Доктор Чарлз Дьюгид из Аделаиды доказывал, что не во всем виноват Наматжира. Альберт, говорил он, человек умный и может еще начать новую жизнь, если ему окажут необходимую помощь.
«Наматжира прославился как художник на весь мир, — писала аделаидская «Ньюз». — Тем самым он способствовал тому, что во всем мире поднял уважение к своему народу, который многие считали не только примитивным, но и отсталым. Как художник Альберт неопровержимо доказал, что он выдающийся представитель своей расы. Но что означает успех художника? Просто то, что у человека удивительный глаз на форму, цвет и врожденная способность перенести увиденное на полотно. Но это, однако, не означает, что художники наделены исключительной мудростью. Ван-Гог, Тулуз-Лотрек, Утрилло и Гоген причислены к лику бессмертных среди белых, но разве может ли кто-нибудь утверждать, что их образ жизни — эталон праведничества? Или обвинить их ближних за полную распутства жизнь этих художников? Альберт Наматжира великий художник, у него, как и у любого человека, есть свои личные проблемы. Вероятно, сотни австралийцев испытывают ныне глубокую личную симпатию к Наматжире и сочувствуют ему. Из него сделали кумира, указывали как на пример того, чем может стать абориген при определенном покровительстве. В том, что он сбился с пути истинного, ни в коей мере нельзя лишить его друзей. Это также ни в коей мере не означает, что он неисправим.
Трагедия Альберта Наматжиры не должна использоваться как предлог, чтобы отложить в долгий ящик программу образования и ассимиляции коренного населения Австралии. Наоборот, она должна послужить толчком удвоить и утроить наши усилия по оказанию помощи аборигенам».
XI
Альберт покинул Моррис Соук, но пьянство продолжалось там по-прежнему. В конце августа пятнадцать аборигенов и три метиса, находившиеся под опекой государства, предстали перед судом по обвинению в пьянстве. Основанием для суда послужил случай травмы, нанесенной пожилой женщине, которую обнаружила полиция с серьезным повреждением головы. Судья, обращаясь к суду, заявил: «В свете фактов, вскрытых в ходе недавнего следствия по делу об убийстве молодой женщины у Моррис Соук, я вынужден особо серьезно подойти к этим поступкам. В прошлый раз я уже выражал свое беспокойство по поводу пьяных оргий в лагере Моррис Соук, ставших причиной преступления. Многие случаи пьянства, сведениями о которых я располагаю, происходили в том же лагере и также сопровождались актами насилия. Во время разбирательств полиция указала, что в большинстве случаев аборигены пьют крепленое двадцатитрехградусное вино, смешанное в равной пропорции с шестипроцентным пивом».
Алкогольная проблема стала общей для аборигенов по всей стране. На суде в Кэмпбелле, Новый Южный Уэльс, в связи с нарушением одним аборигеном запрета употреблять спиртное судья заявил: «Белый человек взял у аборигена все и взамен дал лишь болезни и обучил пьянству. Бесчестные спекулянты обирают туземцев, сбывая им, как только у тех заведутся деньги, плохое дешевое вино. Мне глубоко жаль стоящего передо мной несчастного человека. Австралия принадлежит его народу».
Достойная сожаления участь аборигенов привлекла к себе внимание широкой общественности. Альберт Наматжира вызывал особое сочувствие. Его многочисленные почитатели надеялись, что он внял предостережениям, которые он получил в связи с потреблением спиртных напитков. Большинство верило в него.
Альберт теперь стал совсем редко наведываться в Алис-Спрингс, приезжая в город только за продовольствием. Но узы, связывавшие его с племенем, были крепки. Всем сердцем преданный своим соплеменникам, Альберт время от времени навещал их, проводил с ними ночь, но назавтра каждый раз возвращался в Хермансбург.
Но вот 28 августа против Альберта вновь выдвигается обвинение в снабжении спиртным соплеменников, находившихся под опекой государства. Полиция сообщила только самые общие сведения, и в газетах было лишь объявлено, что 22 сентября Наматжира предстанет перед судом. Даже местные жители не знали ничего больше сверх этого.
Защищать свои интересы в суде Альберт пригласил местного адвоката Е. Картера. Одному из своих знакомых в городе он сказал, что он не беспокоится за исход дела, его адвокат «все уладит».