Выбрать главу

                                Инстинктивно он испугался, ведь летать он научился не так давно. Однако быстро взял себя в руки, остановил падение и поднялся назад вверх. Его мучила мысль: неужели это Бревиль толкнул его и зачем, он ведь видел много раз: как Максим летает. Поднявшись до уровня каменного выступа, он увидел, что Бревиль ожесточённо борется с каким-то человеком. Два тела катались по каменному уступу и наносили друг другу удары. Максим подлетел поближе и резко ногой ударил незнакомого человека, напавшего на них.

                                   Незнакомец отвалился назад и выпустил Бревиля из своих рук. Бревиль, покачиваясь поднялся на ноги. Вот ведь сволочь! Он меня чем-то крепко приложил. И показал на текущую по голове кровь. Макс в это время связывал неизвестно откуда взявшегося врага. Верёвка была в сумке Бревиля. Закончив с этим занятием, он подошёл и положил руки на голову графа. Кровь перестала течь почти моментально, а Бревиль бессильно опустился на какой-то камень и сказал: а вы всё говорите, что лечите плохо - и, пощупав голову, добавил: Рана совсем затянулась.

Максим спросил: а голова не кружится?

- Кружится, но уже не так сильно.

- Вернёмся - сразу в корабль и в капсулу. Может быть там и кровоизлияние. Рисковать не стоит.

- А что с этим делать будем?

- Возьмём с собой в замок и там допросим.

- Довольно странно: все ваши враги знают про ваш Дар. Почему он вас пытался столкнуть в пропасть? Ну, столкнул, ну, и что? Вы же летаете? Откуда он такой?

- Вот дома и разберёмся. Что-то мне расхотелось медитировать.

                               До замка они добрались ещё быстрее, чем до места Силы. Пленный очнулся ещё, когда его взгромоздили поперёк лошади охранника. Максим постепенно привыкал к верховой езде, и он уже более-менее достойно въехал во двор замка. Сделал он это под взглядом множества любопытных глаз гостей Бревилей. Кристина, тоже встречавшая их, удивлённо воскликнула: ой! А кто это? И показала на пленного. Максим ответил: я и сам хотел бы знать это. И они пошли в свои комнаты. Пленного привели к Максиму сразу, как он и распорядился. Связанного пленника посадили на стул и стали допрашивать. Бревиль взял эту роль на себя:

- Отвечайте: кто вы такой и почему вы напали на наместника империи?

- Я инок Мансератского монастыря. Мне объяснили, что я должен выполнить свой долг перед господом: убить ересиарха - наместника императора - отступника и за это мне будет полное отпущение грехов.

- Мы прибыли совсем недавно. Откуда аббат монастыря узнал об этом? Ведь это он поручил вам убить нашего владыку?

- Аббат обладает большой Силой. Он может держать связь с патриархом на расстоянии. Они знакомы и раньше были большими друзьями.

- Так вот откуда ноги растут - сказал Максим.

- Какие ноги? - не понял Бревиль.

- Продолжай допрос. Неважно какие. - и, Максим встал и подошёл к окну. На душе было мерзко. Если они решились на покушение, значит, пойдут до конца. Значит, и с Маргаритой могут совершить какое-нибудь насилие. Может не следовало уезжать из столицы, а нужно было устроить им там маленький Армагеддон. Нет, погибла бы масса невинных людей. Лучше бы точно не было. Максим не слушал допроса: зачем? И так всё было ясно. Бревиль же,  старался, выяснял, подробности произошедшего, у монаха.

- Интересная у них религия: монах в качестве убийцы - думал Макс. А впрочем, разве на Земле такого не было? Сколько фанатиков были готовы убивать во имя господа.

- В принципе всё ясно - сказал Бревиль. Нашли покорного монаха и послали убить вас, сир. Что мы будем делать с ним? В камеру?

- Нет. Отпусти его. Пусть идёт в монастырь и скажет аббату, что я приказываю ему явиться сюда, ко мне.

- Сир! Это же явный преступник! За покушение на государя положена смертная казнь.

- Преступник аббат, отдавший этот приказ. А это просто фанатик, которого натравили. Пусть свои грехи отмаливает в монастыре.

Позови слуг. Скажи, чтоб верёвки с него сняли и вывели за ворота.

Растерявшийся от такого приказа Бревиль только открывал рот, как рыба, и не мог произнести ни слова. Потом взяв себя в руки, он спросил Максима:

- Сир, а в чём смысл вашего милосердия?

- Никакое это не милосердие. Главный виновник аббат. Если он явится, его и будем судить.