Далее судья заявил, что в связи с намерением адвоката Наматжиры апеллировать в Верховный суд федерации решение Верховного суда Территории не будет вступать в силу до пятнадцатого дня с начала рассмотрения дела в Верховном суде в Мельбурне в настоящем 1959 году.
XIII
Неудача с апелляцией была для Альберта тяжелым ударом. Подавая ее, он так надеялся на полную отмену приговора. Теперь же опять долгие, тягостные дни ожиданий. В Алис-Спрингс он приехал свободным человеком, но освобождение было временным, угроза тюремного заключения по-прежнему висела над ним. Когда Альберт вернулся к своим родным в лагерь Моррис Соук, потребности писать у него уже не возникало. Он подолгу сидел, устремив взор в пространство и не интересуясь происходящим вокруг него. Коварная ветреница слава отвернулась от него; в душе шла непрекращающаяся борьба между непримиримыми законами предков и цивилизацией белых.
По свидетельству сиднейского художника Брайана Мэнсела, который вернулся из поездки по Индии, вести о деле Наматжиры докатились и туда, причем многие, включая премьер-министра Неру, придерживались мнения, что причиной всему расовые предрассудки.
Наматжиру-художника почти забыли, теперь он был лишь символом проблемы всего коренного населения. Споры велись во всех уголках Австралии; их еще больше подогрели выступления выдающихся государственных и общественных деятелей страны. Одни ратовали за предоставление гражданства всем аборигенам, другие убеждали, что это бессмысленно и нецелесообразно.
По злой иронии судьбы как та, так и другая сторона черпали в деле Наматжиры внешне неопровержимые аргументы в пользу своей точки зрения.
В письме в газету «Адвертайзер» член совета Лиги сторонников прогресса аборигенов Бэрри Е. Кристоферс писал: «Как христиане, мы должны придерживаться учения Христа о братстве людей. Христиане не могут поддерживать законы, которые делят общество по происхождению, лишая некоторых людей прирожденного права гражданства. Аборигены биологически ничем не отличаются от нас, и фармакологическое действие алкоголя не зависит от цвета кожи. Чрезмерное употребление спиртного среди аборигенов — это лишь один из симптомов заболевания, и его нельзя путать с самой болезнью — гражданским бесправием аборигенов, низкой оплатой труда и расовыми предрассудками. Если бы Инок Рабераба, которого, как считают, Альберт Наматжира угостил спиртным, был гражданином, а не рабом, Альберт Наматжира не был бы привлечен к суду».
Та же газета опубликовала совместное письмо, которое подписали тринадцать граждан Северной Территории: три члена законодательного совета, судья, четыре священнослужителя и пять видных граждан из Алис-Спрингса. Они, напротив, осуждали кампанию за предоставление гражданских прав аборигенам, выражая мнение, что, увенчайся она успехом, это принесло бы непоправимый вред.
«Предоставление законом гражданства само по себе не дает какой-либо надежды на успешное решение проблемы, — писали авторы письма. — Мы уже имеем печальный опыт в этой области у нас в Северной Территории, где чистокровным аборигенам и лицам смешанной крови было даровано гражданство; из-за того, что не была учтена склонность к спиртному, азартным играм и не была проведена настоящая подготовка, мы вплотную столкнулись со все усложняющейся трагической социальной проблемой, со всеми вытекающими из нее последствиями — безнадзорными детьми, покинутыми женами, недоеданием и пороками».
Впрочем, возражения носили и не только чисто негативный характер. Авторы письма настоятельно доказывали, что, прежде чем предоставлять аборигенам гражданство, всех их надо подготовить к этому — подготовить экономически, социально, морально, повышая их уровень образования. Они критиковали правительство за неспособность создать для аборигенов нормальные возможности для получения работы и профессионального обучения. Правительственные поселения в туземных резервациях обеспечивали аборигенов пищей, одеждой, медикаментами, но почти не поощряли заниматься трудом. Таким путем некогда гордый и трудолюбивый народ со строгими моральными устоями превращают в паразитов, болтающихся на задворках общества белых и лишенных каких-либо моральных устоев. Предоставление туземцам гражданства без должной к тому подготовки равносильно подписанию им смертного приговора. Такое полноправие, как утверждали эти критики, привело бы к моральной деградации, а в сочетании с алкоголизмом и плохим питанием — к полному вымиранию аборигенов, как это уже имело место на юге Австралии.