всегда был симпатичным мальчиком, и Лика любила повторять, какой у нее красавец растет. Будущий покоритель женских сердец. Так всё и вышло. Парень запредельно хорош.
Сопоставляю едва уловимое лицо из воспоминаний с Максимом. И они у меня все равно не сходятся. Он очень сильно изменился, что естественно, поэтому я совершенно его не узнала.
А он промолчал.
Боже. Я едва ли не давлюсь круассаном с кофе, когда до меня доходит весь масштаб происходящего трэша.
Нет, только не это. Максим не может быть сыном моей лучшей подруги.
В этот момент наши колени соприкасаются под столом, под моим свитером стекает водопад пота. Как будто током ударило, я ни слова вымолвить не могу.
А взгляд так и падает на Максима. Он чертовски горяч, и теперь между нами не одна, а две пропасти.
— Как дела, котенок? — щебечет Лика, стараясь не подавать сыну вида, что вчера у нее была бурная и пьяная ночь.
— Мам, — с претензией за ласковое прозвище отзывается Макс. — Как и обещал, захотел тебя одним из первых поздравить. Мы собрались с друзьями в коттедже неподалеку, но я вчера так устал, что мгновенно отрубился.
— Какой ты у меня деловой, горжусь. Саш, ты чего оцепенела? Ты Макса давно не видела, так бы и не признала, наверное, — давит на больное подруга, сама того не осознавая. — Ты один или с ребятами в ресторане? — допытывается до Максима Лика, пока я все еще сижу и медленно пережевываю круассан, пытаясь отойти от такого мощного удара. Но слоеное тесто уже в горло не лезет. Мне хочется провалиться сквозь этот кафельный пол.