Говорил же, не надо. Что не понятного. Отодвигаю кресло и вытягиваю ноги. Смотрю на нее. Красивая, хоть и злая.
Двумя пальцами придвигаю этот конверт ей назад.
-Не надо. Это безвозмездная акция.
-Правда? – без приглашения садится напротив и копирует мою же позу – А триста тысяч? Тоже безвозмездно?
На секунду теряюсь. Откуда? Сука, Зацепин распиздел! Ну ладно, с ним потом. Сейчас как ей объяснить этот дебильный порыв?
-Оль, тебе что плохо что ли от этого? Ты теперь никому ничего не должна.
-Да ты что? – издевательски тянет она – А тебе?
А мне….
Хороший вопрос. Нет ответа пока. Но говорить что-то надо.
Сейчас.
Правда башка совсем пустая.
Да какого хера я ввязался в это! Рассказать бы самому себе хоть. Чтобы оттянуть ответ, встаю и иду за бутылкой воды. Достаю и машу ей, в ответ получаю отрицательный кивок. Ладно, не хочу, но отпиваю немного прозрачную жидкость.
Оля смотрит на меня изучающе. Как на диковинную зверушку. На зверушку…До этого времени только я так рассматривал. В ответ зеркалю. Вот и сверлим друг друга, посылая разные эмоции, она - злость, я - безразличие, как бы.
Чем зацепила? Равнодушием? Серьезностью? Злостью? Тем, что не упала сразу передо мной на спину, как все, и не смотрела восторженными глазами?
-Мне не нужно ничего. Можешь быть спокойна. – держу голос ровным. Стараюсь.
Она подскакивает и стремительно приближается.
Оля, не подходи….
Отшагиваю назад.
По мере ее приближения, мой член реагирует, и ничего не поделать. Бьет от нее какими-то прямыми лучами воздействия на меня. Токсин заползает в ноздри, дышу только ее запахом.
Она близко, тычет мне своим пальчиком в грудь.
-Такие как ты, никогда, слышишь, Ганс, никогда не проявляют благородства, тем более, безвозмездного.
Последнее слово выговаривает, чуть ли не слогам. И снова я не «Руслан». И я…
А я дышу ей, забираю как можно больше запаха. Пионы, в утренней обильной росе, свежие, с неповторимым ароматом. На миг прикрываю глаза, принимаю ее толчки в грудь, хоть и пробивает, но даже такое готов принять.
-Ты потребитель! – продолжает она – Я не хочу зависеть от тебя, понял? И деньги верну, чтобы ты не делал. И то, что я на тебя работаю, это не значит, что..
-Что не значит, Оля? – смотрю в яростные глаза – Что не ляжешь со мной? Ты это хочешь сказать?
-Да!
-А с Зацепиным?
Теряется, даже отходит. Тухнет сразу. Весь настрой гасится. Вся сжимается и неосознанно обнимает себя руками. Так и пятится назад, садится на свое место и смотрит прямо перед собой в одну точку.
-Наши дела с Олегом тебя не касаются. – наконец произносит она.
-То есть от него ты готова принимать помощь, а от меня нет? – тоже возвращаюсь на свое место.
-Руслан! – отчаянно восклицает – Ты не понимаешь! Зачем ты полез вообще ко мне? Зачем все это?
Крупная и блестящая слеза скатывается по щеке. Вздрагиваю. Даже на расстоянии эта соленая капля на ее коже прожигает меня. Будто это моя слеза. Больнючая и царапающая. Моя, не ее. Перегибаюсь через стол, вытираю каплю с лица. Оля вздрагивает, но не отшатывается.
-Просто хочу помочь. – все, что могу выдавить из себя.
-Не лезь больше, хорошо? Я верну деньги, но частями, сразу не смогу.
-Подожди. – поднимаю кисть вверх в отрицательном жесте. – Я объясню.
-Это я объясню! – прерывает она – У меня трудности. Временные, я надеюсь. И…он обещал, у Олега большие возможности в сфере медицины. А мне... мне надо вытащить маму, понимаешь? Но это все дорого! И отец еще. Он, – судорожно вдыхает, аж воздух застревает и клокочет в горле – ладно, неважно…. Поэтому я должна работать, много работать. Обучение, содержание матери и лечение. Вот, что главное. И…, пожалуйста, если я перспективна в твоем агентстве, то надо двигаться, если нет, то лучше поищу что-то другое. Нет времени ждать. Понимаешь? Ты понимаешь? Меня???
Вот как выглядит отчаяние. Оно в виде маленькой, хрупкой девушки, переполненной чувствами под завязку. Информация, полученная от нее, оседает постепенно по моему организму, принимая гипертрофированные формы.
Просаживает в грудной клетке, тянет и выкручивает. Из положительного для нее только то, что она действительно подает большие надежды в нашей сфере деятельности. Из отрицательного все остальное. Теряюсь, впервые теряюсь. Что сделать нужно? Оставить в покое? Не могу. Оплатить за нее все расходы? Больше не примет.
-У меня тоже есть большие возможности в медицине, больше, чем у Зацепина. Используешь? – осторожно спрашиваю.
Ольга вскидывает голову. На секунду глаза вспыхивают и тут же гаснут.
-Ганс, прекрати перетягивать на себя. – устало говорит – Я же не могу метаться между вами. Я закончила на сегодня, могу идти домой? Ты отпускаешь?