Почему я должен оставить тебе свою силу? Ведь ты — ныне святая тварь. Та часть мира, что желает мне смерти.
Зверь начинает подниматься. Я видел его мышцы, даже кости. Но он жив, он регенерирует.
И он меня не отпустит. Он не желает мне ничего, кроме смерти.
— Да мне плевать, — процедил я, — Отбирай, мне всё равно. Я буду злиться без тебя. Я отдамся ярости без тебя!
Зверь вопит. Превратившись в полное животное, он срывается на меня на четвереньках, хаотично перебирая раненными лапами. Со рта капают слюни, язык свисает, а бурлящее от регенерации мясо ползает под чёрной новой кожей.
Сжимаю кулак.
— Пусть все геномы у меня отнимут! — рычал я, готовясь к атаке, — Я не Гнев. Я и не справедливость. Не ангел и не демон, — принимаю стойку, — Я — человек. А значит…
«Акселерация!»
Время застывает. Вижу Зверя. В паре метрах от меня. Летит. Обезумел. Слеп.
Открылся.
Время возвращается…
— Вкусите Гнев Человеческий, ублюдки.
Бах! Уклонившись всего на сантиметр от удара, я пробиваю Зверю прямо в грудь, прямо под ребро.
«Убийство. Сожранная плоть. Насилие. Убийство. Насилие. Плоть. Каннибализм. Пытки. Насилие. Пытки. Боль. Сожранная плоть. Насилие. Убийство. Убийство. Сожранная плоть. Убийство», — один за другим мой нимб начал впитывать все грехи, что совершил Зверь за свою жизнь, всю боль и весь урон, что он нанёс другим.
— Смотрел Кунг-фу Панду? — хмыкаю, — Скидыщ.
И тогда… колесо прокрутилось.
Всё, что оно накопило — оно отдало в Хозяина. Сто тридцать два года его буйств он ощутил в единую секунду. Всё, что он натворил… вернулось ему прямо в этот момент.
Люди забыли. Звери мертвы. Но карма — помнит. А я её проводник, и прямо сейчас тебе напоминаю.
БАБАААААХ!
Его тело разорвалось, а душа моментально сгорела. Огромный купол от святого взрыва пошёл во все стороны, снося бегущих демонов.
Всё. Этому пришёл конец. Ровно сейчас.
Неубиваемый Хозяин Леса, Лже-Зверь, погиб.
Погиб от своих же грехов. Без права на возрождение — таков мой вердикт, Апостола Справедливости.
Хотя, наверное, нет. Не так.
Я не Справедливость. Плевать мне на истинную справедливость. Слишком я злой для неё, наверное. Не хочу я ей быть! Но… эта сила позволит мне быть другим. Другой концепцией. Другим воплощением. Не справедливости, нет.
Возмездия.
В то же время. Земля.
На самом деле, прошло всего от силы минуты три. Всё разворачивалось так быстро и молниеносно, что люди на поверхности даже не успели не то, что перебить всю орду зверей — да даже почти никто и погибнуть-то не успел!
Сверкали клинки, гудела магия. Шло серьёзное сражение, где риск был для всех, где большинство уже получило раны!
Магические звери бывают разные, и люди столкнулись далеко не с грёбанными зайками!
Марк схватил прыгнувшего тигра за голову. Импульс. Бах! Его тело разрывает, а кипящая кровь забрызгивает остальных зверей рядом. Она проникает им под кожу, и… Бах! Снова все взрываются!
Но на этом цепная реакция остановилась — кровь попала на людей, и вот их маг взорвать не мог.
Марк тяжело выдохнул, попятился и… упёрся спиной к Иоганну.
— Ты знаешь, что здесь происходит⁈ — рявкнул Франш-Конте, — Почему блокируется телепорт отсюда⁈
— Без понятия… — процедил Марк, — Видимо тот Хозяин выпустил помехи, которые всё ещё не прошли!
— И для чего⁈ — орал раненный европеец, держа в руках магический меч.
— Чтобы не убежал…
Ему не дали договорить — послышался женский крик.
— А-а-а-а! Папа-а-а! — вопила та самая девчонка, которую американец по глупости взял с собой, — Папа, помоги! Папа!
Марк и Иоганн резко поворачиваются. Сквозь ледяной туман Танцовщицы они видели упавший женский силуэт с двумя рыжими косичками, который испугано пятился от гибрида богомола, льва и гориллы. Зверь пронзал камень костяными клинками, шёл на девочку и метил ей в живот! Хотел пронзить её. Вспороть!
Честно… на американцев Марку плевать. Он привык к смертям, и уж тем более к смертям не его людей.
Но это — всё ещё ребёнок. Да, оказавшийся здесь по глупости родителя! Но невинный. Это не её битва!
«Чёрт… чёрт!», — Марк накапливает между ладоней кровь под давлением, в то время как Иоганн со всех ног метнулся в сторону девочки.
Американка упирается спиной в столб. Её лицо заливают слёзы, и она испуганно оборачивается, понимая, что идти некуда.
— Папа! Папа! ПАПА! СПАСИ! — в ужасе заревела она, — ПАПОЧКА, ПОЖАЛУЙСТА, ПОМО…