-Прекрати, что ты, как маленькая. – веду ее к машине – Так же быстрее, ну? Садись. – открываю перед ней дверь.
-Спасибо. – куда-то вбок говорит Оля, пряча от меня вновь повлажневшие глаза.
Странно на меня ее слезы действуют. Ну ничего, все ведь девчонки плачут. И Толубаева не исключение. Только вот причины у всех разные.
Подвожу к двери и распахиваю, Оля все еще немного упирается, что начинает немного раздражать. Молча подталкиваю и усаживаю. Поджав губы, все же умащивается на сиденье и смотрит прямо перед собой. Нет, ну реально же помочь хочу. Чего выёживаться -то?
-Оль, адрес. – протягиваю свой телефон. – Вбей в навигатор.
Она протягивает руку, забирает и вбивает. Боже мой, что за дыра? Пилить на другой конец города. Ну да ладно, ведь сам предложил. Боковым зрением улавливаю, как Оля вся сжалась в комок и мелко трясется. Только разглядел, что бледная, с глубоко залегшими тенями под глазами. Губы сухие-сухие, потрескавшиеся. И без помады… Плакала…
-Где машина твоя?
-Продала. Маме нужен был новый курс. – отвернулась, смотрит в окно, на проплывающую рядом красочную жизнь. И резко судорожно вздыхает.
-А сейчас заехать надо, купить, наверное? Или..?
-Да, пожалуйста, тут сейчас одна аптека рядом будет. Останови.
Под ее руководством подъезжаю к учреждению. Дааа! Тут пипец ценник! Но зато есть самые навороченные лекарства, всегда в доступе, только бы были деньги. Ольга просит подождать минуту и скрывается в здании. Сижу, жду, тупо рассматриваю замшевую кожу на рулевом колесе.
Нет, надо сходить. За ней, туда. Может смогу помочь.
На кассе вижу Олю, которая держит в руке несколько карт и пытается ими расплатиться. Лицо растерянное. Что там случилось?
-Девушка, у нас только оплата наличными. Терминал временно не работает. – голосом учительницы начальных классов вещает, как с трибуны, седая провизор.
-Но у меня совершенно нет времени, понимаете. Может я смогу оплатить переводом вам, а потом, когда терминал заработает, оплатите. Пожалуйста. До банка ехать очень далеко, а я боюсь не успеть, потому что срочно нужно купировать приступ. – тихим голосом просит Оля.
-Вы как себе это представляете? – начинает возмущаться женщина.
Прибавляю шаг к кассе, подходя, отодвигаю плечом Ольгу.
-Сколько?
-Что сколько? – замирает провизор.
-Лекарства сколько стоят? Сумму оплаты назовите? – растолковываю я.
-Руслан. – дергает меня за рукав Толубаева.
-Так вы будете платить, молодой человек? – смотрит через очки очень внимательно.
-Да, конечно.
-С вас девятнадцать тысяч рублей пятьдесят шесть копеек!
Господи, как умиляют эти копейки, просто сногсшибательно! Кладу деньги, забираю таблетки и подталкиваю рукой Олю к выходу. Слышу в спину скрипучий голос.
-Молодой человек! Заберите сдачу сорок четыре копейки! Что за безответственность!
Да боже мой! Выскальзываем из дверей и садимся в машину. Кладу ей на колени пакет. Оля тискает его нервными пальцами. На ресницах блестит прозрачная влага. Она же не собирается опять реветь, правда? Ей что, раньше никогда и никто не помогал?
-Руслан, - дрожит голосом – я тебе все верну. Принесу на работу, как только доберусь до банкомата. Или сейчас хочешь закину на карту. Правда у меня твоего номера телефона нет и пластика? – растерянно смотрит - Но это же не проблема. Продиктуй!
Набираю воздуха в грудь, чтобы не на орать. Дура, что ли? Какие деньги? Надо продышаться, а то наговорю сейчас.
-Минуту. – выхожу из машины и закуриваю.
Пока курю, злость сходит. Ну чего разошелся, непонятно. И с чего? Просто хотел помочь и все. Просто… Да ни хуя не просто! Брешу ведь сам себе, как Троцкий! Все, блядь, на будущее подстилаю солому. Впервые, чувствую себя ущербом, потому что раньше было все понятно. Я потребляю, даю взамен, то, что недорого, то, что неважно для меня. А тут Робин Гуд, сука! И с дальним прицелом. Да чтоб тебя, Толубаева! Навязалась.
Сажусь на свое место, заволакиваю с собой облако табачного дыма. Молча трогаюсь с места и еду по указанному адресу.
-Рус. – зовет она.
-Денег не надо. – смотрю прямо перед собой.
-Как же не надо? – беспомощно начинает возмущаться – Это девятнадцать тысяч! Они лишние у тебя? – вибрирует интонациями – Я понимаю, что у тебя много…да и вообще…., но я не буду ощущать себя некомфортно. Если не хочешь на карту, то верну наличкой, но завтра.