Ты еще не оскотинел настолько, чтобы драться с бывшим товарищем. И он, охотник, тоже не опустился так низко.
«Эккарт» все-таки послали разбираться в деле одного из самых эффективных своих агентов. Гектор должен быть доволен собой — он все-таки задел корпорацию за живое... Слова вдруг застревают у тебя в горле, и не только потому, что говорить рядом с корпоративным слугой по-прежнему опасно.
...Он не стреляет в Гектора.
Об этой части плана ты не подумал, но автоматически прикинул, что охотник сфабрикует его смерть так же, как твою. И не расстроился бы, реши тот выстрелить в настоящего Гектора.
Но он не стреляет.
Ты снимаешь очки, чтобы исчезнуть с его линз, и отступаешь с дороги к выходу, уводя за собой администратора. Охотник улыбается, проходя мимо вас, улыбается лениво и счастливо, и ты не можешь понять, что это — искренняя радость от того, что вы смогли перехитрить заказчиков, или результат действия того протокола, что обязывает Восьмерку испытывать безграничное счастье от выполнения своего долга, раньше гражданского, а теперь корпоративного. Снова хочется спросить, снова хочется узнать... может даже, предложить выход, который используешь сам?.. Но слова или сообщения — слишком дорогое удовольствие в условиях корпоративного надзора.
Так что пока, приятель.
Постарайся не сдохнуть.
Ты провожаешь его взглядом и возвращаешься к насущному вопросу... Почему охотник корпорации не стремился убить Гектора? Гектора, который явно действует «Эккарт» на нервы со своим разнюхиванием и очевидной преданностью бывшему президенту компании? Даже не попытался! Даже не приложил посильнее, черт побери, ты надеялся хотя бы на пару переломов!
Пока ты, занятый собственной досадой и возмущением, автоматически прикидываешь, что и как стоило бы сломать Гектору, тот поднимается на ноги. Он по-прежнему не отводит взгляда от восьмерки, нарисованной на коже администратора. Девушка стряхивает оцепенение и лихорадочно стирает рисунок, вновь начиная материться, пока что тихо. Справедливо опасаясь, что ее набирающий обороты голос — предвестник истерики, ты молитвенно складываешь руки у груди и покаянно опускаешь голову.
— Мы покроем все убытки. Точнее, он покроет, — ты указываешь на Гектора.
— Не-а, — откликается Гектор, — я на мели.
— Гектор, сучара, я сколько раз тебе говорила оставлять свои проблемы за порогом клуба?!
...Поздно. На нее уже не действуют слова и обещания.
Впрочем, ее злость направлена на Гектора, так что ты спокойно отходишь к четвертому «привату», чтобы подобрать свои вещи, пока администратор колотит Гектора кулаками.
— Появись еще раз, и я тебя самого к шесту поставлю отрабатывать!!!
Ах, небесное создание, неземное щебетание... Возможно, тебе стоит вернуться в «Пентхаус» после всех разборок и принести свои извинения за случившееся лично — она милая.
Смутные и самонадеянные, но все же планы на будущее, а также вид заметно приунывшего Гектора заставляют тебя широко улыбаться, покидая клуб. Рядом с дверями, на полу, сидит охранник, сжимающий голову руками. Ты останавливаешься, чтобы убедиться в его более-менее удовлетворительном состоянии, и выходишь на улицу.
Следом вываливается Гектор и недовольно одергивает пиджак, на котором теперь не хватает пары пуговиц.
— Счастлив? — спрашивает он
— Да, вполне.
— Рад за тебя! — с возмущением отвечает он и вздыхает. — Объяснишь, что это было?
Вопрос возвращает тебя в неприятную реальность. Вы обошли приказ, это так, но для этого пришлось постараться не только тебе — охотник вмешался в собственные настройки, и корпорация вполне может это заметить. То, что он вообще понял и поддержал твое нежелание драться, греет душу, но — теперь — и тревожит тоже.
— Попытка обмана. — Ты пожимаешь плечами. — Надеюсь, сработает.
Подделать явь было бы гораздо труднее, и ты уж точно не смог бы провернуть это за пару минут на коленке. Настоящая реальность сложнее устроена, изображения слишком детализированы, графика наивысшего уровня... С дополненной все проще. Особенно если эта дополненная реальность варварски взломана, и лаги мешают разглядеть даже элементы сценария, не говоря уж о фигуре, под которую изображению надо подстраиваться. Признаться честно, ты никогда не двигался так коряво, как твой фейк, наскоро слепленный охотником из записанных движений... И это тоже к лучшему — если ему все-таки поверят, то не разберут в этой «драке» даже тени твоей шпионской выучки.
— Почему «Эккарт» охотится именно на меня? То есть, почему не на тебя? Это ты здесь, в конце концов, опальный агент, который всюду сует свой нос... — Ты трешь лоб, и это движение напоминает о необходимости принять таблетки. Гектор смотрит на твои действия с мрачным интересом, но не задает вопросов. — Там точно не знают о моем прошлом?