Только Рут стоит у дверей с пистолетом в руке.
— Лучшее, что я ел в своей жизни, — искренне говоришь ты, опустошив тарелку наполовину.
— Спасибо! Я готовил с любовью! — Бо хлопает тебя по плечу и кивает на Амелию. — А теперь начинай говорить, чтобы ужин не пропал зря.
Ты размышляешь, что и как сказать, чтобы и обойтись без подробностей, и заинтересовать Амелию. Крест был основан исключительно ради личной вендетты, и ты не знаешь, по какому принципу Амелия собрала своих людей, но пока что все это выглядит вполне по-дружески. Она раньше задавала Бо тот же вопрос, что задала тебе, и это, должно быть, хороший знак. Ты не знаешь подробностей, но понимаешь, что Бо в какой-то момент жизни мог бы бежать из Аркадии, но предпочел остаться... зачем-то.
Ей нравятся все эти героические истории? Личные драмы, побуждающие действовать, когда проще и удобнее отступить?..
У тебя есть одна.
Смешно, но тогда тебе даже не придется врать.
— Человек, который сделал первую порцию таблеток, он... В общем, это из-за него я и остался в Аркадии, когда мог сбежать.
— Ха, я знала это! — Амелия вскидывает голову и победно указывает на тебя вилкой. — Банка заляпана твоими пальцами, треснута и заклеена, ты мог сто раз заменить ее, но ты упорно пересыпаешь свои таблетки в нее. На крышке номер партии, и аспирин, который был в ней, поставлялся в одну аптеку семь лет назад.
Она выяснила это, пока ты спал?!.. Да ты сам не замечал своей многолетней привычки, если уж на то пошло. Это выходило предельно естественно.
Видимо, вопрос отпечатывается на твоем лице, так что Амелия продолжает:
— Ты хочешь отомстить за подругу, ты пытался остановить Нариму, хотя она оглушила тебя...
— Что с ней, кстати?
— В порядке. Она решила, что работать с Крестом лучше, чем с Триадой. Особенно после того, что случилось с Кристиной.
Ты киваешь, и Амелия говорит со значением:
— Ты беспокоишься о Нариме даже сейчас... Все это показывает, что ты вполне можешь хранить какую-то вещь от важного для тебя человека. А что может быть важнее свободы, да? А, шпион?
Ты молчишь. Ты думаешь, что можешь просто молчать, и Амелия прекрасно все расскажет вместо тебя. Это было бы очень удобно.
— Он умер? — спрашивает Амелия и тут же кивает. — Он умер. Сводки пятилетней давности, на ту аптеку был совершен налет. Ты мстишь и за него тоже? Пытаешься что-то доказать?
— Не только. Он подсказал мне, как действовать, вот и все.
— Напялить дурацкий шлем и работать на тех, кто больше заплатит?
— Придумать себе цель в жизни.
Это звучит слишком пафосно, но ты не хочешь углубляться в процессы, протекающие в твоем мозгу, и то, как лекарство действует на них.
— К тому же, — добавляешь ты, — он говорил, что все должны быть свободны.
И говорил искренне, что самое странное. Док родился вместе с Аркадией, пропаганда всего послевоенного противостояния пустила в нем цепкие корни. Патриот? И ты, и он блеванули бы от одного этого слова, да к тому же настоящий патриот сдал бы шпиона полиции. Но Док действительно любил Аркадию. Крепко и нездорово. В какой-то мере был ее частью — и в его разуме принцип свободы для всех не заканчивался на врагах его драгоценного мегаполиса.
— Человек, не придерживающийся этого правила, никогда бы не помог Восьмерке, ты ведь понимаешь.
Она согласно кивает. Аркадия плоха, но очень самолюбива. Она не потерпит каких-то уродов, пытавшихся отнять ее независимость.
— Я не работаю на тех, кто больше заплатит. Я работаю на тех, на кого хочу работать. И шлем дает мне полную свободу действий.
— Старо как мир, герои в масках, — Амелия морщится, вилкой выковыривая из гречки куски моркови. — Крест за практичность, знаешь. Мы носим маски, потому что они пуленепробиваемые.
— Мой шлем тоже. И я не герой.
— Тут он прав, — вставляет Скорпион, заваривая чай. — Чекни новости по его тегам, парень — ходячий бардак.
Ты подозревал, что идея перегородить проезд в Муравейнике не останется без внимания, но... у тебя есть свои теги?
— У меня есть свои теги? — ты поворачиваешься к нему в искреннем недоумении. — Я имею в виду, даже не один тег? Не «Джинн»?
— «Ходячий бардак» это тег, — объясняет Скорпион и мерзко улыбается. — «Сообщите копам», «псих с пилой», «пидорский шлем»...
— Что за... А, не продолжай!
— И я все еще не понимаю, почему ты с ним разговариваешь.
Скорпион ставит одну чашку чая перед собой, а вторую перед боссом. Амелия благодарно кивает, Бо посылает Скорпиону красноречивый взгляд, но добивается только наглой ухмылки в ответ. Бо с тяжким вздохом встает и тянется к чайнику.