— Ты думаешь, у меня было на это время? — девушка от скуки заплетала в мелкие косички ту часть гривы Герани, до которой дотягивалась. — Ежедневная борьба за существование в условиях почти полного отсутствия еды… Опять же чтение, опыты и всё такое…
— Ясно, — гендевец оставил свое мнение при себе.
Филара довольно улыбнулась. Она давно убедилась, что ничто лучше «Саги о ненависти и предательстве, а также жизни и подвигах легендарного Дгырна, воителя гномов, в эпоху героев» не отвлекает от горестных раздумий. После нее им просто не остается места в голове: там еще как минимум сутки будет крутиться припев «Сияя, словно солнце, явил он лик прекрасный, брадою окаймленный, под сень тенистых лип» (пятьдесят куплетов плюс несколько повторов в конце были тому гарантией).
Через пару часов насыщенного молчания ей стало скучно. Думая, чем бы занять себя в дороге, девушка провела руками по карманам. В одном из них что-то привлекло ее внимание. Порывшись, она извлекла на свет окисленный бронзовый браслет, снятый с руки скелета. Решив, что других дел у нее все равно нет, волшебница принялась его изучать. Ничего особенного в нем она не видела. Массивный, толстый и широкий, он был украшен какими-то изображениями. Пять разных человеческих фигур будто стояли хороводом вокруг запястья.
— Что это? — подъехала Эрлада.
— Да так, нашли в том подземелье, — отозвалась Филара.
— А почему я только сейчас об этом узнаю? Эй, к тебе этот вопрос тоже относится! — крикнула брюнетка мужу.
— … брадою окаймленный… А? Что? А. Да как-то забыли вам показать. Сначала вы обиженные были, потом из головы вылетело. А что?
— Просто интересно. Больше из головы ничего не вылетало?
— А. Ну там еще сосуд был, — вспомнила девушка. — И созвездия на потолке.
Решив, что проще будет рассказать с самого начала, она вкратце поведала всё то, что Ральдерик с Эрладой могли услышать больше недели назад, если б тогда не разозлились, узнав, что только им приходилось в подземелье туго.
— Дай посмотреть, — претендентка на саварахский престол требовательно протянула руку за браслетом. Филара послушно его ей отдала.
— Ну, что? — поинтересовалась она спустя какое-то время.
— Он литой, — кузнец внимательно посмотрел на украшение профессиональным взглядом, подводя Неветерка к Каштану. — Была форма с рельефными фигурами, туда залили расплавленную бронзу, остудили, извлекли.
— И что? — подал голос герцог. — В нем есть что-нибудь особенное?
— В смысле, кроме того, что он — один из двух предметов, положенных в могилу человека, который мог себе позволить велеть закопать с собой несметные богатства, но по какой-то причине выбрал простой браслетик и кувшин? — уточнила Эрлада.
— Не кувшин. Скорей, бутылочку, — поправила ее Филара. — Закупоренную.
— Это не принципиально.
— Красиво сделано, — Гудрон взял у супруги находку и повертел ее в руках. — Не тяп-ляп. Тонкая работа, много деталей. Возможно, вы не видите здесь ничего особенного. Но вспомните, что скелет, похоже, ужасно старый. Как думаете, сколько ему лет?
— Нууу, предположим несколько сотен, — пожала плечами блондинка.
— Знаете, я его не видел, конечно, — встрял Ральдерик. — Но вот зомби, с которыми мы пересеклись, выглядели весьма свеженькими. Не то, чтобы я в них разбирался, но, судя по стадии разложения, им от силы был годик или около того. И это в лучшем случае.
— Ты прав, ты не разбираешься в зомби, — отозвалась драконья дочка.
— Да, — согласилась с ней вторая волшебница. — Ты себе не представляешь, какие интересные вещи можно сделать с трупом. Он может где-нибудь лежать многие-многие годы, вообще не поддаваясь тлену, пока не наступят определенные условия для его активации. После этого он вновь может вернуться в это состояние. То есть фактически время на него действует только в периоды бодрствования…
— Ой, — не выдержал Шун. — Давайте вы поженитесь и будете друг другу про трупы и разложение рассказывать, ага?
— К чему я спрашиваю! — вернул разговор в свое русло иролец, пока герцог не принялся развивать тему. — Если ему сотни лет, значит, браслету столько же, если не больше. А теперь подумайте, какие тогда были доступны технологии? Вы себе хоть представляете, как сложно было сделать вещь гораздо худшего качества?
— Ой, слушай, это твои профессиональные тонкости, — отмахнулся гендевец. — Всё равно, кроме тебя в них никто здесь не разбирается…
— Ага, — мрачно добавил кот. — Здесь в трупах все разбираются. Это же куда интересней…
— Да. Некоторые вот из присутствующих вообще ни в чем не сильны, — отозвался дворянин. — Не буду показывать пальцем, все и так поняли.