— Когда это могло произойти? — бормотал дворянин. — Я ничего об этом не слышал…
— Не очень давно, — пожала плечами Эрлада. — Иначе об этом стало бы известно — иногда же сюда корабли должны заходить. Заметили бы, что тут произошло, рассказали…
— Интересно, люди выжили? — Филара зашла в покосившийся дверной проем и окинула взглядом то, что прежде было домом.
— Сама как думаешь?
— Тел-то нет, — девушка присела на корточки и извлекла из-под груды камней и бревен гнутый медный гребень. — Они могли успеть покинуть город, узнав о том, что ему грозит, прежде чем всё произошло.
— А еще их судьба могла сложиться куда трагичней, — добавил с улицы Ральдерик.
— Я знаю, — спокойно согласилась блондинка, кладя находку на прежнее место и поднимаясь на ноги.
— Есть что-нибудь интересное? — окликнул ее со стены Шун.
— Да нет вроде, — девушка еще раз окинула «помещение» взглядом и вышла.
— Нет, а что?! Подумайте, — иролец развернулся спиной к морю и, сложив руки на груди, внимательно посмотрел на руины. — Был сильный шторм. Хлестал дождь и дул ветер. Поднялись волны. А потом одна, самая большая, обрушилась на город и утащила его за собой. Ну, или не одна, а несколько. Последовательно, — закончил он менее уверенно.
— Сомневаюсь, что это прокатило бы с каменными постройками, — скептически возразила Эрлада.
— Я надеюсь, мы не останемся здесь на ночь? — осведомился кот со своей верхотуры.
— Что теперь делать будем? — обратился к гендевцу кузнец. — Какой другой ближайший порт?
— Канке, — ответила вместо него Филара. — Он южнее находится. Несколько дней добираться.
— Ну так что, идем? — Гудрон всё надеялся дождаться ответа от задумавшегося друга.
— Подожди, не суетись, — отмахнулся тот.
— Хорошо. Стою, жду. Вот только чего?
— У моря погоды, — философским тоном произнес Шун, чем тут же заслужил пару раздраженно-недоумевавших взглядов.
— Мы и так находимся гораздо южней, чем планировалось изначально. И я не хочу уходить еще дальше, — снизошел до ответа Ральдерик. — К тому же, мы не знаем, что тут произошло. Ты можешь мне гарантировать, что с Канке не то же самое?
— О. Я поняла! Ты хочешь дождаться темноты и попытаться выяснить у местных духов, что к чему?! — озарило Филару.
— Скажи мне, что это неправда! — взмолился кот, в несколько прыжков спускаясь на землю.
— Не хочу тебя огорчать… — начал дворянин.
— Тогда лучше молчи, — огрызнулся кот и, сокрушенно закатывая глаза, плюхнулся на мостовую. — Значит, она угадала.
— Ну, а пока не зашло солнце, можно поискать тайник контрабандистов! — воскликнула светловолосая колдунья, сверкая глазами в предвкушении.
— Ага. Давай. Займись, — мрачно отозвался дворянин.
— Кто со мной?! — с энтузиазмом поинтересовалась девушка.
— Я, — без особого желания ответил Шун.
— А я тут посижу, — отреагировал на ее вопросительный взгляд гендевец. — Вдруг чего придумаю. С утеса, главное, не сорвись.
— Не, не волнуйся, — на ходу крикнула волшебница, убедившись, что других добровольцев составить ей компанию не было.
Рыжий зверь разбежался и запрыгнул ей на плечо. Девушка пошатнулась, но быстро восстановила равновесие и зашагала к ближайшим скалам.
— Ладно, до темноты еще куча времени, — вздохнул Ральдерик. — Давайте походим по городу, вдруг самим удастся узнать, что и когда тут произошло. Могли сохраниться какие-нибудь записи, предметы, следы, по которым можно будет сделать вывод.
Прошло часа этак три. Филара с Шуном пока не возвращались. Обследование руин Варнуса мало что дало. Если не считать размытого кладбища, где некоторые скелеты оказались на поверхности, других тел не было. В остове местной часовни герцог рассчитывал найти книгу записей смертей, рождений и браков, чтоб посмотреть дату, на которой закончилось ее ведение, но юношу ждало разочарование. Да, ее здание располагалось дальше всего от воды, поэтому пострадало мало, но внутри царил такой разгром, что найти что-нибудь конкретное было сложно. Перевернутые скамьи, осколки стекла, какие-то тряпки, камни, тина и песок, подтверждавшие теорию кузнеца, что море сюда добиралось, покрывали пол и громоздились кучами.
— О. А вот это интересно, — сказала вдруг Эрлада.
— Что именно? — поинтересовался гендевец, откидывая носком грязную, рваную, задубевшую от соли рясу священника.
— Остаточные следы магии, — пояснила колдунья, склоняясь над черно-зелеными плетьми засохших водорослей. — В других местах я их не ощущала, да и здесь еле-еле.